Лучшая из худших вещей (ЛП), стр. 53

— Итак, — сказал Логан, — насчёт следующих тридцати шести часов…

— Дай угадаю. Непрерывный секс с короткими перерывами на фалафель, проверку турнирной таблицы Западного дивизиона Американской лиги и сон на твоём диване?

Логан отобрал у неё банку с мороженым, затем поцеловал её в плечо, а свободной рукой оттянул ворот идеально мягкой футболки десятилетней давности, которую бросил ей.

— Воровство чужих слов — преступление, Николь. Наказание за него…

— Секс, да?

Логан, всё ещё уткнувшись лицом ей в шею, подтвердил её догадку.

Она провела ладонью вверх по его ноге.

— Я знаю, что презентация у тебя в четверг, — сказала она, — так что можешь спокойно исчезнуть. Нам с Вэл всё равно нужно закончить следующий выпуск.

Он улыбнулся.

— Есть какие-нибудь новости?

Николь покачала головой. За последние двадцать четыре часа отклик на подкаст был в основном положительным, но первые впечатления мало о чём говорили. Данные следующих нескольких выпусков, когда темы разговоров действительно начнут расширяться, дадут чуть больше понимания, но потребуется время — если честно, месяцы, — чтобы понять, получилось ли у них создать что-то по-настоящему особенное.

— Если честно, я пока стараюсь не зацикливаться на аналитике. Я просто хочу, чтобы получилось хорошо. Хочу, чтобы люди послушали и что-то почувствовали.

Логан склонил голову набок.

— Это говорит та самая директор по юридическим вопросам, которая потребовала лично трижды перепроверить таблицы с ценами в моих презентациях, потому что, цитирую: «Все знают, что графическим дизайнерам нельзя доверять бухгалтерские запятые»?

Она смерила его взглядом.

Он притянул её между своих коленей и сказал, как она должна собой гордиться, каким замечательным, по его мнению, получилось интервью и насколько сексуальным он считает её слегка хрипловатый голос.

Она посоветовала ему катиться к чёрту и отобрала ложку обратно.

— Ладно, но если серьёзно, — сказал он, подвигаясь ближе. — В четверг я освобожусь в Малибу максимум часа в два. И я подумал… может, просто… продолжим всё это до конца выходных? Обещают жуткую жару. Можно поехать на пляж, искупаться. Или вообще выбраться куда-нибудь за город, если хочешь. Найти место с бассейном или…

Она поцеловала его.

— Здесь, — сказала она. — Мне нравится здесь.

— Правда? — спросил он, оглядываясь по сторонам. Пустые стены, покоробившийся деревянный пол, торшер, который заодно служил вешалкой для одежды. — Если Квентин меня уволит, может, получу сертификат дизайнера интерьеров. Надо же как-то масштабировать этот талант, понимаешь? Искусство — это важно.

Николь закатила глаза.

— Квентин тебя не уволит.

— О нет, ещё как может. Сегодня утром, как только мой самолёт приземлился, он целый час орал на меня с какой-то яхты у юга Франции. Сказал, что всё хорошенько обдумал во время медитации и ему уже плевать, что именно я буду презентовать, потому что, если я не закрою сделку, останусь без работы. Так что да. Было весело.

— Подожди, это уже безумие. Даже для него. Он совсем с катушек слетел?

— Э-э… да?

Они оба рассмеялись.

Это не было смешно.

Но в то же время — было.

— И ты совсем не паникуешь?

Он пожал плечами между двумя ложками уже подтаявшего мороженого.

— Наверное, должен. Но, если честно, я не боюсь ставить на себя. Может, это просто потому, что я идиот. А может, я уже настолько привык к постоянному давлению, что перестал его замечать. Но сейчас всё так, как ты сказала. Всё, что я могу, — это прийти и попытаться заставить людей в той комнате что-то почувствовать.

Николь обвела пальцем его коленную чашечку.

— А ты вообще репетируешь? То, что собираешься говорить?

— Вообще-то да. Накануне вечером я буквально зацикливаюсь на каждой странице презентации, проверяю, чтобы всё было идеально. Запираюсь у себя в кабинете, в бизнес-центре гостиницы или где бы я ни был…

Николь кивнула.

Это она помнила.

— Потом, — продолжил он, — Я возвращаюсь домой или поднимаюсь к себе в номер и проговариваю всё вслух. Хожу из угла в угол и думаю, как связать всё воедино. Привыкаю к материалу. Превращаю всю презентацию в одну простую историю, а потом пытаюсь рассказать её именно так, как нужно.

— Уже сделал это?

— Нет.

Она подтянула колени к груди.

— Тогда презентуй её мне.

— Ни за что, — сказал он, и его щёки — кажется, всего второй или третий раз на её памяти — слегка порозовели. Николь вдруг ужасно захотелось их поцеловать. — Это всё равно что показать тебе свой альбом из первого класса! А вдруг у меня тогда была стрижка «под горшок»? Такое не предназначено для чужих глаз!

— Ну пожа-а-алуйста? — Она потянула его за руку. — Я хочу увидеть тебя в деле! И ты же знаешь, как сильно я люблю текилу от знаменитостей, которая стоит втрое дороже, чем должна. В ней столько… наследия. Она такая… канадская.

— Между прочим, продукт отличный.

— Тогда давай, — сказала она, легонько ткнув его предплечье обратной стороной ложки. — Продай её мне. Докажи наконец, что после стольких разговоров твоя работа существует не только в твоём воображении. Покажи, на что ещё способен один из участников самой успешной команды по политическим дебатам, которую когда-либо видел старший класс школы Иссакуа, с помощью своего языка.

Уголок его губ дрогнул.

— Ты всё-таки загуглила меня, Николь? Хотя я совершенно конкретно просил этого не делать?

Николь пожала плечами.

Он покачал головой.

Они оба сияли от улыбок.

— Ну пожа-а-алуйста? — снова протянула она.

— Ладно, — сказал он. — Сделаю. Но когда закончу, ты приготовишь мне сэндвич с жареным сыром. Огромный. А после этого я трахну тебя. По-настоящему. Скорее всего, прямо на этой самой столешнице. И особенно нежничать не буду.

Она резко вдохнула, а потом столкнула его со столешницы.

— Идёт. А теперь давай, за работу. Продай мне свою выпивку.

Он рассмеялся.

Потом отдал ей остатки мороженого и начал свою презентацию.

А потом, потому что всегда держал слово, сделал всё остальное, что пообещал.

И даже немного больше. Просто потому, что мог.

46

Блиц-презентация

Поздно вечером в среду Николь, сгорбившись над письменным столом, наконец закончила монтировать выпуск следующей недели. Она потерла глаза, экспортировала аудиофайл и отправила его Вэл на проверку, после чего без сил откинулась на спинку кресла и потянулась за телефоном. Босые ступни утонули в ворсе ковра, пока она печатала.

Через несколько секунд пришёл ответ.

Она рассмеялась.

Несколько секунд он печатал.

И наконец:

Николь замерла, глядя на экран.

Прочитала сообщение раз.

Потом второй.

Потом третий.

На этот раз ответ пришёл мгновенно. Два коротких сообщения одно за другим.

47

Выходные Дня Труда

Следующие четыре дня они провели на стороне города, где жил Логан, занимаясь лишь тремя вещами: прыгали в океан, смотрели старые фильмы и занимались сексом как совершенно обезумевшие люди.