Мастер драгоценных артефактов 5 (СИ), стр. 4

Но это вполне объяснимо. Не бывает некрасивых ведьм, это практически закон природы. Сама магия, текущая по их венам, делает их привлекательными: кожа всегда выглядит идеально, фигура не портится даже с годами, да и формы всегда такие, что заглядение. Такова их суть, такова их магия.

Мы перекинулись парой фраз о дороге, а потом Катарина вдруг посмотрела на меня очень серьёзно.

— Ты вообще понимаешь, что ты на самом деле делаешь?

Я не сразу понял, к чему этот резкий переход, но вполне спокойно поинтересовался:

— Например?

— Например, ты пробудил магический взгляд в тех людях.

— Ну да. И что здесь такого?

Катарина тяжело вздохнула.

— Давай начнём сначала. Леонид, они, по факту, тебе никто. Это не гвардейцы, которые служили твоему роду двадцать лет. Они ещё не доказали свою преданность, и при этом получили от тебя настолько большой дар.

— И что, тебе завидно? — усмехнулся я. — Могу тоже дать какую-нибудь плюшку, если хочешь. Правда, не знаю до конца, как это сработает на ведьме, структура ауры у вас специфическая. Но можно провести испытания.

— Я вообще не об этом! — Катарина всплеснула руками. — Я им не завидую. Я про то, что тебя же убьют!

— Вот это новости. И кто меня должен убить? У нас тут что, есть тайное общество защиты магических камней, которое следит, чтобы их не глотали?

— Ну вот, — ведьма снова вздохнула. — Даже сейчас мне всё выложил. Зачем?

— Так я тебе доверяю.

— А если я в плен попаду? Или ещё что-то случится? Выбьют из меня эту информацию.

— Ты хочешь перестать работать на меня и куда-то уйти? — прищурился я.

— Нет, как можно, ты что! — сразу возмутилась ведьма.

— Ну вот, значит, проблем никаких нет.

— Я же говорю — вдруг меня похитят!

— С чего тебя похитят? А если даже вдруг такое случится, я тебя найду, не переживай. Но это маловероятно.

— Может, тебе напомнить, куда мы едем? — язвительно поинтересовалась она.

Я только пожал плечами.

— Я никогда не слышала, чтобы кто-то мог неодарённым людям давать магию, — упрямо продолжила Катарина. — Это же бессмыслица какая-то. Это всё меняет! Если об этом узнают другие аристократы или городские гильдии магов…

— На самом деле я не даю им магию в том понимании, в котором тебе кажется, — перебил я. — Просто эти камни, растворяясь, создают у них в теле некое магическое ядро. Искусственное. Это отдельный магический накопитель, который будет потихоньку поглощать ману из воздуха и накапливать её. По факту, можно много чего человеку дать, но он всё равно не сможет сам формировать заклинания. Для этого нужен природный дар. Если только, конечно, не создать многомерный конструкт из сотни камней, хирургически связанных друг с другом вдоль нервной системы, и…

Я начал увлекаться, прикидывая в уме схему такого конструкта. Получилось бы забавно.

— Стоп, стоп, стоп, — Катарина замахала руками. — Я даже не хочу этого слышать. Откуда ты вообще всё это можешь знать? Хотя нет, не отвечай. Тоже не хочу знать. Ты очень странный, вот что! И тебе это никто не говорит, поскольку всех вокруг всё устраивает — еда появилась, стены строятся, разбойники не лезут. Но мне кажется, что тот удар по голове для тебя прошёл далеко не просто так.

— Ну, по факту, я тогда умер, — сказал я.

Катарина посмотрела на меня пронизывающим взглядом.

— Умер?

— Ну да. И переродился, — улыбнулся я.

Она продолжала сверлить меня взглядом, и я понял, что, возможно, не стоит настолько открыто об этом болтать. Но я человек простой, не особо люблю все эти шпионские тайны.

В начале мне приходилось скрываться и косить под дурачка с амнезией, чтобы выжить. Но сейчас я обрёл какую-никакую силу, прикрыл фланги, обзавёлся верными людьми. Мне всё меньше нравилось играть в секретность.

Однако шокировать ведьму тоже не входило в мои планы. Я решил немножко смягчить ситуацию:

— Допустим, я просто знаю, как работают некоторые вещи. Иногда знания приходят из ниоткуда. Ты же меня прекрасно понимаешь, дорогая ведьма, которая может обращаться к памяти крови?

Катарина задумалась, медленно кивнула и расслабилась. Моя отмазка её устроила.

— Ладно, — сказала она. — Зачем мы вообще едем на этот дурацкий приём? И как я себя должна вести? Что мне говорить? Что делать?

— Тебя что-то конкретное интересует?

— Ну, например, если у тебя будет дуэль, и ты будешь проигрывать? Мне вмешиваться?

— Ни в коем случае. Если проиграю — сам виноват. Хотя это вряд ли…

— Сколько самонадеянности. А если ко мне начнут приставать местные аристократы? Я должна буду терпеть или я могу ответить?

Я посмотрел на неё как на ненормальную.

— Конечно, можешь! Испепели наглеца на месте. Я даже помогу пепел под коврик замести.

Катарина впервые за поездку искренне улыбнулась.

— Хорошо. Потому что терпеть я не собираюсь. Если бы я хотела быть чьей-то подстилкой, я бы не шастала по лесам и не вызывала дождь по деревням за кусок хлеба. Ведьме не так тяжело попасть на службу в тёплое место.

— Подожди, подожди, — нахмурился я. — Ничего, что ваш дар способен убить всех вокруг? Как вообще можно стать, как ты выразилась, подстилкой, имея такую силу?

Катарина передёрнула плечами, словно отгоняя мерзкие воспоминания.

— Был период, когда я и в городе могла поселиться. Я изучала всё, что касалось ведьм. Плюс моя наставница была старой и сильной, она многое видела. Она рассказывала о всяких влиятельных личностях, которые могут к ведьме даже пальцем не прикасаться, но приказывать делать разное… и просто смотреть. Или подкладывать ведьм под своих рабов, которые после этого мучительно умрут. У власть имущих зачастую очень больная фантазия.

— Понятно, — холодно сказал я. — Значит, так. Любой, кто попробует тебе протянуть руку с плохими намерениями — можешь эту самую руку сломать или просто отрубить.

— Я холодным оружием не сильно-то владею.

— Так зачем оружием? Воздушное лезвие используй. Или плеть смерти, например. Можешь магической нитью обвязать ему пальцы и дёрнуть как следует, чтобы они превратились в серпантин. Вариантов множество, выбирай на свой вкус.

Катарина похлопала ресницами.

— Ничего, что я из этого всего только воздушное лезвие знаю?

— Ну ничего, значит, ещё научишься. Не переживай, покажу парочку приёмов, — подмигнул я.

За разговорами время пролетело незаметно, и наша карета, наконец, остановилась. Мы приехали на место.

Выйдя наружу и подав Катарине руку, я огляделся. У широких ворот имения барона Вяземского творился форменный хаос. Куча карет разной степени потрёпанности, ржущие лошади, снующие туда-сюда слуги с тюками.

— Сколько же здесь влиятельных людей собралось, — пробормотала Катарина, поправляя подол платья.

— Ага, — с иронией хмыкнул я. — Прям вся мощь региона. Аж мурашки по коже.

Я смотрел на это сборище. Повозки, старые машины, парочка угловатых броневиков с облупленной краской, кто-то вообще прискакал на лошади. У кого-то была гвардия в разномастной броне, у кого-то её не было вообще.

Предприимчивые торговцы расставили палатки возле сухого фонтана и громко зазывали посмотреть на свои товары.

— Такое ощущение, что я на сходку обнищавших работяг приехал. Или бомжей каких-то, — вздохнул я. — Вообще не понимаю, что я тут забыл.

Глядя на это разношёрстное болото, я невольно провалился в воспоминания из прошлой жизни.

Вспомнился один момент, как я делал уникальную подвеску для королевы Изольды. Она была правительницей одного из сильнейших королевств, а её муж при этом — лишь формальной фигурой для подписи бумажек.

Когда работа была закончена, меня пригласили на шикарный приём. Я должен был вручить артефакт лично королеве.

Вот там собралась истинная мощь, настоящие владыки мира. Сколько графов, королей, даже парочка соседних императоров прибыла. Над хрустальным дворцом летали драконьи всадники и контролировали порядок. Архимаги поддерживали многослойные защитные контуры. А я шёл по золотой ковровой дорожке — личный гость королевы, который угробил полгода жизни на один-единственный заказ.