Лучшая из худших вещей (ЛП), стр. 60
— Твою мать, — сказал Гейб, и по тому, как дрогнул его голос, стало ясно: все точки наконец соединились. Он бросился вниз по последним ступенькам — руки уже сжаты в кулаки, жилы на шее натянуты до предела. — Так это ты! Это ты, сукин сын!
Логан поставил коробку с пончиками на консольный столик.
— Послушай, приятель, я…
— Как давно? — перебил Гейб.
А потом все произошло так быстро.
Гейб уже схватил Логана за воротник, прижимая его к стене — подбородок вверх, грудь вперед, — пока Николь кричала, металась между ними, умоляя Гейба остановиться, успокоиться, отпустить его.
Логан даже не вздрогнул.
— Как давно ты трахаешь мою жену?
— Да брось, — сказал Логан, стряхивая его кулаки со своих плеч. — Не надо. Не…
— Ответь на чертов вопрос!
— Я бы никогда даже пальцем…
— Да пошел ты! Каждый раз, когда я видел тебя, ты пялился на нее! Думаешь, я идиот? Думаешь, я этого не замечал?
Логан медленно выдохнул.
— Это ты позволил ей уйти, приятель. Это уже на твоей совести.
Гейб взревел и снова бросился на него.
— Гейб! Перестань! — Николь встала между ними. Ее ладони уперлись Гейбу в грудь, удерживая его, пока Логан просил ее уйти с дороги. Она не слушала. — Он ничего не сделал!
Глаза Гейба расширились.
— Ничего не сделал? Ты серьезно? То есть он просто пришел принести тебе завтрак? Вы, как бывшие коллеги, просто ездите ночью за бургерами? Объясни мне, Николь! Скажи, что я все понял неправильно.
— Я вообще не обязана тебе ничего объяснять! Моя жизнь тебя больше не касается!
Гейб рассмеялся.
Лицо налилось красным.
Костяшки пальцев хрустнули.
Он кивнул в сторону Логана, который стоял, медленно вдыхая и выдыхая, не сводя глаз с Николь.
— Как давно, приятель? С тех пор как она получила ту работу? Четыре года? Все это время трахал ее? Или только пытался?
— Никому из нас это сейчас не нужно, — спокойно сказал Логан. — Ни тебе. Ни мне. И уж точно не Николь.
Усмехнувшись, Гейб сделал еще шаг вперед.
Логан выдохнул и посмотрел Николь прямо в глаза.
— Возьми ключи, — тихо, но твердо сказал он.
Николь кивнула и торопливо начала искать их в лотке на консольном столике.
Они успели сделать всего два шага к двери, когда Гейб схватил Логана за локоть и резко дернул назад.
— Ты, блядь, куда собрался?
— Я не собираюсь стоять здесь и участвовать в этом, — ответил Логан. — Это нелепо.
— Что, решил прикинуться каким-то гребаным инструктором по йоге? Почему ты такой спокойный? Коли теперь трахает тебя по шесть раз в день? Да? Не то что в первый год с ней, а? Всего-то и нужно было — читать ее дурацкие книжки, говорить, какая она красивая, и она позволяла тебе все что угодно. Сама умоляла. Лучший год в моей…
— Заткнись! — крикнула Николь, бросаясь к Гейбу, но Логан — стиснув челюсти — удержал ее: одной рукой крепко схватил за плечо, другой — за запястье. — Я ненавижу тебя!
— А ты, — сказал Логан, оттесняя все еще кричащую и вырывающуюся Николь себе за спину, чтобы оказаться лицом к лицу с Гейбом, — еще хуже, чем я думал.
— Да? Зато я хотя бы это понимаю! А ты что за мужик такой? Это ты трахаешь чужую жену. Это, между прочим, наш дом. Наверху — наша кровать. Кроватка нашего ребенка! Насколько я помню, мне еще никто не вручил документы о разводе. Никто…
— Это чушь, Гейб! — выкрикнула Николь. — И ты сам это прекрасно знаешь!
Глаза Гейба полезли на лоб.
— Господи, Николь. Тебе бы «Оскар» дать. Серьезно. Ты просто потрясающая актриса. Все это представление, которое ты разыгрывала передо мной последние несколько месяцев. Твой подкаст про женскую силу. Твои уговоры поехать в Колорадо, заняться собой. А я жил в гостиничном номере, напивался до беспамятства и думал, что разрушил твою жизнь. Думал, что разрушил жизнь нашего еще не родившегося ребенка. Ты позволила мне развалиться на части! Ради чего? Чтобы спокойно трахаться с каким-то неудачником с твоей паршивой бывшей работы? Что, решила заставить меня ревновать? Или ты просто ни секунды не могла выдержать в одиночестве? Обязательно нужно было срочно найти себе нового мужа, которому можно рыдать по вечерам? Обязательно…
— Гейб, — сказал Логан. — Хватит. Прекрати…
— Да пошел ты! — Николь, вырвавшаяся из рук Логана, теперь стояла всего в нескольких сантиметрах от Гейба. Легкие горели. Руки безвольно повисли вдоль тела. — Я ненавижу тебя! Ты отнял у меня все! Да что с тобой вообще не так?!
— Что со мной не так?! Это ты — моя гребаная проблема! Ты хуже меня! Ну да, я переспал с кучей женщин. Велика проблема! Все изменяют! Но знаешь, чего я никогда не делал, Николь? — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Я никогда не переставал тебя любить!
На мгновение наступила тишина.
Абсолютная.
Полная.
Руки Гейба были сцеплены на затылке.
Николь обхватила себя руками, словно пытаясь удержать рассыпающееся тело.
Когда ее разбитый взгляд наконец встретился с глазами Логана, она не смогла произнести ни звука. Он беззвучно произнес одними губами, что с ней все хорошо, что все будет хорошо, и протянул ей руку. Дрожа, она сделала шаг к нему и вложила свою ладонь в его. Он трижды — раз, два, три — мягко сжал ее руку, затем встал перед ней и тихо попросил поехать к нему домой, сказав, что скоро приедет следом. Она покачала головой и осталась рядом с ним. Гейб, наблюдавший за всем этим, сделал шаг назад. Его челюсть бессильно отвисла.
— Твою мать, Коли. Ты ведь влипла по уши, да?
— Я больше никогда не хочу тебя видеть. Я серьезно.
— Правда? И чего же ты тогда хочешь? Жить в моем доме, тратить мои деньги и разрушать мою жизнь? Пока все вокруг тебя жалеют? Пока ты врешь мне прямо в лицо? Пока смотришь мне в глаза и говоришь, что не хочешь узнавать пол нашего ребенка, потому что вдруг так полюбила сюрпризы? Ты просто хочешь, чтобы все внимание было приковано к тебе, чтобы тебя бесконечно нянчили, чтобы все было только по-твоему, а платил за это я? Знаешь, кто ты после этого? Ты умная девочка, но давай я тебе немного подскажу, ладно? Это делает тебя…
— Хватит! — Логан сузил глаза. У него дрожали губы. Руки были сжаты в кулаки и заметно тряслись. Николь к этому моменту уже опустилась на нижнюю ступеньку лестницы, закрыла лицо руками и начала раскачиваться вперед-назад. — Ни слова больше!
Гейб снова усмехнулся, не сводя с него безумного взгляда.
— Чувак, она здорово тебя окрутила, да? Наслаждайся, пока можешь. По утрам она все такая же сумасшедшая? Все еще делает ту штуку с…
— Тебе нужно уйти, Гейб. Сейчас.
— Ты не можешь выгнать меня из моего собственного дома!
— Мне плевать, — сказал Логан. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась. Костяшки пальцев уже побелели. — Пошел вон.
Гейб вытер рот тыльной стороной ладони и ухмыльнулся.
И вдруг стал совершенно спокойным.
От этой внезапной холодности по спине Николь пробежал озноб.
Она его не знала.
Совсем не знала.
— Знаешь что? Я уйду. Оставлю вас, голубков, наедине. Но сначала хочу кое-что спросить. По-мужски… — Гейб посмотрел Логану прямо в глаза. — Извини, кажется, я так и не запомнил, как тебя зовут.
— Логан.
Гейб презрительно усмехнулся.
— Логан, точно. Логан с работы. Как же я мог забыть? Скажи мне, Логан с работы. Ты все еще трахаешь ее, пока она беременна моим ребенком?
54
Тротуар
Гейб ушел.
Подъездная дорожка опустела.
Остались только Николь и Логан, стоявшие рядом и молча разглядывавшие трещины в бетоне у себя под ногами.
И вдруг они стали их замечать.
И вдруг оказалось, что они повсюду.
— Ты в порядке? — спросил он, притягивая ее к себе.
— Нет, — ответила она, вытирая лицо рукавом толстовки. — Мне так жаль. Я собиралась ему рассказать. Он приехал за этими рабочими документами, мы говорили о ребенке. Я так боялась сказать ему о нас. Но все, что он говорил… это неправда. Просто… все так сложно. Это полный кошмар. Все.