Системный фермер. Тетралогия (СИ), стр. 98
Да, что‑то быстро Болеслав сдулся. Если бы мне кто‑то такое рассказал, то я бы просто не поверил. Раньше он создавал впечатление крепкого мужика, который до конца будет стоять на своём. Сильно, видать, перепугался. Но хотя бы пару слов в свою защиту нужно было сказать!
– Ладно, Болеслав, забудь, – давая понять, что тема закрыта, я похлопал его по плечу. – Главное, что теперь всё позади. Пора возвращаться домой, амбар сам себя не достроит.
Внезапно перед глазами появилось новое уведомление от системы:
/Внимание! Моральный дух вашей строительной бригады достиг отметки: Воодушевление (100 %)/
/Эффект : Скорость постройки и ремонта любых зданий на вашем наделе увеличена на 35 %./
/Дополнительно : Расход строительных материалов снижен на 10 % за счет слаженной и бережной работы воодушевленной бригады./
Вернер со своими кознями не иронично думал, что «свяжет мне руки» и сорвет все сроки перед проверкой земельного инспектора, а по итогу только сам себя закопал.
Своей подлостью он, сам того не ведая, сплотил моих людей так, как не сплотили бы никакие уговоры или обещания повышения оклада.
Тридцать пять процентов к скорости и десять процентов экономии материалов в условиях жесткого дефицита времени – это настоящее чудо. Теперь мы не просто укладывались в график…
Теперь у меня есть возможность достойно обустроить весь участок!
Земельный инспектор Шредер должен был приехать час назад. Странно, но проверяющий по какой‑то причине опаздывает. Может быть он не такой уж и карьерист, как о нём болтают. Либо же ему стало известно, как изменилась ситуация на моем участке. Смириться с поражением – очень тяжелая ноша для подобных людей.
– Надеюсь, ты вклеил отчеты в амбарную книгу, – не поворачивая головы, обратился я к Радовану. Он сидел за столом на кухне, повторно проверял все заполненные документы.
Я смотрел на свой новенький амбар и облагороженный колодец, из которого любой желающих мог набрать воды в жаркий день.
– Второй раз за день меня спрашиваешь, – усмехнулся помощник. – Вклеил. Не забыл.
– Да у меня уже из памяти вылетело… Лишний раз перестраховаться не мешает.
Я вышел на крыльцо и зажмурился от яркого солнечного света. На моем огороде работала группа рабочих. За эти дни огород стал значительно больше. У края поля Клещ как раз очищал лопату от налипшей земли. Заметив меня, он выпрямился, оперся на черенок и вытер лоб тыльной стороной ладони.
– Хорошая земля у вас, господин Мейер, – заявил батрак. – Клубни крупные растут. А ведь один такой килограмм стоит, как два зиллинга на рынке. Это ведь кто‑то шахтером золото добывает, жизнью рискует, а здесь добро чуть ли не под ногами лежит!
– Не думаю, что всегда так будет, – я едва заметно улыбнулся. – Лучше всегда быть готовым ко всему. Ситуация может измениться в любой момент.
Картофель в будущем должен упасть в цене. Если расширить мой участок, набрать больше рабочих, закрыть все долги и вложить оставшиеся деньги в покупку изумрудного катализатора – рано или поздно поставляемый мной картофель окажется в избытке.
Для Хлеща всё было слишком просто. Он не понимает перспективы того, что сейчас картофель – редкий продукт. Его нигде нет, но когда его станет много – его придется продавать за меньшую сумму. Иначе он просто сгниет.
Поэтому я сразу же перевел тему, чтобы не мучать Клеща разговорами о будущих перспективах моего огорода:
– Как там Сивка? – поинтересовался я.
– Да что ей сделается? – Клещ кивнул в сторону навеса, где лениво помахивала хвостом наша новая гнедая кобыла. – Стоит, овес жует.
Картофель действительно стал нашим первым стабильным заработком. Первые же поездки на городской рынок принесли мне хорошую прибыль и покупка собственного транспорта была лучшим решением за последнее время.
– Да уж, – глядя на Сивку, протянул я, – Жаль, что старика Витольда без работы оставил. Раньше он меня всегда в город возил.
– Если бы у вас ещё одна телега с лошадью была, то можно было бы его обратно на работу вернуть, – пошутил Клещ.
– А почему бы и нет? – задумался я. Ведь идея и вправду хорошая.
Если хозяйство продолжит расширяться такими темпами, одной телеги нам скоро перестанет хватать. Вернуть Витольда, но уже как штатного кучера на вторую лошадь. Это на какое‑то время решило бы проблему с излишками урожая.
– Да я только за, господин Мейер! – Клещ воткнул лопату в землю и оперся на нее. – Старик Витольд мужик исполнительный.
Если аудит пройдет нормально, надо будет сразу брать вторую лошадь и расширяться. Главное выстоять сегодня и не дать этой столичной ищейке сорвать мои планы.
В самом доме двое парней из бригады Болеслава возились с внутренним ремонтом. Из открытых окон доносился размеренный стук инструментов, они как раз заканчивали подгонять половые доски. Старая лачуга на глазах превращалась в достойное для жизни место.
Чуть дальше, на огороде, батраки пололи сорняки, бросая охапки травы в кучи между грядками. Земля вокруг картофельных кустов уже стояла чистой и ухоженной.
А на самой границе надела стучали топорами лесорубы Петера. Они расчищали заросшую окраину. Раньше ведь ко мне на участок и подъехать на телеге нельзя было.
– В сторону! – крикнул один из мужиков. С глухим треском на землю повалилась сосна.
В этот же момент со стороны тракта, ведущего из Преславицы, донесся отчетливый, тяжелый стук копыт. Мужики на просеке на секунду притихли, опустив топоры.
Из‑за поворота, поднимая клубы серой пыли, выкатился целый кортеж. Впереди шла выкрашенная в строгий темно‑синий цвет столичная карета с имперскими гербом Земельного Бюро.
Сразу за ней катились две городские телеги. По бокам этой колонны из трех экипажей, ехали верхом четверо городских стражников во главе с начальником гарнизона Гроссом. Замыкал процессию Юлиан Вернер.
А он что тут забыл? Ведь отчет перед земельным Бюро это – не какое‑то представления для широкого круга лиц.
Вскоре эта процессия остановилась недалеко от моих грядок с картофелем. Стражники слаженно спешились, перекрывая выезд, а кучер резво спрыгнул с козел, распахивая лакированную дверцу кареты.
Из кареты, опираясь на трость с серебряным набалдашником, неторопливо выбрался худой мужчина в строгом, застегнутом на все пуговицы чиновничьем сюртуке. Это был он, сомнений нет.
Земельный инспектор Ганс Шредер брезгливо оглядел осевшую на его начищенные туфли пыль, и поднял глаза на мой амбар.
Я спокойно сошел с крыльца и неторопливо направился к воротам, краем глаза заметив, как Радован и Болеслав синхронно пристроились чуть позади меня.
– Приветствую вас на сорок седьмом участке! – громко и уверенно произнес я.
Инспектор Шредер даже не кивнул. Он лишь слегка повернул голову в мою сторону, продолжая брезгливо стряхивать пылинки с рукава своего сюртука.
Зато капитан городской стражи, сидевший в седле, слегка приподнял руку в знак приветствия.
Вскоре начался осмотр участка. Земельный инспектор двигался по участку медленно, словно выискивал малейший повод, чтобы за что‑то зацепиться.
За ним следовал Радован, готовый по первому требованию предоставить амбарную книгу. Сначала Шредер направился к огороду. Он молча подошел к широким, идеально чистым грядкам с картофелем, наклонился, подцепил кончиком дорогой трости ком черной земли и растер его между тонкими пальцами.
– Земля тяжелая, – тихо, сам себе под нос прошептал чиновник. Он перевел взгляд на Клеща, который замер с лопатой в руках. – Сколько мешков сдали на городском рынке в прошлую раз?
– Так это… тридцать два мешка, – прокашлявшись, произнёс Клещ.
Шредер никак это не прокомментировал. Он просто сделал пометку в своем узком блокноте и зашагал дальше – к границе участка, где лесорубы аккуратно складывали бревна. Чиновник внимательно осмотрел заготовки, словно пытался понять не вышел ли я за границу своего земельного участка. Ведь на это нужно разрешение со стороны бюро.