Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ), стр. 258
Так, все, хватит ныть и думать о всяком! Приказы не обсуждаются, а исполняются. Тем более мной, тем, кто вообще не проучился в академии ни одного дня и кто постигает воинскую науку в поле. Да, учебку я прошел и курсы всякие, но до лютого профи мне далеко. Хотя это не мешает мне выполнять задания. И хорошо выполнять.
И вот сейчас как раз одно из них – принять пополнение. Но не сразу, сначала хочу послушать, как Белка их строит. Поэтому заранее накидываю скрыт и скольжу между солдатами, стараясь никого не зацепить.
А вот и они, и она… И… М‑да. Сказал бы, что вот это поворот, но скажу ясней – это же полный пиздец, простите за мат!
Впрочем, сейчас сами поймете, почему…
Глава 19
Передо мной предстала картина маслом: красная от злости Белка и толпа негодяев в количестве шести человек. Или морд. Или, лучше сказать, красоток, которые удобно расселись на своих вещмешках и клали большой хер на то, что она им говорит. Мило между собой общались, грызли семки – кажется, кто‑то сильно в себя поверил, – и глазели по сторонам.
И все бы ничего, вот только эти лица мне были до боли знакомы. Догадались уже, да? Ну конечно, это были мои девушки, а именно – Каома, Изабелла, Ника, Жасмин! И с ними еще две дамочки, которых я не знал. Причем все они были в званиях сержантов, а вот Ника даже стала старшиной.
Чуя, как предательски сжались булки, я подумал, а может, ну его на хрен, пора свалить? Но потом отставил панику – бросить Белку на растерзание этим… Да и вообще, что они, тыловые крысы, могут сделать боевому майору спецназа, магистру с телом уровня Возвышения?
– Ник, да чего мы ее вообще слушаем? – одна девушка встала и отряхнула штаны обычной формы‑полевки. – Давай я ей двину, и мы пойдем в столовку? Есть так охота, что сил нет. Мало того, что мы ее прождали тут хер знает сколько, так еще она и болтает, а не дело делает!
– Погоди, – одернула ее Скуратова. – Эта нам неинтересна. Мы кое‑кого другого ждем. И вот с ним и будем решать, что делать.
– А этот кое‑кто такой же болтун?
– Еще хуже. Может наговорить с три короба, а потом смыться, как последний трус.
– Так, вы меня, тупые курицы, достали!!!
Белка была в ярости и явно собиралась помножить на ноль этих дурочек. А она вполне могла – мастер магии вообще много может. А уж тот, чьи навыки отточены не на дуэлях или полигоне, а в реальном бою, может еще больше. Она не умела драться – она умела убивать.
– Можете возвращаться в ту дыру, откуда вы вылезли! Я буду рекомендовать командиру отряда отказаться от вас.
– Это мы еще посмотрим! Пусть сам, прямо в глаза нам скажет, что от нас отказывается!
– Сомневаешься в этом?
Белка сделала шаг к Нике, и я понял, что пора вмешаться. Иначе прольется кровь, причем не вражеская.
– Значит, все‑таки сумели вырваться, да?
Я появился прямо за спиной Белки и успокаивающе положил ей руку на плечо. Та дернулась, но осталась стоять, бросив через плечо:
– Знаешь их?
– Ну конечно, он нас знает, – все остальные поспешно вскочили. – Господин лей… майор, Ваше Сиятельство, Деспот, как там тебя еще? А, наверное… любимый? Последнее, правда, сомнительно.
Равняйсь!!! Смирна! Сводное отделение разведки прибыло для прохождения службы. Командир – старшина Скуратова. Позывной – старый не актуален, а новый тут дадут.
– Тут дадут во что кладут. Вольно. Берите вещи и пошли в казарму. Там поговорим.
– Пожрать бы, – пробурчала одна из них.
– Успеешь. Много будешь есть, жопа большой станет, – прошипела Белка.
– Как у тебя?
– Убью!!!
Покушение на святое моя напарница не стерпела, и я едва‑едва успел схватить ее, удержав от немедленной атаки. Иначе бы у меня в отделении стало на одного человека меньше.
– Девушки, советую держать язык за своими, пока еще существующими, зубами, – предупредил я. – И не провоцируйте того, кто разберется с вами всеми быстрей, чем я сосчитаю до десяти.
– Сомнительно, – протянула Ника, окинув Белку презрительным взглядом.
– Все позже увидишь сама.
Развернувшись, я пошел в казарму, что была закреплена за моим отрядом, но пока пустовала. И пока шел, думал – с одной стороны я был безумно раз их видеть. Всех видеть. Кстати, Ника у них, походу, реальный лидер – вон, пока мы говорили, ни одна слова не сказала. А уж ни Као, ни Изабелла молчать не будут. Сейчас же только улыбались, глазками стреляли, да подмигивали. Но молчали.
Да, хотелось мне их обнять, прижать к себе, но я понимал, что с их появлением спокойной службе приходит конец. Потому что теперь мне надо прикрывать не только свой зад, но и их.
И как они вообще сюда попали? Я ж договорился вроде? Вот позвоню отцу и все выясню, мне эта головная боль тут на хрен не нужна.
А голова болеть будет – судя по всему, Ника настроена на хорошую драку, и у нее под языком накопилось слишком много колючек, чтобы удержать их в себе. Они окрепли, стали сильней. Интересно.
Хотя и я уже далеко не тот, что был еще полгода назад. Без ложной скромности могу сказать, что в нашей части против меня на кулачках никто бы не выстоял. А в магии… Ну разве что полковник – так тот архимаг. Хотя, если подключу Хета…
Что? Я не сказал за своего духа? Мой косяк, простите. Я ж магистром стал, ну, и появилась у меня возможность приручить духа. Но не любого, а того, кто откликнется на мой зов. Причем как это сделать, я понял сразу. Ну ладно‑ладно, Анубис подсказал. Причем я, как русский, должен был призвать нашего духа – анчутку там, шишигу или кикимору. Да мало ли их тут водится на самом‑то деле?
Но нет – я же проводник воли привратника в Царство Мертвых, а значит абы какой дух мне не подходит. Вот и появился у меня Хет (злобный дух, раздирающий души врагов в ночи. Так переводилось его полное имя) из Хетемит – Мира уничтожения, где они обитали. Мол, он мне поможет, когда придет время.
Дух оказался крайне злобным, ненавидящим все живое, и всегда был готов подраться. А силы у него было много, уж вы поверьте. Помню, как‑то выпустил его на свободу, так он за минуту очистил от живых поместье одного предателя. Правда, когда он находился в нашем материальном мире, эфир начинал жрать как не в себя, и больше пяти минут я не мог его тут удерживать. Иначе он, выпив эфир, начал бы пить мою жизнь.
Сложно это, но я уже привык, хотя и старался к нему крайне редко обращаться. Анубис сказал, что как стану архимагом, будет проще. Посмотрим.
Но я отвлекся.
– Как вы сюда попали?
Сев на койку, я посмотрел на девушек. Те, ничуть не сомневаясь, стали располагаться, оставив все разговоры на Нику.
– Имеешь в виду, как мы выбрались из той задницы, куда нас засунул Левинский по твоей просьбе? Места, где собрался весь трусливый аристократический сброд, понятия не имеющий о дисциплине и орущий о победах предков и кичащийся родословной? Места для диванных воинов? Мы там и двух дней не пробыли.
– Поясни, – я нахмурился.
– А что такого? Ты забыл, чья я дочь? Позвонила отцу, и он перевел нас с девочками в школу разведки. Нас четверых – остальные остались там, и мне их судьба неинтересна. Целее будут. Перекинули нас под Тверь, потом тренировки. Пара вылазок за линию фронта. Звания новые. Я даже лейтенантом успела побывать.
– Почему разжаловали?
– Да полез ко мне один майор, поверивший, что он жутко неотразимый. Трахнуть хотел, пока его дружки меня держали. На счастье, рядом Као оказалась. Дружки получили ножом в горло, а этому горе‑любовнику я яйца отрезала и все конечности переломала.
Нет, не подумай, он выжил – военные лекари просто чудесно работают! Но когда подлечили, его сунули в дисбат и отправили в самую горячую точку. А я уж попросила папу проследить, чтобы он оттуда не вернулся. А меня просто разжаловали за превышение обороны. К Као претензий не было – я сказала, что все сделала сама. Расследование вели агенты ТК, и сам понимаешь, что они поверили на слово дочери своего шефа.