"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 973

«Врёт! – подумала воительница. – Он и не ложился в эту ночь!»

Молча она налила воды в котелок, поставила на огонь. Арий Конрад смотрел на пламя, потом резко обернулся, стрельнул стальными искрами на Демиру.

– Вчера, когда ты скакала по дну реки, ты была великолепна, – негромко произнёс магистр, – я наблюдал за тобой.

– Подглядывал, сталбыть? – прищурила глаза воительница.

– Наблюдал, – поправил её магистр, – я потрясён. В тебе столько силы, воли к победе! Ты прекрасна, Демира! Звёзды не лгут, ты та избранная, что дойдёт со мной до Цели. Я не ошибся в выборе.

– Ты тоже смотрелся неплохо, – отозвалась Демира.

– Старался произвести на тебя впечатление, – объяснил Арий Конрад, – знаю, что удивить тебя непросто.

Он старался произвести впечатление на неё? Ему, магистру Ордена Сов небезразлично, что подумает о нём бродяга-воительница, объявленная вне закона?

Магистр приблизился к костру, голой рукой сгребая в середину разлетевшиеся красные уголья, но не это привлекло взгляд Демиры. То, что колдун не боялся огня, она уже знала.

Когда Арий Конрад наклонился, она увидела тот белый шрам у его шеи. Память бросила в морозный день, когда умирающий на снегу волк встал, чтобы встретить смерть достойно.

Её руки, красные, обветренные, закостеневшие от холода, прижимают к груди раненого зверя. Лохматое тело, распростёртое на войлоке у очага, лишь изредка вздрагивает, пока Демира зашивает его рану. И этот вздох, тихий, тяжёлый, совсем человеческий, когда она закончила.

И вспомнилось, как металась в горячке она в келье магистра, и как сквозь пелену забытья проступала нежная прохлада его рук, когда он менял повязки на её ранах.

Вся во власти воспоминаний, нахлынувших на неё с силой штормовой волны, Демира наклонилась к Арий Конраду и осторожно, ласково коснулась губами белого шрама. Магистр стремительно обернулся, стиснул в объятии её талию, запрокинул нежным и властным движением её голову. Демира успела увидеть его широко распахнутые, полные волнения глаза, а в следующий миг прохладные губы раскрыли её, и девушка с головокружительной скоростью полетела в тёмный, бесконечно-сладостный омут.

В реальность обоих привело шипение воды на раскалённых угольях. Котелок опрокинулся, и вода залила костёр. Миг забвения…

Демира лежала на траве в объятиях Арий Конрада, и он, будто целомудренный супруг, накрывал её своим телом. Магистр вздрогнул, повернулся, посмотрел, что случилось, но девушку из объятий не выпустил.

– Между нами, – тихо проговорил магистр, проводя пальцем по щеке Демиры, – протянулись тоненькие ниточки, связавшие нас с того времени, когда ты не дала погибнуть раненому волку. Нас тянет друг к другу помимо воли. Но, – Арий Конрад наклонился ближе, внимательно глядя в её чёрные влажные глаза, – если ты меня совратишь, я убью тебя, Демира.

– Убьёшь? И рука твоя не дрогнет? – девушка, ясно сознавая свою над магистром власть, подняла руку, провела по его светлым волосам, убрала их за спину; коснулась плеча, широкой груди. Чувственность этих прикосновений ошеломила Арий Конрада.

– Демира! – выдохнул он, перехватывая её ладонь и прижимая к своим губам. – Клянусь водами Стикса, я убью тебя, Демира! Если ты станешь преградой на Пути моём, не дрогнет рука моя, поднимая меч!

– Когда завершится Путь, и мы доберёмся до сокровищниц Ормузда, ты будешь сходить с ума от любви ко мне, магистр, – горько усмехнулась воительница.

– Ты что, разума лишилась? – встрепенулся Арий Конрад. – Ты что пророчишь? Да не хворобая ли ты?

– Давай пари! – улыбнулась Демира. – Давай пари на что угодно!

– Блаженная!

– Ты боишься проиграть, Конрад?

– Безумные игры не для нас!

Демира откинула светлую прядь волос со лба Арий Конрада, погладила по щеке. Он по-прежнему не выпускал её из объятий.

– Для нас, Конрад, – прошептала Демира, – плюнь на всё. Чёрт с ними. Люби меня.

Магистр взглянул в её полные огня глаза, попытался отстраниться в последнем проблеске разума, но она притянула его к себе, прижала крепко. Губы её приоткрылись, и Арий Конрад, более не владея собой, бросился в этот поцелуй, как истомлённая жаждой лесная птица в холодный горный родник.

– На помощь! Арий! – принцессин визг заставил магистра выпустить Демиру из объятий и кинуться к шатру.

Воительница поднялась с травы, поправила косы и стряхнула прилипшие к ним листочки и травинки. Одёрнула рубаху. Вот здесь, сбоку, с этой стороны скользнула под льняную ткань его прохладная ладонь, и лишь на миг тонкие трепетные пальцы сжали её грудь так нежно, точно то не рука была, а мягкая звериная лапа с пушистыми подушечками. Или она нагрезила себе? Волчья лапа…Лишь на миг…

В шатре, меж тем, истошно вопила принцесса. И замолчала, когда оттуда вышел магистр, держа в каждой руке по толстой чёрной змее, извивающейся, бессильно шипящей в его медвежьих тисках. Следом выскочил встрёпанный Арефа, потом Ливий, со сна не соображая, что происходит, и, наконец, сама принцесса – бледная, дрожащая. По лицу её в два ручейка текли слёзы.

– Не свёрнутой кошмой нужно от них отмахиваться, – снисходительно объяснил магистр, – а хватать у головы. Вот так.

Он стиснул руки чуть сильнее, опустил, и задушенные змеи мёртвыми упали на землю.

– Арий… – пролепетала перепуганная принцесса и, подойдя к магистру, приткнулась лбом к его плечу, сражённая силой и самообладанием своего защитника.

– Нечего нюни распускать! – рявкнула наблюдавшая за представлением Демира. – Умываться – и за трапезу! – и принялась раздувать костёр.

В душе воительницы не было раскаяния. Предложив Арий Конраду себя, Демира хотела лишь обрести тепло, которого не нашла тогда в объятиях магрибского вора.

Ливий – добрый ангел-хранитель в минувшем; что было – к тому уже не вернуться. То пройденные мили её пути. Арий Конрад… Демира теперь не сомневалась, что любит его. Любит всей силой своей исстрадавшейся души, всем своим израненным сердцем. Любит, не смотря на пропасть между ними. И будет любить тем сильнее, чем более непреодолима эта пропасть.

Глава седьмаяИскушение

После завтрака принцесса, на которую змеи произвели сильное впечатление, робко обратилась к магистру:

– Арий, можно мне поехать с тобой?

Рядом с ним она чувствовала себя в большей безопасности, нежели с Арефой.

– Гляди-ка, – Демира ткнула Ливия кулаком в бок, – тасует их, как карт колоду. Хочу – так, хочу – сяк. Сегодня с тем, завтра с этим.

Арефа заметно побледнел, но ничего не сказал.

– Арий! – повысила голос принцесса. Дворцовые замашки никак не оставляли в покое эту девицу. – Я к тебе обращаюсь! – напомнила она.

– В самом деле? – Арий Конрад обернулся, удивлённо взглянул на неё. – А с чего ты взяла, что я желаю утруждать Инзара двойной ношей? Езжай со своим нянькой, – лёгким кивком он указал на своего ученика. Тот стоял, отвернувшись, сердито сопел носом.

– Довольно! – как всегда, в подобных случаях, не выдержала Демира. – Развели балаган! Арефа, что стоишь, как подсвечник? Бери принцессу – и на коня! Тея! Если в три дня не выучишься верховой езде, я не знаю, что с тобой сделаю! Конрад, а ты позаботься о том, чтобы у неё была лошадь.

– Я так понял, – медленно проговорил Арий Конрад с ледяной усмешкой на устах, – у нас новый вожак?

– Ой, замолчь, а? – Демира от него отмахнулась, как от назойливой мухи. – Надоел уже нам своими выгибонами.

– Что?– процедил магистр, бледнея от гнева. – Ты как смеешь говорить так с Последним из Сов, дерзкая?

– Смею! – воительница шагнула к нему, кладя руку на рукоять меча. – Ничего с тобой не случится, не оглохнешь!

– Ты, верно, спятила, или забыла, с кем говоришь! – негромкий голос магистра, исполненный ледяного хладнокровия, бросал в дрожь.

– У меня хорошая память! – усмехнулась Демира.

– Мне хотелось бы, чтобы бой меж нами случился после того, как мы войдём в галереи Ормузда, – глухо и отрывисто произнёс Арий Конрад.