Мастер драгоценных артефактов 5 (СИ), стр. 33

На заднем дворе был вырыт глубокий колодец, а от него строители протянули металлические трубы — и изготовить эти трубы оказалось задачей не из лёгких.

Зато теперь через магический фильтр-насос вода будет сама подаваться внутрь. На кухню, само собой, и в дорогие номера — там я даже горячий душ собирался сделать.

А вот в обычных комнатах такой роскоши не предусмотрено. У всего есть свои пределы, в том числе и у моей щедрости.

Потому-то я и распорядился вырыть на переднем дворе второй колодец, попроще. Его уже успели выкопать к моему приезду.

Надо бы его допилить… Потом займусь.

Хотя… чего тянуть? Сейчас и займусь!

Я отложил проволоку, подошёл к ящику и зачерпнул горсть мелких кварцев. Прихватив их, направился к новому колодцу и принялся кидать камешки в воду, применяя активирующее заклинание.

Кварцы послушно пошли на дно и там словно приросли к земле. Готово. Теперь это не просто яма с водой, а природный фильтр. Камни будут постоянно обеззараживать воду, очищать её от всякой заразы.

Из этого источника прислуга станет таскать воду для постояльцев попроще, да и лошадей напоить можно. За это с гостей возьмут монетку — или примут плату товаром.

В здешних тавернах прижилась занятная система расчётов. Платить можно не только деньгами, но и товаром — хоть шкурами, хоть сапогами, хоть мешком зерна.

Бартер в ходу много где, но именно в тавернах прижился особенно хорошо. Услуг мы будем предоставлять достаточно, и расплатиться за них можно почти чем угодно. Всегда найдётся, как договориться.

Для этого я и склад предусмотрел — под тот самый товар, которым будут платить. Простому работяге частенько проще отдать пару шкур, чем расстаться с деньгами.

Закончив с колодцем, я двинулся на кухню — там меня ждала ещё одна гордость.

Прислуга на кухне намывала столы, перетирала посуду, раскладывала утварь по местам. В углу высилась громадная печь, сложенная из камня — настоящее произведение искусства. В топку как раз закидывали дрова.

— А что, вы уже закончили? — спросил я, оглядывая печь.

— Да-да, ваша милость. Вот последнюю охапочку как раз кидаем!

Дрова уложили, и я наконец-то добрался до самого интересного. Опустился на колени и полез под плиту, в специальную нишу. Достал из-за пояса тонкий щуп, похожий на причудливый ключ, весь в изгибах и зазубринах. Нащупал нужное место, вставил щуп, провернул — и с тихим щелчком открылась скрытая панелька, о которой не знал никто, кроме меня.

За ней пряталось гнездо для проволоки.

Я принялся продевать золотую нить в узкий канал. Долго, медленно, на ощупь. Метр, два, три… Проволока уползала всё глубже, пока не упёрлась во что-то твёрдое.

Замечательно. Дошла куда нужно.

Достал заранее подготовленный артефакт — небольшой кристалл в серебряной оправе — вставил в гнездо, аккуратно обмотал концом проволоки, закрепил контакты. Подсоединил, проверил надёжность каждого узла. Активировал лёгким касанием.

Теперь — вниз.

Я спустился в подвал, к главной панели управления. Вот где было сердце всей системы! Целая стена, утыканная камнями, опутанная золотой и серебряной проводкой.

Защищённые фазы, развязки, предохранительные руны — сложнейшая конструкция, на одну только разводку которой я угробил кучу времени.

Нашёл нужный контакт, подключил к нему проволоку от кухни, вывел линию на отдельный источник питания.

И снова наверх, перепрыгивая через ступеньки.

На боку плиты красовалась деревянная покрытая лаком кнопка. Я набрал воздуха в грудь и нажал.

Из-под низа печи с весёлым треском брызнули искры. Дрова дружно вспыхнули, будто их полили бензином. Огонь загудел в считанные мгновения.

Я нажал вторую кнопку — и пламя послушно угасло. Снова первую — вспыхнуло.

— Отлично, — удовлетворённо хмыкнул я. — Теперь никто не будет полдня возиться с растопкой.

Тут стоит честно признать одну вещь. Технологии в этой таверне получились заметно круче, чем у меня в имении. Парадокс, да? Но смысл переоснащать имение я пока не видел — люди там и так со всем прекрасно справлялись.

А вот здесь, в таверне, я рассчитывал на поток гостей. И чтобы успевать всех накормить, обслужить, разместить, нужна была скорость. Вот такая плита, что разжигается одним нажатием, экономила прорву времени.

Я прикинул объём оставшейся работы и невесело вздохнул.

Дня три понадобится, не меньше, чтобы всё установить, настроить и проверить как полагается.

Да, я крутой артефактор, не буду скромничать. Но ремесло артефактора — это вам не палочкой махать. Это время, труд и адская концентрация.

Потому что накосячишь в одном месте — посыплется в трёх других. Я предпочитал делать всё с первого раза и на совесть, чтоб потом не возвращаться и не переделывать.

За этим благородным занятием меня и застала Катарина.

— Знаешь, — протянула она, заходя на кухню и с любопытством озираясь, — а ведь поначалу я была совсем не в восторге, когда ты сказал, что мне придётся сюда мотаться. Заряжать твои артефакты и всё такое.

— А теперь? — не оборачиваясь, уточнил я, прилаживая очередной кристалл.

— А теперь вижу, что буду ездить сюда с радостью, — улыбнулась она. — Тут так здорово! Может, мы вообще сюда переедем, а?

Я хмыкнул.

— В смысле — переедем? Знаешь что, давай-ка по-другому. Объявим эту таверну твоим имением! Будешь полноправной хозяйкой. Обустроишь всё по своему вкусу, расстроишь как пожелаешь.

Катарина даже зарделась от такого предложения, но тут же погрозила пальцем:

— Только с одним условием — никакого электричества!

Я обернулся, приподняв бровь.

— Ты что, не любишь электричество?

— А ты вспомни, что было на прошлой неделе, — фыркнула ведьма.

— Ну и что? — пожал я плечами. — Нормально же всё прошло.

— Нормально? — она аж задохнулась от возмущения.

А было дело так: налетел шквальный ветер, да такой, что у моего ветряка напрочь оборвало лопасти. Вся конструкция с грохотом рухнула наземь, разлетевшись в щепки. Пришлось потом возиться, восстанавливать всё с нуля.

— Ну, бывают накладки, — нехотя признал я.

Если честно, с электричеством в этом мире всё обстояло куда сложнее, чем с магией. И дело даже не в ветряках. Электричеству нужны провода. А провода, как назло, продавались исключительно в городах.

Можно, конечно, делать их самому — ту же медь использовать. Но это такая морока. Да и изоляцию толковую взять негде.

И вот что любопытно… У меня сложилось такое ощущение, что города вовсе не растеряли старые технологии. Они просто выдавали это наружу строго порционно.

Будто кто-то наверху очень тщательно следил, чтобы у нас, на этой окраине, всегда чего-нибудь да не хватало…

До самого вечера я провозился с артефактами, не разгибая спины. И только когда за окнами начали сгущаться сумерки, наконец отложил инструменты и поехал домой.

А дома меня ждал крайне неловкий момент.

Стоило мне войти в имение, как взгляд упал на группку девушек, скромно сидевших в стороне.

Хаос меня сожри.

— Я совсем про вас забыл, — честно признался я.

— Ничего страшного, ваша милость, — с лёгким поклоном произнесла одна из них. — Мы не в обиде. Нас тут и покормили, и напоили. Подождать — дело нехитрое.

Что же ты так, Леонид… Ведь сам же распорядился собрать этих девушек, а потом закрутился с таверной и напрочь выкинул из головы.

Восемь молодых, красивых и смышлёных девиц. И собрал я их вовсе не для того, чтоб они подносы с пивом таскали. О нет, у этих красоток будет совсем другая работа.

Им предстояло работать в таверне, да. Но не в зале, а под землёй, в потайных комнатах.

Каждая из них умела читать и писать — редкое умение в здешних краях. Ни семьи, ни детей у них не было, никаких привязанностей, что могли бы помешать делу.

И отбирал я их не наобум. Долго присматривался, прикидывал. Мне нужны были девушки определённого склада — из тех, кто не любит внимания, чурается шумных сборищ, предпочитает тишину и покой. Кто ценит безопасность и лишний раз не высовывается. Усидчивые, терпеливые, способные часами заниматься монотонной кропотливой работой.