Кошмар во дворце, или Исповедь попаданки-невидимки (СИ), стр. 30

— Я виновата, как минимум, в том, что выпила эликсир невидимости!

— Ну, если двигаться в этом направлении, можно обвинить себя и в том, что ты вообще появилась на свет.

— Действительно, хватит уже расстраиваться, — не могла я не согласиться со столь логичным аргументом. Потом посмотрела на принца: — Грин, спасибо огромное, что возишься со мной, помогаешь во всём!

Сказав это, в порыве искренней благодарности потянулась к нему и поцеловала в щёку.

Он резко повернул ко мне голову. В глазах, что называется, из искры разгорелось пламя. Я совсем не ожидала такой реакции.

— Извини, — пробормотала смущённо. — Погорячилась.

Однако он продолжал смотреть на меня так, словно хотел сгрести в жаркие объятия, повалить на кровать, а дальше... Нет, так далеко даже моя фантазия не смела заглядывать.

— Будем спать? — спросила торопливо.

— Да... пожалуй, — как-то отстранённо произнёс Гринальд после небольшой паузы.

Я метнулась в ванную комнату, быстро сполоснулась под душем. Вернувшись, обнаружила, что принц уже лёг. Не став заострять внимание на тугих мышцах его груди, до которых было натянуто одеяло, переоделась и юркнула в постель.

За окном уже светало.

***

Проснувшись утром, обнаружила, что сосед по постели куда-то исчез. Посмотрела на часы – они показывали начало двенадцатого. Ничего себе поспала! Неудивительно, что пробудилась одна.

Умылась, оделась. И стала бродить по покоям, чувствуя себя Гекльберри Финном, который, не имея ничего, был счастлив на свободе, а очутившись в богатом доме, изнывал от тоски. С Гринальдом, конечно, не соскучишься, но его сейчас нет, а когда вернётся, я не знаю.

По счастью, долго ждать мне не пришлось – принц возвратился ровно в полдень.

— Сейчас видел Жерсана, — сообщил он со злорадной улыбкой.

17-5

— В каком он настроении? — поинтересовалась язвительно.

— В отвратительном, — поведал Гринальд. — Виду он, конечно, не показывает, но заметно, что внутри его хорошенько потряхивает.

— Слушай, Грин, — задумалась я тут вдруг. — Ты говорил, что помочь с меткой способен только один человек – твой отец. Но ведь Жерсан может подумать так же!

— Пускай думает, что хочет, — отмахнулся его высочество. — С его точки зрения, кстати, может существовать ещё один кандидат на роль твоего спасителя – Алхимик. Его истинные способности Жерсану неизвестны, да и стремление Алхимика тебя спасти вполне оправданно – ты нужна ему как воздух.

— Было бы хорошо, если бы они сожрали друг друга, — заметила мечтательно.

— О да! — согласился Гринальд. — Это был бы идеальный вариант!

— Если Жерсан такой гад, зачем твой отец вообще держит его во дворце? — задалась я вопросом.

— Он служит в Тайной канцелярии давно, — стал пояснять принц. — Начинал карьеру ещё во времена Андрэда, со временем поднялся до должности главы. Надо признать, он не раз доказывал преданность короне. У него огромный опыт и обширная агентурная сеть. Одним словом, своё дело он знает. Лишиться его как профессионала – не лучшая идея.

— Незаменимых людей не бывает, — указала на очевидный факт.

— Не в случае Жерсана, — покачал головой мужчина. — Понимаешь, за долгие годы службы в Тайной канцелярии он выстроил работу так, что один знает одно, другой – другое, третий – третье. Но всего не знает никто, кроме Жерсана. Причём, замечу, канцелярия не ограничивается зданием, в подземелье которого ты провела несколько неприятных часов. Там есть люди, которые вообще не подозревают о существовании друг друга. Всех знает, опять же, только Жерсан. Да, конечно, в теории, его можно заменить, но это будет весьма ущербно для общего дела – как минимум первые годы.

— К слову, я могла очутиться как раз в числе упомянутых тобой людей, — прокомментировала сказанное. — Жерсан тщательно скрывал тот факт, что в его руках оказался столь ценный агент.

— Ещё бы он о тебе кому-то рассказал! — с ухмылкой произнёс Гринальд и резко сменил тему: — Тебе завтракать пора.

Вот честное слово, видела, что он хотел добавить что-то ещё, но смолчал. Не желает портить мне аппетит? Но своим молчанием он наоборот усугубит ситуацию.

— Говори уж, — я посмотрела на него испытующе.

— У отца сейчас важная встреча, — сообщил принц. — А это значит, что после твоего завтрака к нам придёт мама, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.

Ну всё, началось. Хоть Гринальд и обещал мне, что примет удар, мне было не по себе. Ведь это не он, а я вторглась в их семейную тайну. И если с ним мы достаточно близко сошлись, то для Мендины я чужачка.

17-6

Дождавшись, когда я доем, принц отправился за матерью.

Машинально дёрнулась к зеркалу, но вспомнила, что там мне делать нечего. В этом, конечно, плюс невидимости – к приходу гостей можно не готовиться.

Оставалось лишь собраться мысленно... но этого я сделать не успела – в покои вошли Гринальд с Мендиной.

— Ну что, Яна, рассказывай, как невидимыми становятся, — обратилась ко мне королева, когда мы расселись – она в кресло, а мы с Грином на диван.

На это я пояснила, что сказала королю чистую правду. Отличия пошли с того момента, как Алхимик озвучил моё задание.

Ни с кем я ещё не была так откровенна, как с её величеством. До этого, кого бы ни посвящала в свою историю, изначальная версия так или иначе не была достоверной. А тут прямо правда, правда, и ничего кроме правды – даже непривычно как-то.

Выслушав меня, Мендина некоторое время пребывала в глубокой задумчивости.

— Значит, этот негодяй уже давно догадывается, — пробормотала она и устремила взгляд на сына: — А может быть, стоит подкинуть ему дезинформацию? Вернее, в нашем случае, кормить его отсутствием нужной ему информации. Если мы с тобой так и не произнесём ничего, указывающего на нашу оборотническую природу, кто знает, не задумается ли Лузидор о том, что все его предположения являются лишь плодом воспалённой воображения?

— Но тогда нам придётся рисковать Яной, отправляя её на встречу с ним, — возразил Гринальд. — А это недопустимо!

Королева едва заметно улыбнулась, глядя на сына.

— Я не настаиваю, нет, — мотнула она головой. — Просто как вариант предложила.

— В принципе, я могу продолжить ходить на встречи с герцогом – если это действительно хоть как-то поможет, — вызвалась я.

— Но это очень опасно! — в глазах Гринальда заплескалось неподдельное беспокойство. — Ты можешь побеседовать с ним второй раз, третий... а на четвёртый Лузидор поймёт, что твой шпионаж абсолютно бесполезен и избавится от тебя прямо на скамейке. Помнишь, ты говорила, как он сунул тебе под нос какой-то пузырёк, после чего ты моментально заснула? Так вот в следующий раз жидкость в пузырьке может оказаться такая, от которой ты заснёшь навсегда. И я не смогу спасти тебя, даже если буду рядом.

— Согласна с тобой, — закивала Мендина. — Так рисковать нам нельзя.

Она сказала «нам». То есть фактически зачислила меня в их ряды. Да и вообще оборотница оказалась гораздо благожелательнее, чем я предполагала. Ко всему сказанному мной отнеслась с пониманием, прониклась моей проблемой.

— Однако не стоит забывать и о том, что, не дождавшись Яну на скамейке, герцог может справедливо решить, что её раскусили, и тогда нам следует ожидать от него удара в любую минуту, — сказала королева.

— Если завтра я не пойду на встречу с герцогом, времени на раздумья, как предотвратить его удар, у нас ровно сутки, — заметила я. — Но вообще уверена, на втором «свидании» он меня не убьёт.

— Всё-таки хочешь пойти? — с немалой долей скептицизма в тоне спросил Гринальд.

— Да, — ответила твёрдо.

— Тогда давайте подумаем, что мы ему можем преподнести, — ухватилась за моё стремление её величество.