Мастер драгоценных артефактов 5 (СИ), стр. 29

Эта мысль немного грела.

Но чем ближе становилось имение, тем сильнее в груди барона ворочался холодный червь дурного предчувствия.

А потом он увидел зарево.

Сначала Тернов решил, что это рассвет — но небо светилось не на востоке, а прямо по курсу, и свет этот был неровным, мечущимся.

Огонь. Лес вокруг его имения горел.

— Быстрее! — прохрипел барон, вонзая шпоры в бока коня. — Быстрее, чтоб вас!

Они вылетели на пригорок, с которого открывался вид на родовое имение, и Алексей резко осадил скакуна.

То, что он увидел, заставило кровь застыть в жилах. Восточное поле было перепахано, словно по нему прошёлся плуг великана. Дымящиеся воронки, вывороченная земля, обугленные ошмётки. Минного поля больше не существовало.

Частокол зиял проломами. Одна из угловых башен лежала грудой обгоревших брёвен. А вокруг, насколько хватало глаз в неровном свете пожара, лежали тела. Десятки, сотни тел. Его людей. Его гвардейцев. Они валялись перед стенами, в проломах, на подступах — везде.

Лес за имением полыхал сплошной стеной огня, и густой дым заволакивал небо.

— Что… что здесь произошло⁈ — выдохнул барон, не веря своим глазам.

Откуда-то из темноты, прихрамывая, выбрел уцелевший гвардеец, с обожжённым лицом и безумными красными глазами. Он шёл, спотыкаясь и хватаясь за воздух, будто ничего не видел перед собой.

— Эй ты! Какого хрена происходит⁈ — Алексей бросил коня к нему.

— Господин? — солдат огляделся по сторонам.

— Да, мать твою! Что здесь случилось⁈

— Господин… — прохрипел он, узнав барона по голосу. — Господин, они ушли. А потом был свет… белый свет! Я ничего не вижу, господин, ничего не вижу!

Тернов смотрел на это и не мог осознать масштаб катастрофы. Солдаты из горного лагеря, приведённые сюда, бесполезно топтались за спиной, не в силах ничего сделать. Враг уже ушёл.

Барон спешился и сделал несколько шагов к своему дому, когда вдруг раздался низкий гул, от которого завибрировала земля под ногами.

— Это ещё что… — пробормотал Алексей.

По каменным стенам имения побежала странная рябь. Камень, простоявший десятилетия, на глазах начал терять форму. Кладка осыпалась, башенки кренились и проседали. А затем, с тихим, шелестящим, почти ласковым звуком, родовое имение барона Тернова осело вниз и превратилось в песок.

Огромное здание, символ его власти и могущества, в считаные мгновения обратилось в бесформенную груду серого песка. Со всем, что осталось внутри.

— Нет… — прошептал барон. — Нет-нет-нет… Этого не может быть…

Он сделал шаг вперёд, протягивая дрожащую руку к тому месту, где ещё минуту назад стоял его дом.

— НЕТ!!! — вырвался из его груди дикий, нечеловеческий вопль.

Барон рухнул на колени, схватился за голову обеими руками и принялся рвать на себе волосы, вопя как безумец.

Армия за его спиной молчала, испуганно переглядываясь. Никто не смел приблизиться к господину, бьющемуся в истерике на руинах собственного дома.

Глава 12

Обратный путь дался нам ещё тяжелее, чем дорога к имению Тернова. И это с учётом того, что маршрут мы выбрали полегче.

Усталость навалилась на всех разом, едва схлынул боевой азарт. Я и сам чувствовал себя выжатым, как тряпка. Заклинание, превратившее имение Тернова в песок, высосало из меня прилично энергии, да и вся эта ночная беготня с засадами не прибавила бодрости.

Даже броневик, так сказать, устал. Его энергетические накопители почти полностью опустели после ночного боя.

— Михалыч, что там у тебя с машиной? — спросил я, поравнявшись с лязгающей колымагой.

— Подыхает, кормилица! — высунулся из люка чумазый механик, на лице которого читалась вселенская скорбь. — Ещё чуток — и встанет.

Пришлось импровизировать. Я на ходу перенастроил несколько защитных кристаллов броневика, чтобы использовать их в качестве дополнительных накопителей. Кустарщина, конечно, любой нормальный артефактор схватился бы за сердце. Но до дома дотянули.

Когда впереди наконец показался знакомый частокол моего поместья, у меня словно гора с плеч свалилась.

Наконец-то дома.

И нас там уже ждали.

Ворота распахнулись настежь, и навстречу высыпали все обитатели поместья. Макарыч бежал впереди, размахивая руками. С дозорной башни затрубили в рог — протяжно, торжественно. А следом из деревни подтянулась целая толпа: жёны, дети, старики.

— Вернулись! Наши вернулись! Победа! — доносилось со всех сторон.

То, что началось дальше, иначе как ликованием не назовёшь. Солдаты, ещё минуту назад еле волочившие ноги, мигом приободрились, завидев родные лица. Бойцы обнимались с товарищами, что оставались охранять имение, мужья подхватывали на руки жён, детишки с визгом повисали на отцах. Кто-то смеялся, кто-то даже всплакнул от радости.

Я не стал тянуть с праздником. Раз уж мы привезли из имения Тернова вагон добра, грех было не воспользоваться.

— А ну-ка, расступись! — гаркнул я, выходя в центр двора.

Достал нужный пространственный кристалл и хлопнул им оземь. Прямо на землю вывалилось несколько пузатых бочек с трофейным вином.

— Открывай! — велел я под одобрительный рёв толпы. — Сегодня гуляем! Заслужили!

Бочки тут же облепили со всех сторон. Слуги притащили кубки, кружки, стаканы и чарки. Вино радостно забулькало, наполняя всевозможные ёмкости, и над двором поплыл гомон празднества.

Я отыскал в толпе двоих, кого оставлял за главных на время вылазки — Прохора и Родана. Первый отвечал за безопасность имения, второй сторожил деревню.

— Ну, рассказывайте, — сказал я. — Как тут без меня? Всё в порядке?

— Всё гладко, ваша милость, — ответил Прохор.

— Совсем-совсем ничего не стряслось? Не верю.

— Ну, по мелочи кое-что было, — признал Родан. — Бандиты тут шныряли пару дней. Человек десять, не больше. Подкатили к людям Грача, предлагали, значит, объединиться да деревню вместе пощипать.

— И? — я приподнял бровь.

— И люди Грача сами же им головы проломили, — хмыкнул Родан. — Без нашего вмешательства управились. Двоих в плен взяли.

Я довольно кивнул. Бывшие разбойники Грача оказались надёжнее иных стражников. Поняли, что со мной им живётся куда сытнее, чем с прежними дружками.

— Молодцы. Передай Грачу — пусть допросит пленных и выяснит, откуда пришли эти охотники до лёгкой наживы.

— Сделаем, — кивнул Родан.

— Ещё патрульные инсектоидов встретили. Мелкие, штук семь их было. Жукоборцы мигом их покрошили, — добавил Прохор, светясь от гордости. Ведь именно он тренировал отряд жукоборцев.

— Вот и славно, — кивнул я.

В целом, сходили мы более чем удачно. Имение Тернова стёрто в порошок, его армия обескровлена, трофеев набрали столько, что я сам в шоке. А дома всё в порядке.

О чём ещё мечтать?

Конечно, оставался один щекотливый момент. Барон Тернов наверняка будет рвать и метать. И теоретически мог бы заявиться к нам с остатками своего воинства, чтобы поквитаться.

Но я в это, честно говоря, не особо верил.

Во-первых, он понятия не имел, кто его так знатно ограбил — я постарался не оставить никаких следов. Во-вторых, вряд ли у него силёнок хватит на месть. Скорее уж бедняга будет пытаться удержать то, что у него ещё осталось.

Закончив принимать доклад, я обратился ко всем:

— Слушай мою волю! За отличную работу объявляю три дня отдыха! Никаких тренировок, никаких дежурств! Только минимальные патрули по графику. А остальные — отдыхайте, ешьте, пейте, отсыпайтесь! Заслужили!

Двор взорвался восторженным рёвом. Кажется, эту новость встретили даже с большим энтузиазмом, чем бочки с вином.

Ну а я, отдав все распоряжения, решил, что и мне не помешает немного покоя.

Праздновать вместе со всеми, горланя песни до утра, я был не в настроении. Хотелось отдохнуть в тишине.

По пути к своим покоям я перехватил Катарину. Ведьма выглядела не лучше моего — бледная, с тёмными кругами под глазами. Ещё бы, выложилась она будь здоров: то болото в твёрдую тропу обращала, то поле вспахивала, то целый лес поджигала.