"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1362

Кстати, кто посылает дроны? Надо думать, не Флорес. Надо думать, Альянс — другие его агенты. Ибо Лоренцер, видимо, не одинок.

Впрочем, прикидывать, кто бы ещё мог быть вызван Альянсом из спячки, Каю не так-то уж и интересно.

Сами дроны сейчас для него намного важнее любого, кто их посылает. Надо первому их обнаружить и вовремя скрыться в древесных кронах, облететь подальше опасный участок дороги. Кай-то мог и в полёте себя защитить — он держал под рукой удобный в сражении лучемёт и ещё имел бластер на поясе — но ведь глупо вступать в поединок с какой-то машинкой, если можно её миновать.

Первая встреча в этом полёте с дроном произошла (или, может быть, нет) возле какого-то из перекрёстков дорог — может, даже, того, где Эстебан одолел самый первый дрон — тот, с которого выкрутил лучемёты.

Тот ли был перекрёсток, Кай не успел убедиться (с высоты он смотрелся несколько по-другому), да и был ли там именно новый дрон — тоже непринципиально. Кай уловил движение в воздухе и, как летун здравомыслящий, поспешил убраться подальше.

А уж что там летело — то ли дрон, то ли шпанка, то ли ксеносорока, то ли жирная фиолетовая кондолиза — так ему-то какая разница? Он по делу летит, а не развлекаться в тире. А раз так, то побочные цели не приоритетны.

Встреча вторая выдалась более определённой. Кай увидел три металлических шара, патрулирующих над дорогой почти на его высоте. Благоразумно укрывшись за кроной мачтовой ксенососны, он пропустил этот летучий патруль и, обождав минут десять, продолжил движения.

Да, левитируя, можно укрыться в лесу без особых проблем, и при этом способен к движению даже быстрей вездехода.

Жаль, что эти лесные массивы не доходят до Нового Бабилона, и прилично так не доходят...

Началось с редколесий, в которых не очень-то спрячешься — Кай их старался как можно быстрей пролететь, хоть понимал, что на скорости легче нарваться на дроны. После стали встречаться и длительные залысины, над которыми он лететь напрямик пока не решался, делал крюк через рощицу где-нибудь на горизонте, но при этом осознавал — впереди ждут участки, совершенно открытые.

То, что в редких лесах воздушной засады не встретилось, это ему повезло. А вот что попадалось, так вездеходы да блок-посты. Тех и других он бы мог не бояться, но всё равно отворачивал в сторону, ведь зачем их дразнить человеком, парящим в небе?

Кай старался себя убедить, что никто его не заметил. В самом деле, среди дозорных преобладали типичные плюмбумы, а у плюмбума весь его образ жизни — в явном сродстве со свиным, свиньи же тем замечательны, что на небо не смотрят...

Но попробуй себя убеди этим шатким набором умозаключений, если Призма Правдивости у тебя в рюкзаке распыляет на атомы розовые очки.

Люди, подобные свиньям, подобны им не во всём. Свинолюди всё видят, увы — своей человеческой частью. Больше того, способны кому-нибудь об увиденном сообщить. И добро бы на Эр-Мангали царили былые порядки, при которых для передачи любых новостей личная встреча была обязательной. Но теперь-то, с учётом притока новых для здешней колонии технологий связи трудно надеяться, что сообщение не будет мгновенным.

2

Лес закончился. Кай очутился-таки на открытом пространстве. От дороги, знакомой по своим вездеходным поездкам, он сместился весьма далеко, так что здесь уже не встречалось никаких патрулей, ни наземных людских, ни летучих машинных. А всё равно впечатление было такое, будто за ним подглядывают. Может, дело в высокой башне на горизонте?

Он заметил её после того, как поднялся как можно выше — так высоко, чтобы с поверхности почвы сойти за песчинку и затеряться в небе.

А потом догадался, что это за башня. Уяснил и причину своего беспокойства. Та безлесная пустошь, над какой он летел, вероятно, была результатом экологической катастрофы, вызванной действием антенны Н-связи. Да, той самой антенны, что способна преобразовывать энергию ярости, отбираемой у всего живого. Той, что с большой регулярностью испускала жутчайшие зомбоволны, доходившие до моста у Нового Бабилона. А ещё эта башня-антенна неуязвима, так как укрыта мощнейшим силовым коконом. Тот герой, который пробьётся сквозь кокон, сможет разрушить башню — и на время нарушить связь Бабилона с Альянсом.

Да, всего лишь на время — обольщаться не стоит. Да и то при условии крайней везучести в сложном вопросе проникновенья к антенне. А ещё этот самый герой должен быть непременно устойчивым к зомбификации.

А устойчив ли Кай? С Усечённым-то Конусом, собственно, даже не исключено. Конус как-то по-своему руководит энергией ярости. Правда, Кай своим конусом вовсе не руководит — это повод тревожиться.

Кроме того, перспектива борьбы с антенной Н-связи Кая по-человечески и познавательно не вдохновляет. Основные вопросы, что с ней были связаны, ныне рассмотрены, разъяснены. Башня ещё существует, но как рудимент абсолютно разгаданной, лишь не изъятой загадки.

И, наконец, антенна — случайная цель. Из таких, что накануне решительных столкновений у героев пытаются оттянуть на себя время и силы... Да, и силы. Между прочим, и силу ярости...

Кай решительно отвернул прочь от башни-антенны — но не обратно, к дороге, залогу ненужных встреч, а к высоким горам, что вздымались на горизонте с другой стороны.

Если Кай не ошибся и не заблудился, то за горным хребтом, куда он сейчас летел, находилась, во-первых, Заброшенная шахта, во-вторых, космодром — между прочим, тот самый, с которого начат был его путь по планете-каторге. Сентиментальный момент! Да, в тех горах Кая из душного брюха исторг самосвал-рудовоз. И не только его, но и Лаки, и Мада, и Лоренцера, кучу почти безымянных статистов с Плюмбума, да и Буллита с Кулаком — что характерно, сплошь не к добру народец.

То ли дело — попутчики у Беньямина Родригеса. Среди них Эстебан, Альварес, Гонсалес, Трентон и Гаррис. Да, и Флорес, ведь в экипаже не без урода. Но в основном-то — люди как раз достойные. Как говорится, доброй старой закалки. Не потому ли они всё ещё живы, а не сгинули, как молодёжь из последовавших поколений.

Кай подлетел к хребту и убедился, что ничуть не ошибся и не заблудился. Космодром был на месте. Больще того, он по-прежнему действовал, и в режиме отнюдь не расслабленном.

В этом он убедился, примостившись в затенённой щели меж камнями на одной из труднодоступных вершин, космодром от которой смотрелся как на ладони — подновлённый, отремонтированный, с очень расширенным и хорошенько заполненным взлётно-посадочным полем.

Каждые сорок минут здесь садился огромнейший транспортник, а какой-то другой — стартовал. Судя по классу, эти планетолёты пилотировались автоматически, как и привычные рудовозы, но размерами их превышали раз в десять, а то и двадцать. И, разумеется, не были предназначены для погрузки руды. Доставляли, наверное, грузы военного назначения, а улетали, возможно, порожняком. Или с коллекцией артефактов культуры Сид (Флорес не зря отжимал у Эрнандеса шахту).

А с боковых полей — чуть пореже (раз в два-три часа), но всё-таки с регулярностью, в небеса поднимались стратосферные флаеры грузопассажирского военного типа. И такие теперь завезли на Эр-Мангали. А зачем, легко догадаться.

Переброска мобилизованных колонистов на соседние материки. Те, где сидский десант собирается закрепиться.

Сид собирается закрепиться, а Альянс помешать. А тот сброд, что согнали со всей колонии, собирается сдохнуть во славу Альянса. Или даже последний не очень-то и собирается. Но ведь придётся.

3

Кай провёл у космодрома около суток. И за всё это время ни малейших сбоев в работе. Равномерный конвейер смерти. Кто-то доставляется на Эр-Мангали вместе с военной техникой, кто-то на флаере — также со свежедоставленной техникой — улетает на место утилизации.

Интересно, какое из желаний Альянса первично: победить на Эр-Мангали сидян, или этих бедняг истребить и переработать? Космос, по мысли Альянса, чересчур перенаселён, и разросшиеся колонии надо прореживать.