Мастер драгоценных артефактов 5 (СИ), стр. 50
— И какой же магии ты владеешь? — спросил я.
Он помолчал немного и ответил:
— Разной, господин. Магией я когда-то жил всерьёз. Воевал, странствовал, силу копил. Да только устал я от всего этого. Понял, что не моё это — кровь да сражения. Бросил и стал о людях заботить. Но ремесло своё не до конца забыл — помогал людям потихоньку. Скотину лечил, пока она у нас была — потом жуки всю перегрызли. Полям помогал, чтоб родили лучше. Людей тоже лечил. Воду чистил, погоду предсказывал, всякое разное.
Вот как. Интересно. Выходит, он маг широкого профиля, а такое будет весьма полезно. Так сказать, обслуживающий бытовой чародей.
— И ты готов вернуться к ремеслу и служить мне? — уточнил я.
— Да, ваша милость. Буду делать, что прикажете. Даже воевать, если вы того изволите. Хотя, конечно, я бы лучше помогал людям, а не убивал. Занимался бы доброй магией уже не тайком, а в открытую, честь по чести. Большего не прошу, — ответил Ефим и поклонился.
Я выслушал, помолчал немного.
А чего тут думать-то? Маг-хозяйственник, который сам, по доброй воле, готов взять на себя все деревенские заботы? Да это же подарок.
Мне как раз не хватало человека, который снимет с меня всю эту бытовую возню. А шестьдесят рабочих рук весной, когда я начну отстраивать имение — тоже не помешают.
— Я вас принимаю, — сказал я. — Всех. И людей твоих, и тебя. Будешь деревенским магом, по рукам.
Ефим замер.
— Простите… — он моргнул, будто не поверил услышанному. — Неужто… получилось?
— Ну да, — пожал плечами я. — Попросим старосту, вам найдут места в деревне. Может, кого-то я в имение заберу, или в таверну работать, там ещё не всех работников хватает. Одним словом, на улице не останетесь.
— Спасибо вам от всего сердца, — Ефим встал, приложил руку к груди и поклонился.
— Да хорош уже кланяться, — улыбнулся я. — Только учтите, работы у меня здесь много. Но зато будете всегда сыты, одеты, в тепле, и, надеюсь, счастливы.
Маг снова дёрнулся, чтобы поклониться, но вовремя остановился и лишь улыбнулся.
— Только вот что я в толк не возьму. Ты, Ефим, в своём уме вообще? Притащить сюда шестьдесят человек, баб с детьми, по такой стуже, не зная, примут вас или прогонят? А если бы я вас прогнал? Куда бы ты их потом дел? Проще ж было сперва самому прийти, разузнать что да как, договориться, а уж потом людей вести.
Ефим невесело усмехнулся и опустил глаза.
— Я ровно так и сделал, ваша милость, — сказал он тихо. — Оставил людей в деревне, а сам выехал к вам. Отъехал часа на два пути, не больше.
Он помолчал, и лицо его потемнело.
— А потом обернулся — а над деревней дым. И гул такой… недобрый. Я коня развернул да обратно во весь опор. Влетаю — а там жуки. И что странно, ваша милость — на людей они Не нападали. Дома только рушили.
— Не понял, как это?
— Я тоже удивился, ваша милость. Странные были твари, я таких раньше и не видел. Как будто специально хотели нас без жилья оставить! Мы их били — а они и не отбивались почти. Завалишь одного — а остальные мимо прут, к следующей избе, и давай её ломать.
Ефим тяжело вздохнул.
— Отбились кое-как. Да только от деревни одни руины остались. Вот и пришлось всех собирать да к вам вести — больше некуда. Так что не от хорошей жизни я людьми рисковал, ваша милость. От безысходности.
Я нахмурился. Жуки, что ломают дома, но не трогают людей? Очень странно.
Но обдумать это я не успел.
— Что ж, — Ефим распрямился и посмотрел на меня твёрдо. — Раз уж приняли — не пожалеете. Испытайте меня, господин, если желаете. Дайте дело по моему ремеслу — и сами увидите, чего я стою!
Я хотел было ответить — мол, успеется, проверим в спокойной обстановке, дел и без того хватает…
И тут с улицы донёсся шум.
Топот, крики, какие-то скрипучие звуки сквозь вой метели. Дверь распахнулась, впустив клуб снежного вихря, и в дом ввалились двое гвардейцев с выпученными глазами.
— Господин! — выдохнул первый, хватая ртом воздух. — Беда! На нас напали!
— Кто опять? — вздохнул я.
— Жуки из лесу прут! Их там тьма! — боец сглотнул. — И… таких мы ещё не видели, господин. Здоровенные.
Я медленно повернулся к Ефиму.
Тот стоял неподвижно, и по лицу его было видно — он всё понял. Видимо, те же твари, что разрушили их деревню, шли за ним по пятам.
А может, и нет. Сейчас увидел.
Я усмехнулся и хлопнул мага по плечу.
— Ну вот, Ефим. Просил испытание? Считай, оно само к тебе подъехало.
Глава 20
Я вышел из дома Степана следом за гвардейцами, и в лицо мне ударил снежный вихрь.
А потом я увидел жуков.
Твари и впрямь оказались необычные. Белые — это ещё ладно, мы подобных уже видели. Но дело было не только в окрасе.
Я пригляделся и понял, что передо мной не обычная стая инсектоидов. Эта была какая-то… специализированная. У одних на голове торчали здоровенные костяные наросты, вроде таранов. У других на лбу вместо тарана было что-то вроде заострённых буров. Они даже вращались.
Ого, как интересно. Эти жуки буквально заточены под уничтожение поселений. Живая осадная техника, мать её.
И они уже взялись за дело. Несколько таранщиков с разбегу врезались в стену вокруг поля.
Да, это точно те самые твари, что разнесли деревню Ефима. Проследили за ними и явились сюда ломать уже мою деревню.
Только этого мне и не хватало.
Ефим вышел следом за мной, опираясь на посох. Глянул на белую орду, побледнел, но не дрогнул. Наоборот, расправил плечи.
— Я вам сейчас покажу всю свою полезность, господин! — произнёс он твёрдо. — Вы поймёте, почему приняли верное решение!
И шагнул вперёд.
Я остался стоять на крыльце, скрестив руки. Что ж, посмотрим.
Охрана деревни уже вступила в бой. Солдаты с копьями встретили тварей у крайних домов, не давая прорваться вглубь. Арбалетчики стреляли с вышки.
Из имения тоже подоспели — и быстро, надо отдать им должное. Видимо, через трубу на башне вовремя заметили угрозу.
Гвардейцы принеслись на лошадях, спешились, рассыпались, заняли позиции. Арбалетчики на флангах, жукоборцы в центре, маги с посохами позади. Ильдар своё дело знал.
А Ефим тем временем начал колдовать.
Мне сразу стало заметно — колдует он через силу. Не в смысле слабости, нет, мощи у него хватало. В том смысле, что он переступал через себя.
По лицу читалось, что разрушительная магия ему не по нутру, что каждый удар он наносит с каким-то внутренним сопротивлением. Но он всё-таки действовал, потому что понимал — только так он сейчас докажет, что чего-то стоит. Только так заработает крышу над головой для своих людей.
Он вскинул руку — и с ладони сорвался огненный шар. Врезался прямо в скопление бурильщиков, разметал их, опалил хитин.
Ефим тут же повёл посохом — и снег у его ног вдруг ожил и спрессовался в плотный ледяной шар размером с бочку. Маг направил его вперёд коротким жестом, и шар, набирая скорость, врезался в таранного жука. Тварь весом с быка просто разнесло надвое.
Неплохо. Мужик выкладывался по полной, не жалея маны.
Тем временем мои ребята тоже не отставали.
Арбалетчики дали залп. Болты ударили в белый хитин и со звоном отскочили. Никакого толку. Панцирь у этих тварей оказался крепче обычного, болты его не брали, лишь царапали.
— Взрывными! — рявкнул Ильдар. — Заряжай!
Бойцы вытащили из колчанов зачарованные снаряды. Залп!
Раздалась очередь хлопков, во все стороны полетел снег и кусочки панцирей. Вот это уже разговор.
Гвардейцы в хитиновых доспехах шли вперёд единым строем, прикрываясь щитами и выставив длинные копья. Если твари приближались, бойцы по команде наносили слаженный удар, заставляя жуков отступить.
Жукоборцы под началом Прохора тем временем атаковали с флангов, заходя то с одной, то с другой стороны. Эти ребята с моими кольцами всегда смотрелись эффектно. Жук пытается укусить — и тут вспыхивает золотая сфера, которая буквально разрывает инсектоида на части, как гнилую тряпку.