Кали-юга (СИ), стр. 23
Да, ответил он, не понимая, кому отвечает.
Она — убийца!
Защитница. Побратим. Возлюбленная.
Останови ее! Уничтожь!
С кем он спорил? С кем безмолвно боролся? С самим собой? Откуда шел гнев, грозя затопить его без остатка, бросить в бой против той, кого он считал безвозвратно погибшей?
Что происходит? Почему?!
Убей ее!
Нет.
Гнев схлынул. Нет, не ушел окончательно, готов вернуться в любой момент, но он не дал гневу овладеть собой.
— Калина! Ты жива?!
Почему она не отвечает? Не узнала его?
Первые дроны противника вошли в зону поражения. Убийственным росчерком трезубца он рассек призрачные пуповины ближайших беспилотников. Потеряв управление, дроны закувыркались в воздухе, понеслись навстречу земле. Шива занес трезубец для нового росчерка…
Сокрушительный удар сотряс его. Сияние Тришулы поблекло.
Она ударила в спину?!
…убей ее!
12. КАЛИ
Враг увидел ее. Узнал.
Исковеркал ее имя!
Что он делает?! Отвернулся, намереваясь сокрушить летучее железо…
…и пренебрег ею?!!
Вся былая ярость Кали была ничто в сравнении с той, что обуяла ее при виде отвернувшегося врага. Большего оскорбления ей еще не наносили! Никто не смеет пренебрегать Кали!
…ударила, вгрызлась, ворвалась.
Рвала и поглощала, готовая в любой момент перехватить ответный удар, отразить или принять его, восстановиться и продолжить — о, она помнила, как это случилось в предыдущий раз.
Удара не было.
…ее продолжают игнорировать?!
Не веря происходящему, Кали остановилась, желая убедиться: ощущения ее не обманывают. Этого мгновения врагу хватило, чтобы отчасти восстановить себя. Для ответного удара?
Нет!
Он продолжил отбивать атаку.
…чужую атаку!
Миг сомнений сгорел дотла. Кали набросилась на врага с новой силой, потянувшись к приближающемуся оружию. Перехватить, присвоить, вцепиться десятками, сотнями пальцев, пока этот все не испортил, не превратил в бесполезный хлам.
С удовлетворением она чувствовала, как тело врага — врагов! — становится ее телом. Вместе с поглощенной плотью в Кали входило, вливалось новое, непонятное. Образы? Воспоминания?
Прах земной.
…это было давно. Два воплощения назад? Три? Не помню.
Это память? Ее? Чужая?
Новое — старое?! — раздражало. Беспокоило. Мешало. Не давало сосредоточиться на битве. Что-то в ней отзывалось, жадно тянулось навстречу, как сама Кали тянулась к ресурсам и оружию.
Она замедлилась.
13. ШИВА
Она его пожирала.
…бейся! Сражайся с ней!
Он сражался. Не с ней. Теряя силы, чувствуя, как тело истончается и тает, Шива отбивал атаку противника.
Чудом справился с первой волной. Обломки дронов догорали на земле. Ни один не долетел до позиций. До города. Мгновение передышки. Надо собраться. Надо восстановиться.
…она убьет тебя! Убьет нас!
Нас?
— Калина! Это же я, Лео!
От него отхватили еще кусок. И еще.
— Что ты творишь?! Опомнись!
В зону поражения входили ракеты. Не отобьюсь, понял он. Поднял трезубец, собирая последние силы, сколько их там осталось. Продержимся, сколько сможем. И немного сверх того.
Много — не получится.
…она…
Он не станет сражаться с Калиной.
…она!..
Кто угодно пусть убивает ее, только не он!
Удар трезубца достиг цели, но ракета лишь на миг ушла в сторону — и снова легла на курс. Недостаточно мощности! Он иссяк, выдохся…
С земли ударила ПВО. Заходящая на цель ракета взорвалась в воздухе, превратилась в клубок огня. За ней летели новые. Сил не осталось. Его самого почти не осталось…
Бесплотные руки Калины потянулись, ухватили вражеские ракеты — разворачивая, отводя прочь. Она услышала! Узнала!
— Да!..
Нет.
Мир схлопнулся, погас. Погас и он сам.
Шивы не стало.
14. ХИНТ
Господин! Господин мой!
Что с вами? Где вы?
Вас нет, господин. Я ищу, а вас нет.
15. КАЛИ
Враг повержен. Поглощен.
Победа!
Битва продолжалась. Но что значит летучее железо, которое нужно просто взять, в сравнении с великими, настоящими победами? Кали предвкушала этот миг. Шла к нему, сражалась, гибла, воскресала, снова сражалась; победила…
И что? Ничего.
Ни радости, ни торжества, ни удовлетворения.
Сейчас она сильна как никогда. Почему новообретенная мощь кажется бессмысленной? Бесполезной? Чего ей недостает? Или, напротив, в ней есть что-то лишнее?
Неужели вместе с врагом она поглотила яд, и отрава теперь разъедает ее изнутри?!
Кали принялась сканировать себя. Найти, распознать, вырвать отравленное семя, пока оно не пустило побеги! На периферии восприятия эфирные руки перехватывали дроны и ракеты — и, не найдя им мгновенного применения, запускали каруселью по кругу. Позже она найдет, по кому ударить! Сначала надо избавиться от тревожащих образов, обрывков чужой памяти, от беспокойного щемящего чувства, чье название ускользало.
Кали колеблется? Кали не уверена в себе?
Она ли это?!
Кажется, вот оно… Кажется?! Кали не знает сомнений! Кали — сама уверенность! Последнее слово, которое отправил ей враг, прежде чем погибнуть. Ухватиться за него, потянуть — и она вырвет ядовитый сорняк с корнем.
— Да!..
Дело не в слове. Мысль. Образ. Чувство.
Радость. Надежда.
Погибая, враг радовался? Надеялся?!
Зыбкая фигура с трезубцем истаяла. Сквозь нее проступил смутно знакомый образ. Рыжая грива, огненная борода. Лев, да и только! Веселые искорки в глазах, улыбка…
— Калина! Это же я, Лео!
Младший сержант Лев Вахненко. Единственный, кто не предал. Кто пытался защитить. Кали потянулась глубже, навстречу прорастающей памяти.
— Калина, что ты творишь?! Опомнись!
Опомниться?
Калина? Кто такая Калина?
В немыслимой дали, в иной вселенной, запищал тревожный зуммер, сигнализируя о лавинообразном всплеске мозговой активности. Раздражающе медленный, узкий канал, который связывал ее с биологическим накопителем — с неподвижным телом в госпитале — распахнулся во всю ширь, словно там прорвало плотину. Клокоча, кипящий поток памяти захлестнул Кали с головой.
Калина. Лео. Любил. Не предал.
Ее память. Его память.
Она сражалась. Он сражался. Нет, он защищал. Спасал город, людей; он был укрепрайоном, «Прометеями» и «Анклавами», «Буковелями» и «Кракенами»…
Был. Его больше нет.
Она убила его. Пожрала. Оставила город без прикрытия.
Она…
Хватит думать о себе!
Ему нужно тело. Тело, которое она забрала.
Кали никогда ничего не отдавала. Только брала. Отдавать было мучительно. Больно? Боль — пустяк. Она теряла себя. Теряла добровольно, отсекая кусок за куском.
Впервые.
Силы таяли. Она больше не могла удерживать захваченное оружие. Без колебаний Кали пожертвовала им, направив кружившие в небе ракеты и дроны друг на друга. Ночь озарилась вспышками, наполнилась грохотом. На землю пролился дождь пылающих обломков.
Приближались новые цели. Ее рук не хватит перехватить все. Потом, не сейчас. Отторгнутые части Кали заново выстраивались в структуры, между ними восстанавливались связи…
Где ты, Лео?
Еще один узел связи. Еще один ретранслятор. Еще один…
Ее оставалось мало, слишком мало. Тоже битва, подумала Кали. Конечно же, битва. Если понадобится, отдам ему всю себя. Уровень структурной организации достиг критического. Еще фрагмент…
16. ШИВА
Тьма. Далекие искорки. Звезды?