"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1169

12

Доктор Хойл зашёл в вездеход поглядеть на раненого. Не вбежал сломя голову, но явился. Уже хорошо. Согласился лечить Рамиреса – так и вовсе же замечательно. Правда, поглядев на Диаса и Маданеса, поджал губы:

- Этих господ хотел бы видеть снаружи. Снаружи периметра Свободного Содома.

Те приняли к сведению, но, правда, ни мускул не дёрнулся послушаться. Волевой поединок, всё такое.

Доктор Хойл выдержал паузу, затем глубоко вздохнул и широко улыбнулся. Улыбку держал и потом, осматривая раненого. Сообщил, сияя:

- Раны от когтей выглядят, как резаные, но всё-таки рваные. Сильная кровопотеря и три поломанных кости. Недурно, очень недурно. В смысле, Рамиресу повезло. Ни одна артерия не задета при количестве и глубине ран… Слышишь, меня, больной?

Рамирес пробормотал нечто с утвердительной интонацией.

- Ну, короче, жить будешь. На латиносах заживает, как на собаке.

Сказано-то с доброй улыбкой, но и с намереньем позлить – кажется, их всех четверых. И дело не в том, что «латиносы». Просто чужаки для Содома. В особенности касается Маданеса с Диасом.

- Спорим, на Собачине уже не заживёт? – отшутился Бенито. – Мы, латиносы, видать, круче. Но спасибо доктору за комплимент. Кстати, - обернулся он к Диасу и Маданесу, - мне сдаётся, что вы вдвоём чем-то нашему доктору лично насолили. Я прав?

- Ну… Было дело! – с видимым удовольствием на лице признал Диас.

- Если так, предлагаю послушаться доводов разума. Доктор нам предложил условия, при которых он возьмётся лечить Рамиреса. Не захочет – не возьмётся, они тут, в Содоме, люди сильно свободные.

- Нам уйти? – набычился Диас. – Но это наш вездеход, бабилонский.

- О чём и речь. Надо на бабилонском вездеходе покинуть границы Свободного Содома, как то и было предписано…

- Но-но-но! – во внезапной тревоге раскричался Хойл. – Я сперва сойду: покидать вместе с вами границ посёлка я не подписывался…

- Хорошо! – Бенито с успехом вошёл в роль медиатора. – Учтём и новое пожеланье содомской стороны. Предлагаю вот что: мы выгружаем Рамиреса из вездехода прямо на площадь. Как его дальше лечить – на совести доктора Хойла, но лучше вылечить. Ну а вездеход преткновенья и вы вдвоём, - кивок рабеновским ребятам, - выезжает строго за периметр Содома и там ожидает каких-никаких результатов.

- Ну, типа годится, - решил Маданес. Доктор тоже выразил одобрение.

- Если так, - окрылённый успехом, продолжил Бенито, - предлагаю попутно решить и другой вопрос. – Это смогу сделать я – как один из латиносов, которому в царство свободы позволен вход. Чтобы верней отчитаться пред госпожою Мэри Бастиндой, содомской властительницей, мне недостаточно из вездехода выгрузиться самому. Нужен, во-первых, мой моноцикл (лучше бы прямо сейчас, чтобы потом не забыть, ведь он в багажном отсеке), во-вторых, пирамидка. Эти предметы мне скрасят период общения с Мэри Бастиндой Сью и другими содомскими гражданами, пока доктор Хойл будет оказывать медицинскую помощь Рамиресу, а Маданес и Диас, ну, соответственно, поджидать меня в вездеходе сразу же за воротами.

С этой сложной конструкцией вновь согласились все. Что ж, успех. Только придётся реально явиться пред очи Мэри Бастинды – хоть бы и для того, чтобы Хойл не задался вопросам, отчего он собратьям латиносам говорит одно, а делает строго отличное.

13

Диас и Маданес отработали грузчиками. Осторожно снесли Рамиреса, рядом положили пирамидку и моноцикл.

- Была в логове? – доктор кивнул на пирамиду.

- Да, а что? – Хойл не ответил. Чтобы скрасить повисшую паузу, Бенито немного развил тему артефакта. – Вот, несу показать Мэри Бастинде. Может быть, тоже заинтересуется. Ей, говорят, от Собачины нужно было другое…

- Неужели, секс? – доктор изобразил круглые глаза.

- Нет. Шкура Собачины. Я слыхал, что Квентин из Нового Зеона обещался её содрать и госпоже доставить. Ну так вот, если впрямь говорят правду, то тогда Мэри Бастинде Сью шкура вряд ли понравится. Почему? Да слишком она вонюча.

- Уверяю вас, - широко улыбнулся врач, - что не только шкура. Я советовал бы и вам перед аудиенцией у госпожи принять ароматическую ванну. Можно в одиночестве, можно в сопровождении. Победителю адской твари в нашем свободном посёлке радостно поможет любой и любая. Заказать вам ванну? В котором сопроврождении?

- За ванну – заранее благодарю. Сопровожденья не нужно. Так бывает легко отвлечься от дела, да сложнее к нему вернуться… Вы, дотторе, послали за носилками для Рамиреса? Не беспокоиться – уже готовят носилки и ванну? Если так, то простите мою навязчивость. Если бы кто-нибудь посторожил для меня моноцикл, было бы вовсе здорово. Багажа моего вроде бы и немного, но унести его сложно. Посторожит раб Джон? Это бы было прекрасно.

Когда за Рамиресом пришли носилки, высокопоставленный доктор Хойл отлучился, чтобы отдать ещё какие-то распоряжения – может, по поводу моноцикла, может, что-то своё. Те, кто принёс носилки тоже нашли по вкусу занятие – точить лясы с зеваками на площади.

Раненый лежал на носилках, предоставленный самому себе. Движимый не столько «высокими соображениями», сколько законами поля, Бенито к нему подошёл, чтобы выдать какое-нибудь ободряющее напутствие – что ему, жалко? Благо, Рамирес находился в сознании – как и большую часть времени после охоты на крысопса-гиганта.

- Береги свою кровь, - приказал Бенито. – Не дай им сцедить остатки!

- Ха, облезут, - благодарно ответил тот. – Кстати, Бенито…

- Что?

- Диас и Маданес не сказали… - старый приятель подыскивал слова.

- О, Диас и Маданес люди свободные. Они редко передо мной отчитываются, - Родригес усмехнулся.

- В общем, Флорес тебя освободил от должности. Сразу, как ты уехал.

Неужели Бенито не догадывался, когда уезжал?.. Теперь кажется, потому и уезжал, что догадывался…

- Упразднили службу?

- Нет. Флорес передал руководство над нею Лопесу. Тот упирался, но Флорес и Рабен крепко на него надавили…

- Это и называется «упразднили службу», - вздохнул Бенито. – Что ж, спасибо, что предупредил.

Лучше поздно, чем никогда, если не слишком поздно.

Тут внезапно Бенито накрыло волной смеха.

- Что такое? – спросил Рамирес.

- Опоздал ты мне это сказать. Чуть пораньше – ходил бы сейчас здоровым.

- Это как?

- Не повёл бы я вас тогда к Адской Собачине. Да зачем: она же в мой личный зачёт уже не пойдёт.

Глава 9. И о видениях тупиц во мгле диавольских глазниц,

или О случаях недостоверности галлюцинаторных антиципаций

1

Чудо! Зеону потребно чудо - кто бы в том сомневался. Но при чём здесь университетская специальность Кая? Ксеноистория – не генератор чудес, а скромная гуманитарная специальность, позволяющая многим (и Каю бы в этом числе!) ничего не производить, а кормиться с того, что тебе и так интересно. Прикладное значение ксеноистории очень невелико. В чём оно вообще? Базовые смыслы ксенотехнологий и побочные контексты их влияния на культуру – звучит сухо, для Кая непривлекательно.

На прикладных исследованиях имени в науке не сделаешь. Да, кто успеет подсуетиться, того может озолотить. Для учёных это возможности приработки к профессорским ставкам. Но кто платит, тот и владеет материалами. Чаще владеет так, что секретит, прячет от глаз. Кто бы когда отменил ксенотехнологию из-за разведанной ксеноисториками побочки? Выплывает всегда позже, вместе с именем проплаченного светила науки, которое догадалось первым, но молчало, честно молчало по условиям своего контракта с очередной трансгалактической корпорацией.

Впрочем, да, с огоньком критикуют поведение коллег у кормушек почему-то лишь те едоки, которых не подпустили.

Что же теперь предлагают Каю? То же самое, но бесплатно? То же самое, но помноженное на глупость заказчика?