"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1363

Чтобы даже заметить — не то что узнать — отдельных людей, загружаемых в летающие утробы, Кай на своей вершине находился далековато. Ближе найти наблюдательный пункт не решился: у космодрома, что действует в этаком бодром режиме, и система охраны должна быть недурно поставлена — Кай же мало знаком с такими системами (ни по прежней своей специальности, ни по Эр-Мангали).

С наступлением середины ночи он отужинал порцией морской капусты и отправился к Бабилону — но по дуге, в облёт космодрома.

И в полёте особенных приключений его не ждало. Ведь лететь через горы, там, где нет проходимых дорог — это правильный выход.

К головному посёлку колонии он подлетел в предрассветных сумерках. Подходящее время, и спит Бабилон, и сам ты хоть что-нибудь видишь.

Собственно, видишь картины до боли знакомые. В тот первый раз, когда Кай подходил к Бабилону, он его наблюдал с этой же стороны, только ракурс немного сместился (ныне-то Кай не идёт по земле, левитирует). Ну, и другое время эр-мангалийских суток — то было светлое, теперь же лишь брезжит рассвет. И, разумеется — собственно, сверху виднее, Башня Учёных решительно изменилось. Всё ещё высится, вроде бы, над посёлком, только это уже не башня — один обгорелый остов.

Впрочем, то сам Бабилон. А вот если вернуться к речке, можно заметить двух огнемётчиков на мосту. Двое. А было-то шестеро. Тоже приметы времени. Охранять Бабилон от каких-то там зомбаков стало менее важной задачей, чем раньше казалось. Более важная бабилонцами ныне решается где-то там, на других континентах, куда их послал Альянс.

Кстати, обоих из постовых на мосту Кай узнал даже издали. Впрочем, как не узнать, ведь они же всегда здесь стояли: Мика Тиккурилен и Пако Боргезе. Не назвать их друзьями, но добрыми-то знакомыми почему бы и не назвать. Это шанс. Чтобы спасти Бенито Родригеса из бабилонского плена Каю нужно хоть в общих чертах сориентироваться в ситуации здесь, в посёлке. Пусть ребята ему сообщат что-то самое главное, и тогда он двинется дальше с лучшими шансами.

Кай решил не дразнить Пако и Мику сошествием с неба, а подойти к ним ногами, по-человечески. Он немного вернулся и снизился в той стороне, откуда и прибыл, через реку от Нового Бабилона.

Да, теперь он ногами. Кстати сказать, отвык.

4

Вот чего он от Пако и Мики меньше всего ожидал, так струи напалма в свой адрес. Увернулся лишь чудом.

— Эй, ребята, — воскликнул, — я не зомбак!

«Я же Майк Эссенхельд!» — думал тут же добавить, но помешала Призма Правдивости в рюкзаке. Ладно-ладно, не Майк Эссенхельд, а Кай Гильденстерна. Но с Гильденстерном-то эти ребята, поди, не знакомы...

В общем, подал не полностью первую реплику в диалоге. А дождался чего? Таки верно — новой струи напалма.

От неё увернулся опять — и теперь отследил, как это чудо у него получилось. Вырываясь из раструба огнемёта, смертоносная жаркая мерзость вдруг в какой-то момент замедлялась, почти зависала — и давала достаточно времени сориентироваться и убраться с её дороги.

Пирамида! Это она, подумалось Каю. Или может быть, Тор. Оба эти предмета способны играть со временем.

— Парни, вы зря! — произнёс, выйдя в нормальное время. — Что бы подумал о вас Руис Перейра?

— Руис Перейра, — сказал Тиккурилен, — мобилизован на Северо-Западный материк. А всё почему? Да наслушался вот таких негодяев, как ты! — И теперь он пустил напалм, как ковёр постелил — и далеко, и по широкой площади, невысоко над каменистой оплавленной почвой.

Каю бы худо пришлось, если бы не левитация. Прямо сказать, не поджариться не было бы вариантов.

— Эй! — крикнул Кай с высоты в пару метров. — Не серди меня, я ведь могу и ответить!

— Нет, не ответишь! — мрачно взрыкнул уже Пако Боргезе. — И послал ему в грудь аккуратный такой файербол.

Кай уклонился опять. Но в возмущении от вероломства стал подключать к диалогу и ответы из лучемёта. Без большого злорадства, но с хладнокровием отмечал попадания.

Ну и как тебе, Пако, ныне прыгается без ноги?

Думал хоть так собеседников подуспокоить. Только где там! Пако и Мика вошли в нездоровый азарт и лупили по Каю перекрёстным огнём, расстилая ковры вертикально и горизонтально.

— А теперь как поступите? — Кай аккуратно спланировал на деревянный мост прямо за спинами этих отчаянных огнемётчиков.

И услышал от Пако и Мики только одно:

— Получай!

Мост запылал. Больше здесь вездеход не проедет.

Вы того добивались, придурочные часовые?

Каю стоило бы спросить, чего добивался он сам. Ибо мог бы добраться до Нового Бабилона тихо-мирно, без этого зарева...

Он теперь не назвал бы себя хладнокровным. Да и Призма бы не позволила. С каждым новым обменом ударами в нём нарастала досада. Отчего всё не так? Это, верно, проблемы с коммуникацией...

Точно, проблемы. Он даже не сразу заметил, как отвечать ему перестали. Да и как им ответить ему в сложившихся обстоятельствах? У догорающего моста рядом лежало два трупа.

5

Перестарался. Вот именно, перестарался.

Кай полетел в направлении стен Бабилона, чувствуя если не всю полноту своей глупости, то достаточный пул, чтоб понизить самооценку.

Ведь в любой же момент мог спокойно себе улететь!

Нет, пожалуй, что не в любой. На начальном этапе можно было не подставиться. Коли вовсе не подходить, в результате бы все были живы и все довольны. Но затем — никакого же нет сомнения, что один бы остался на страже, а второй пробежался к посёлку — предупредить. Оставалось одно: обездвижить предупреждающих.

Правда, мост загоревшийся подал сигнал и сам.

Ну зачем было трогать этих Пако и Мику!

Кстати, а Каю могли пригодиться хоть их огнемёты. Им-то уж точно они не понадобятся, а ему — очень может быть. Если случится потолковать лично с Флоресом, то чем же его припугнуть? Огнемётом, и только. Деревянная сила не выстоит против огня.

Кай вернулся, перелетев через пылающий мост. Он опасался того, что найдёт лишь пустые канистры — и с огнемётом у Мики полностью угадал (слишком уж много сумрачный финн настелил ковров из огня). А вот Пако зато оказался рачительней.

С огнемётом в одной руке и с лучемётом в другой Кай взлетел над посёлком как можно повыше.

Варианта зайти «ногами, по-человечески» больше для Кая, пожалуй, не существовало. Хоть на воротах, как он обнаружил перед тем, как вернуться за огнемётом — там, на воротах, стояли по-прежнему Роб и Санчес.

Нет, не так просто стояли уже – запирали ворота. От него, от летучей угрозы, спалившей мост. Хоть какие ворота остановят угрозу, если она летучая? Кай легко одолеет бабилонские стены.

Вот бы сразу за стенами снизиться, поговорить по-хорошему. Именно по-хорошему, без дураков.

С Робом и Санчесом в прежнюю пору у Кая отношения в целом сложились доброжелательные. Потеплее, чем с огнемётчиками, так уж точно. Эти два парня, по его впечатлением, были отнюдь не чужды простой человеческой доброте.

Но испытывать их доброту? Нет уж, Каю недавний урок понятен. Дело даже не в страхе обмануться в Робе и Санчесе — коли образы добрых стражей, это только фантазия, то туда бы фантазии и дорога.

Но зачем, в самом деле, хороших людей провоцировать? Им за доброе отношение к Каю может потом прилететь.

Глава 20. Конфронтация Кая

1

Вот перед Каем посёлок, зовущийся Новым Бабилоном (или попросту Бабилоном, все уже и забыли, когда он был Новым). Кай прилетел к Бабилону, чтоб отыскать в нём Бенито Родригеса, только как его отыскать? Он велик, Бабилон, он зовётся посёлком, не городом, но по размерам он точно не меньше, скажем, кое-каких городов средневековой Земли. Отыскать в целом городе одного человека, да к тому же упрятанного?

Эх, каких-то полгода назад Кай достаточно знал Бабилон, чтобы хоть спрогнозировать, куда здесь Бенито упрячут. В тот подвал, что под Башней Учёных, куда же ещё? Там и камеры были, и пыточная — все удобства для содержания узников. Только вот незадача: Башня Учёных сгорела. Чтобы теперь прикинуть хоть приблизительно, что за строению приданы новые функции, надо быть более домоседливым бабилонцем, чем Кай.