Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ), стр. 96

— Просто найди того, кто умеет. Я писал, как можно проще, — Чжан Мин похлопал по плечу преданного бандита, — Рассчитываю на тебя. Буду в самой дальней комнате поместья. Случись чего, можешь меня прервать, но только в самом крайнем случае.

— Я понял, брат.

Взяв ведро с чистой водой на всякий случай и драгоценные пилюли, что обошлись в целое состояние, Чжан Мин решительными шагами направился к дальней комнате. На деревянном полу он сел, скрестив ноги, и открыл нефритовую коробку. Воздух наполнил аромат лекарственных трав.

— Не самые дорогие, но даже на них мне едва хватило денег, — Чжан Мин рассматривал гладкие травяные жемчужины размером с фалангу большого пальца, — По виду они хуже тех, что нашла Сяо Мэй. Сколько же тогда стоили те… лучше об этом не думать.

Обычно пилюли использовали осторожно, с перерывом в несколько дней и медленно усваивали, но он спешил, поэтому решил принять их одну за другой. Несколько минут Чжан Мин просто сидел медитируя, прогоняя лишние мысли, концентрируясь, а когда достиг нужного состояния разума, без колебаний проглотил первую пилюлю.

Горечь разлилась по горлу, а уже через мгновение внизу живота вспыхнул жар. Энергия хлынула в меридианы, как паводок в пересохшее русло. Стиснув зубы, он боролся с ней, направлял, чтобы не потерять ни капли драгоценной силы. Время перестало существовать, остались только он и бушующая Ци. Хотя пилюли сильно уступали по качеству тем, что нашла Сяо Мэй, они идеально подходили для второго этапа Закалки Тела.

Когда действие первой пилюли начало стихать, он проглотил вторую, а через некоторое время третью. Жизненная сила забурлила внутри него, словно хотела разорвать на части и выйти на свободу. По позвоночнику пробежалась волна обжигающего жара и кости с треском встали на положенное им место, окончательно выправив фигуру портового носильщика. По всему телу заскрипели суставы и мышцы, будто снасти старого корабля, превращая Чжан Мина в более подходящий сосуд для боевых искусств.

Четвертая пилюля растворилась на языке, а в следующий миг энергия взорвалась диким штормом. Вены у него на шее вздулись, кожа покраснела, словно ее облили кипятком. На несколько вдохов мышцы свело судорогой, а позвоночник выгнуло дугой. Сердце билось так яростно, что, казалось, сейчас проломит грудную клетку, а потом его вырвало черной вязкой слизью. Мир на мгновение потемнел.

Цепляясь за остатки сознания, Чжан Мин продолжал направлять и сдерживать жизненную энергию по методу из свитка. Подобно кузнечным мехам его легкие втягивали воздух, а после с шумом выпускали наружу вместе с паром, как древнее чудовище. Борьба продолжалась четверо суток, его одежда полностью пропиталась жирным зловонным потом, и грязь густыми каплями стекала на пол.

— Воды, — пробормотал он пересохшими губами.

Тяжело дыша, Чжан Мин дополз до ведра с водой и выпил сразу половину, после чего вернулся к медитации. Энергия время от времени пыталась бушевать, мышцы то и дело подрагивали от напряжения, но постепенно могучая сила пилюль затихала, усваивалась, становясь частью его жизненной силы. На утро шестого дня Чжан Мин открыл глаза.

— Немного не хватило, — прохрипел он. — Почти…

«Может и к лучшему, что денег не хватило. Из жадности я бы принял и пятую, но скорее всего сдох бы здесь», — подумал он, — «Нужен небольшой толчок, и я перейду на следующую ступень».

Оставляя за собой грязные следы, Чжан Мин вышел из уединения и прошел к главному залу поместья. Ни во внутреннем дворе, ни в доме не слышалось разговоров, на пути ему не попалось ни одного человека, а в главном зале на полу сидел незнакомый старик с кистью в руке, окруженный исписанными пергаментами. Перед ним стоял низкий столик, и он старательно выводил иероглифы на бумаге.

— О! Командир! Ты закончил! — из боковой комнаты выглянул Лу Пяо, — Как прошло?

— Неплохо, — уклончиво ответил Чжан Мин, потом показал на старика с кистью, — Это кто?

— Эм… ученый или писарь, я не разбираюсь. Ты сказал найти того, кто умеет читать. Вот я поймал его на улице, — улыбался Лу Пяо явно очень гордый своей находчивостью.

— Ну ладно. Вы ему хотя бы платите?

— Не беспокойся, брат Чжан! Он работает за еду и очень доволен.

— Значит сбор сведений проходит хорошо?

— Еще как, даже наши ребята подключились. Мы уже весь город перерыли. Все знаем о каждом из твоего списка.

— Хорошо. Позже проверю. Пусть парни нагреют воды, хочу смыть с себя всю эту грязь.

Выкинув старую одежду, Чжан Мин пару часов мылся и отмокал в бочке с горячей водой, пока не избавился от мерзкого запаха. Переодевшись, он отправился к старому трактирщику и, впервые за несколько дней, поел. По возвращении в поместье сразу принялся изучать отчеты о наблюдении, написанные незнакомцем, приведенным с улицы.

Бандиты Безумной Сабли хорошо постарались и собрали довольно подробное досье на несколько богатых домов и чиновников Баохе. Здесь говорилось обо всех их родственных связях, кумовстве, мздоимстве, превышении полномочий, иногда убийствах и даже изнасилованиях. Казалось, он читал не об элите города, а закоренелых преступниках, опьяненных властью. Хотя обо всем этом он знал еще до получения подробного досье, так как прожил здесь довольно долго, а слухи гуляли разные.

«Воду в решете не утаишь. Люди все знают, просто связываться боятся», — размышлял он, — «Меня больше интересуют их родственные связи. Как глубоко они пустили корни?»

— Что ж. Парни отлично поработали. Все сделали как я просил.

— Спасибо, брат Чжан. Мы старались! — светился от счастья Лу Пяо.

— Вот отличный кандидат. Ближайшие дни почти вся семья поднимется на гору предков… Эм, — Чжан Мин отложил один из листов пергамента, — Только не пойму, у них похороны или свадьба. При чем тут невеста?

— Все верно. Сын главы семьи умер. Парню стукнуло восемнадцать, а женится он не успел. Вот его и женят.

— Э? Не понял. Мертвого что ли? — удивился Чжан Мин. — Что за дурацкая свадьба мертвецов!

— Нет что вы. Невеста живая. Молоденькая девушка … Старая традиция, — объяснил Лу Пяо, — Надеюсь ее хотя бы заставят выпить яд, прежде чем похоронят вместе с мужем, — вдохнул бандит, даже ему подобное казалось слишком жестоким.

— Почему не взять уже мертвую? Какая разница?

— Точно не знаю, такая вот традиция… Наверно ее семья получила богатые свадебные подарки. Так что все в выигрыше.

— Хорошо, хорошо, — Чжан Мин злобно смотрел на листок пергамента, — С этих тварей мы и начнем.

— Чего начнем? — заволновался Лу Пяо.

— Не отвлекайся. Еще вот эти четверо отлично подойдут, — Чжан Мин отложил еще четыре листа пергамента, — Трое важные городские чиновники, а последний имеет хорошие родственные связи. Ого! Этот парень вообще судья, женат на племяннице префекта провинции.

— Да, хотя он не главный судья, но все его слушают и до смерти бояться, — ответил Лу Пяо, но почувствовал нехорошее предчувствие.

— Хм. Он мой любимчик, при том ни у одного из пяти нет сильной охраны. Так, кстати отправь парней проверить это еще раз. Пусть издалека понаблюдают.

— Брат Чжан. Ты сказал подходят, а для чего? — преданный бандит впервые задумался над тем, зачем вообще собирал все эти сведения.

— Ты когда-нибудь ходил по острию ножа? Теперь у тебя будет шанс. Мы с тобой пройдем по самой кромке и пусть провидение решит нашу судьбу.

— Звучит не очень… — признался Лу Пяо, — Кстати вчера вечером доставили ответ от клана Хэнъян. Нам пора возвращаться, — с надеждой он посмотрел на Чжан Мина, а тот лишь улыбнулся.

— Мы немного задержимся.

— Сделаем как скажешь, — обреченно вздохнул Лу Пяо.

— Вот и славно. На подготовку в нас всего пара дней. Вот бы выманить все четыре семьи из города, но тут ничего не поделать.

— Судья уехал с семьей в загородное поместье, — вдруг встрял в разговор старик, не поворачивая головы и продолжая писать. — Его не будет в Баохе некоторое время.