Мастер драгоценных артефактов 5 (СИ), стр. 9

— Ну, и где мои новые наёмники?

Никто не ответил.

Катарина оказалась рядом, протянула мне кубок с вином и, как всегда, делала вид, будто всё происходящее совершенно нормально. Потом вытащила платок и аккуратно вытерла мне лоб.

— Ты очень рисковал, — тихо сказала она. — Они были неплохими бойцами.

— Но я оказался лучше.

— Все удары, которые ты пропускал, принимали твои артефакты. Без них тебе было бы трудно.

Я улыбнулся и сделал глоток вина.

— Без них я бы не пропускал.

Глава 4

Вечер всё-таки оказался на удивление интересным. Во всяком случае, нападать на меня после завершения дуэли больше никто не пытался. Скорее, наоборот.

Как только поединок закончился, местные аристократы вдруг воспылали ко мне непреодолимой симпатией. Некоторые подходили пообщаться, интересовались здоровьем, делами в графстве. И все как один настойчиво приглашали к себе в гости. Прямо так и сыпали любезностями, словно у меня на лбу светилось: «Я наивный идиот, заманите меня в ловушку».

Попутно меня трижды пытались отравить. И ладно бы делали это как-то изящно, с выдумкой. Нет, всё было банально до зевоты: подходил учтивый слуга с подносом, кланялся и предлагал вино.

— Попробуйте, ваша милость, прекрасно освежает, — говорил он, не моргая.

Я брал кубок, делал глоток, и в этот момент камни-антидоты спрятанные в камзоле уничтожали очередную порцию яда. Я даже не переживал, что у кого-то получиться меня отравить.

Единственный момент, который заставлял меня держать ухо востро — это Катарина. Её кубки я проверял лично, незаметно прогоняя ману и сканируя жидкость. К счастью, всё обошлось.

Видимо, травить ведьму дураков не нашлось — боялись, что перед смертью она успеет разнести половину имения.

В итоге этот цирк подошёл к концу, и сейчас мы тряслись в нашей карете, направляясь домой.

Катарина откинулась на спинку сиденья и шумно выдохнула, закрыв глаза.

— Наконец-то это закончилось, — проговорила она. — Ненавижу такие приёмы.

— А кому они нравятся? — хмыкнул я. — Зато свои плоды они точно дадут.

— Какие?

— Во-первых, я весь вечер мог наслаждаться твоей красотой. А во-вторых, скоро на нас должны напасть.

Катарина приоткрыла один глаз и посмотрела на меня. Комплимент она, зараза такая, начисто проигнорировала, а вот на слова про нападение отреагировала.

— Это я тоже понимаю, Леонид. Но этого может и не случиться.

— Случится, — уверенно возразил я. — Засада где-то впереди, это вопрос времени.

Но время шло, карета подпрыгивала на ухабах, а засады всё не было.

Я периодически прощупывал лес сторожевыми нитями, но ничего и никого не обнаружил. Даже обидно как-то.

Возможно, дело было в Катарине. Местные бароны увидели её силу, смекнули, что связываться с разозлённой ведьмой посреди ночного леса — затея гиблая.

Да и я неплохо себя показал, когда за пару минут размотал троих матёрых наёмников. Наверное, решили не рисковать своими шкурами напрямую.

А значит, они могли ударить туда, где нас не было.

Едва мы подъехали к нашим владениям, как в нос ударил запах гари. Я высунулся из окна. Возле деревни виднелись следы недавнего сражения. Кое-где ещё тлели поваленные заборы, земля была изрыта копытами, валялись какие-то обломки.

Что-то подпалили, что-то сломали, но в целом картина не выглядела катастрофической. Никаких гор трупов или полыхающих домов.

Карета остановилась. Я выпрыгнул наружу и рявкнул:

— Ильдар! Где Ильдар⁈ Полный отчёт, немедленно!

Командир гвардии вынырнул откуда-то из предрассветной темноты. Вид у него был донельзя довольный. Мало того, проходящие мимо солдаты и следопыты тоже выглядели так, будто только что вернулись с ярмарки, а не отбивали ночной штурм.

— Ночью на деревню напали наёмники, ваша милость! — бодро доложил Ильдар, отдавая честь.

— Вижу. И чего вы все такие довольные?

— Так ведь наёмники были очень хорошо вооружены, господин! — улыбка Ильдара стала шире. — Мы их вовремя засекли и неожиданно атаковали с двух сторон. Добыча просто отличная! Сняли с них первоклассные стальные кирасы, взяли два десятка породистых лошадей, кучу оружия. А следопыты Германа ещё и их обоз в лесу перехватили. Там провизия, инструменты, зелья какие-то! Тихон перебирает сейчас, нарадоваться не может.

Я тяжело вздохнул и потёр переносицу.

— Прекрасно. А теперь позовите мне Макара.

Макарыч прибежал через минуту, держа в руках учётную книгу. Старик выглядел так, будто помолодел ещё лет на пять от радости.

— Я здесь, господин!

— Скажи-ка мне, какие у нас расходы за этот бой?

Старик откашлялся, открыл книгу и начал зачитывать:

— Значит так… Израсходовано сорок две зачарованные стрелы, три малых взрывных кристалла, восемь целительских камней среднего класса. Амулеты защиты у десятка гвардейцев разряжены в ноль. А ещё патроны и обычные стрелы, пока не посчитали, сколько потрачено. Ну и несколько копий сломаны.

— Твою мать, — произнёс я, чувствуя, как мой внутренний хомяк бьётся в истерике. — Вам-то хорошо, у вас сплошные доходы. А у меня одни расходы! Вы хоть представляете, сколько часов моей личной работы только что сгорело?

Я посмотрел на искренне недоумевающих командиров и выдохнул, беря себя в руки. Да уж, мои артефакты для них просто расходный материал, а для меня — бессонные ночи.

— Ладно, — уже спокойнее спросил я, задавая самый важный вопрос. — Потери среди наших есть?

— Никак нет, господин граф! — Ильдар вытянулся по стойке смирно. — Несколько раненых, но благодаря вашим камням и зельям Тихона до утра все будут на ногах. Жертв нет.

— Ладно. Раз все живы, значит, мои бессонные ночи прошли не зря. Меня всё устраивает. А теперь живо убрать весь мусор, выставить усиленные дозоры и дать людям отдых! Завтра у нас будет много работы.

Огарок сидел на перевёрнутой колоде у догорающего костра и крутил в руках помятую жестяную кружку. В ней плескалось дешёвое, кислое винище. По крайней мере, именно так думали все вокруг.

Наёмник с уродливым, бугристым ожогом на лице, из-за которого он и получил своё прозвище, в очередной раз поднёс кружку к губам, сделал большой глоток и театрально крякнул. Затем снова потянулся к стоящему рядом бурдюку, щедро плеснул ещё вина и ссутулился, изображая человека, чьё горе можно утопить только на дне стакана.

Вокруг творился хаос. Местом временной стоянки отряда «Сыновья ночи» стала заброшенная деревенька в нескольких часах езды от имения барона Вяземского.

Ещё вчера их было двести крепких, хорошо вооружённых и спаянных дисциплиной бойцов. Сильный отряд, с которым считались.

А теперь их сила таяла на глазах. За какие-то полдня от двух сотен осталась в лучшем случае половина, и процесс распада был далёк от завершения.

Огарок честно выполнил свой долг. Когда он вернулся с приёма то, как один из оставшихся капитанов, собрал людей и прямо сказал: «Гриф мёртв. Зуб и Седой тоже. Командир поставил наш отряд на кон в дуэли против графа Шахтинского и проиграл. По контракту и по законам чести мы теперь принадлежим графу».

Никого это, разумеется, не устроило.

Честь наёмника — понятие гибкое. Большинство тут же решило, что раз Гриф мёртв, то и отряд официально распался. А раз так, то нужно забирать своё и валить.

И вот тут началось самое интересное. Споры о том, где «своё», быстро переросли в поножовщину. Люди, которые ещё вчера прикрывали друг другу спины, сегодня готовы были перерезать товарищу глотку из-за лишнего мотка верёвки или старого осла.

Несколько человек уже лежали мёртвыми между разрушенными домами. Отряд дробился, превращаясь из слаженной ватаги в группки раздолбаев. Некоторые десятки уходили в полном составе, решив держаться вместе. Другие распадались на пятёрки, двойки, а то и вовсе превращались в единицы.

Огарок смотрел на это, покачивая головой, и вспоминал хорошие деньки. А они ведь были. Отличные контракты, звонкое золото, трофеи, которые они брали с разгромленных банд и богатых караванов.