Своевольная невеста (СИ), стр. 52
– Пока её величество находится под моей опекой, – произнёс Гиллиан, – временным регентом буду я. Герцог Брайский и герцог Дуартский поддерживают этот план. Не так ли, ваша светлость и ваша светлость? Если да, я прошу Ассамблею утвердить меня в этой должности.
Гиллиан говорил так легко, словно с ним успели порепетировать. Я покосилась на Кейрана, по-прежнему стоящего спокойно и даже расслабленно. Ничего себе у меня супруг! За четверть часа вправил принцу мозги, да ещё и после обратного эликсира!
Сердце вновь сжалось. Я знала, что больше подобных планов мой муж не предложит.
Вновь зазвенел колокольчик.
– Её величество и его высочество представили свои кандидатуры, – произнёс маленький лорд Сторн скрипучим голосом. – По регламенту сначала идёт голосование за претендента, представившего свою кандидатуру первым. Прошу высказаться сторонников утверждения её величества королевы Валери временной регентшей до выздоровления его величества короля Эдарда!
Вся ложа сиенцев немедленно подняла руки. Я мысленно отметила, что во время прений они были далеко не так активны, как могли бы быть. Королева приказала им не раздражать лордов и лишний раз не напоминать о её сиенском происхождении?
Я не знала. Но сбрасывать их со счетов окончательно не стала бы.
Как же проголосуют остальные?
Однако в остальных рядах зала Ассамблеи я насчитала очень мало поднятых рук. Ни один из лордов и леди, окружающих Брайского, не поднял руки, а в рядах, где сидели сторонники Кейрана, остались неподвижными почти все.
Трое молодых людей прошли вдоль рядов, записывая проголосовавших.
– Подсчёт закончен! – провозгласил лорд Сторн. – Пятьдесят шесть голосов! Прошу голосовать за кандидатуру его высочества принца Гиллиана, брата его величества!
Руки взлетели вверх. Я открыла рот от изумления. Такого леса рук не ожидала даже я. Чёрт подери, судя по лицу Гиллиана, и он не ожидал!
Один Кейран оставался невозмутимым. Не знай я об эликсире, подумала бы, что он выглядит таким же самодовольным, как обычно.
Мне внезапно захотелось его поцеловать. Интриган! Необыкновенно коварный интриган, рассчитавший всё-всё-всё! Мы победили! Победили!
– Восемьдесят два голоса! – скрипучим голосом подытожил лорд Сторн, заглянув в записи своих помощников. – Его высочество принц Гиллиан избирается временным регентом на срок в десять месяцев или до выздоровления его величества короля Эдарда. Есть ли у присутствующих лордов и леди Ассамблеи замечания? Нет? Тогда объявляю шестое заседание…
– Хватит!
Голос её величества зазвенел у меня в ушах.
– Вы можете запереть свою королеву, – ядовито произнесла она. – Можете попробовать лишить меня власти. Хотите – попытайтесь!
Она указала на часть зала, где сидели сиенцы.
– Но я не одна! – процедила она. – И совсем скоро вы увидите, как я наказываю предателей!
Королева встала и направилась к дверям. Я выдохнула с облегчением. Пусть угрожает столько, сколько хочет. Нас больше, Гиллиан теперь регент, а мой муж…
Её величество стремительно обернулась в дверях.
– Я вижу, что эта маленькая интриганка, Тиса Дуартская, затаилась где-то, – произнесла она, глядя на Кейрана. – Не знаю, что ещё задумала твоя жена. Но знаешь что, Кейран? Главная мысль, которая греет моё сердце сейчас, – то, что ты больше не сможешь её защитить. Ты выпил обратный эликсир, и сейчас, кого бы ты из себя ни изображал по её указке, ты слабак и трус.
Она резко, отрывисто расхохоталась. Зал безмолвствовал.
– Этой интриганке недолго осталось разгуливать по моему дворцу, – бросила на прощание Валери. – Королева – я. А самозванцев и самозванок, – её взгляд остановился на Гиллиане, – ждёт эшафот.
Гиллиан вежливо наклонил голову.
– Я запомню, ваше величество.
Это не прозвучало угрозой, и Гиллиан произнёс эти слова вполне мягко. Но королева мгновенно побледнела и скрылась за дверьми.
И вот теперь в зале поднялся настоящий шум.
Я опёрлась дрожащей рукой о стену. Я прекрасно понимала, что угрозы королевы блефом не были.
Но куда сильнее меня пугали растерянные и мрачные лица леди Лонтре и лорда Сторна, с печалью глядящих на молчаливого Кейрана. И неожиданно расчётливое, холодное и жёсткое выражение на лице герцога Брайского.
А единственной, кто мог защитить моего мужа, была я сама.
Глава 24
Этим вечером наконец должна была сбыться мечта Норы.
Моя сестра мечтала увидеть знаменитые огненные фейерверки. И сегодня, через считаные часы после судьбоносного заседания Ассамблеи, у неё были все шансы насладиться их красотой.
Как, впрочем, и у остальных обитателей дворца.
Сумасшедшие деньги пошли на эти фейерверки, нечего сказать. Я попыталась было отговорить Гиллиана от подобных экстравагантных трат, но он пояснил, что механизмы уже запущены и десятки циферблатов тикают, готовясь запустить огненные колёса и звёздные дожди над каналами и мостами столицы. Просто отменить всё было уже невозможно. Всё, что Гиллиан мог сделать, – приостановить траты на ближайшие празднества. Ещё утром Кейран посоветовал ему не вносить резкие изменения в первые же дни, ограничившись парой коротких указов, и Гиллиан последовал этому совету.
А это значило, что фейерверки нынешним вечером всё-таки будут.
Сам Гиллиан исчез в кабинете. Нового принца-регента немедленно осадили просители, искатели королевских милостей и прочие любители возвыситься. Брайский на правах хозяина попытался обосноваться в том же кабинете, но Гиллиан неожиданно воспротивился и несколько часов принимал просителей сам. А потом, отпустив всех, отправился к брату.
Улучшения в состоянии Эдарда пока не было, но во дворце всё было спокойно. Королевский двор ждал фейерверков, а придворные были беспечны в своём знании, что при новом молодом принце-регенте всё останется как всегда. Королева скрылась в своих покоях, сиенцы затаились.
Затишье перед бурей. И ничего хорошего оно не сулило.
Я скептически прищурилась, глядя на себя в зеркало. Сиреневое вечернее платье, заботливо подготовленное для меня Аннабель и мадам Форшмит, сидело прекрасно. Вырез с затейливым изгибом, обнажённые плечи, кокетливо выглядывающие туфельки в цвет… готовая невинная жертва для властного соблазнения, да и только.
Вот только я понятия не имела, будет ли оно когда-нибудь вообще, это соблазнение. Ещё несколько дней назад я выходила замуж за герцога-полководца и мужественного героя, который, пожалуй, был даже чересчур властным, когда речь шла о поцелуях и встречах наедине. А сейчас я понятия не имела, чего ожидать от нового Кейрана. Может, он вообще с перепугу будет целомудрие соблюдать всю оставшуюся жизнь, кто его знает?
Я мысленно вздохнула. Вот почему мне так не везёт?
Раздалось деликатное постукивание по открытой двери.
– Да, Аннабель? – произнесла я, не поворачивая головы.
– Ваша светлость, к вам посетитель.
Я нахмурилась. Фейерверки начинались через полчаса; не самое удобное время принимать гостей. К тому же вдруг это наёмный убийца с немытыми руками и без цветов?
– Кто?
Аннабель смущённо кашлянула.
– Граф Холли, ваша светлость. Сказал, это срочно и необыкновенно важно.
Мои брови поползли вверх. Вот уж нежданный посетитель!
– Я пройду в гостиную, – подумав, решила я. – Мы с графом будем говорить на веранде. Пусть охрана ждёт в соседней комнате, но подальше: я хочу, чтобы наш с графом разговор оставался приватным.
Аннабель поклонилась.
– Всё будет исполнено, ваша светлость. Графа Холли проводят на веранду.
«Ваша светлость». Интересно, я когда-нибудь привыкну? Ну, хотя бы года через два? Если только меня не пристукнут к этому времени. Было у меня ощущение, что её величество кипит, как оставленный на лирском очаге чайник, и вот-вот разразится такими фейерверками, что весь дворец спалить можно. А заодно и половину столицы.
Выждав минуту, я сделала глубокий вдох и, неспешным шагом пройдя по гостиной, величественно вплыла на веранду.