"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 654

— Георгий Васильевич, вы лучше туда не лезьте, — сказал мне Илья Борисович ещё при первом осмотре завода. — Там своя система работает. Я пытался разобраться, как они трубы подключили, но мастер Семёнов меня остановил. Говорит, работает и ладно. Начнём переделывать, может и сломаться.

— И вы послушались?

— А как не послушаться? У человека опыт, интуиция. Он чувствует свою установку. Да и результат главное, а результат есть.

Но как бы то ни было, а на площадке готовой продукции каждый день появляются новые плиты, которые там дозревают положенный срок. Они лежат аккуратными рядами, пронумерованные мелом, накрытые влажной рогожей для равномерного схватывания бетона. Рабочие аккуратно не меньше трёх раз в сутки, в зависимости от температуры воздуха, поливают их водой из леек со специально сделанными очень мелкими распылителями, следят за температурой, записывают показания в журнал.

Основная причина такого бедственного положения с механизацией и автоматизацией, страшный дефицит электричества. Без нормального электроснабжения невозможно наладить ни конвейерное производство, ни использование электрических подъёмников, ни установку нормального освещения в цехах, вообще практически ничего. Передвижных электрогенераторов элементарно мало и все они не первой свежести. Сейчас работают от одного маломощного дизельного генератора, который еле-еле тянет бетономешалки и несколько лампочек:, одна из которых освещает закуток Гольдмана.

Энергетики ударными темпами восстанавливают высоковольтную ЛЭП, но они только дошли до «Баррикад» и сюда, в район СТЗ, придут только в первых числах июня. Я видел их работу своими глазами: бригады на столбах, протягивающие провода и ремонтирующие трансформаторные будки. Медленная, кропотливая работа, требующая точности и опыта.

Заводские электрики, кстати, готовятся к этому знаменательному событию и уверенно докладывают, что всё электрическое хозяйство тракторного к началу нового месяца будет готово к немедленному подключению к восстанавливаемой городской сети. Они уже проверили все распределительные щиты, заменили сгоревшие предохранители, протянули новую проводку там, где старая пострадала от обстрелов. Нам они тоже помогают с оборудованием завода.

Наши успехи в Кировском районе благоприятно сказались не только на СталГРЭС и судоверфи, но и практически на всех городских службах. Люди идут к дорожникам, к энергетикам и к коммунальщикам, даже озеленители докладывают об увеличении числа работающих. Это, например, сразу же сказалось на темпах восстановления электросетей и систем водоснабжения и канализации.

Но я хорошо понимаю, что через пару недель этот эффект сойдёт на нет. В Кировском районе до войны преобладал так называемый частный сектор, было много домов саманного типа, и очень многие из этих строений были разбиты немцами под ноль. Но не меньше трёх четвертей из них уже приведены в более-менее божеский вид, который позволяет сейчас, в наступающем летнем периоде, жить в них. А к следующей зиме в них надо будет почти повсеместно перестилать полы, перекладывать печи и восстанавливать отопление, отремонтировать стены и кровлю и делать многое другое. Работы одним словом непочатый край и это без сомнения будет моя забота.

В восстановленных нами домах люди селятся как сельди в бочке, и население района составляет уже почти довоенные девяносто тысяч, многие из которых стремится работать ближе к дому. Поэтому с кадрами на предприятиях Кировского района всё более-менее нормально.

Но чтобы темпы восстановления Сталинграда ускорялись, надо много хоть какого-то жилья в разгромленных районах города. Пусть это будут временные бараки, землянки, восстановленные подвалы, но людям нужна крыша над головой рядом с местом работы.

В Сталинграде живёт уже заведомо больше ста тысяч человек, и почти половина живут в этих разрушенных районах. Условия жизни в том же Блиндажном посёлке сейчас для многих являются недостижимой мечтой. Там хоть стены есть, пусть и земляные, но уже все обшиты деревом, топятся при необходимости печки, не течет над головой крыша и есть такие роскоши как баня, рабочая столовая, недавно открывшиеся медицинский и почтовый пункт и детсад.

А пока ещё крохи по-настоящему восстановленного жилья, это вообще какая-то сказка. Хотя нет еще горячая вода, электричества и отопления и удобства временно еще на улице, но всё равно это кажется роскошью из довоенной жизни.

По большому счёту, полностью восстановленного жилья ещё нет. И всё дело в отсутствии централизованного водоснабжения и канализации и электоснабжения. Но работы идут полным ходом, и после первого июня обещают начать подключать заводы и первые восстановленные дома. Причём во всех районах города, даже в самом северном, Тракторозаводском. Прокладывают магистральные трубы, ремонтируют насосные станции, восстанавливают водонапорные башни, энергетики работают уже не только на магистральных линиях.

Есть ещё одно крупное предприятие, которое до войны было очень большим, и хотя до боёв на его территории дело не дошло, пострадало очень сильно. Это мебельно-деревообрабатывающий завод имени Я. З. Ермана, или кратко завод Ермана. Он начал восстанавливаться, во многом в инициативном порядке, одним из первых ещё в декабре сорок второго, когда территория завода оказалась вне пределов досягаемости артиллерии окружённой группировки Паулюса. Первыми вернулись старые мастера, потом рабочие и инженеры, и завод ожил.

И сейчас, несмотря на все трудности, завод обеспечивает все потребности Сталинграда в пиломатериалах, различной столярке и начал выпуск самой необходимой мебели. Простые табуретки, столы, кровати, шкафы без всяких изысков, но прочные и нужные.

Но ещё большой проблемой станет отсутствие различного сантехнического и электрического оборудования в останавливающемся и планируемом к строительству жилье. Пока мы каким-то образом выкручиваемся на имеющихся скудных довоенных запасах. Собираем по развалинам уцелевшие ванны, краны, вентили, трубы, выключатели, патроны для лампочек и прочее. Перспектив больших государственных поставок нет, и на самом деле в этом вопросе надо полагаться только на местные ресурсы, которых почти нет и их надо тоже создавать.

Всё, что делается из металла, в принципе могут начать производить наши восстанавливающиеся промышленные гиганты. Но реально можно рассчитывать только на «Красный Октябрь» и возможно на тракторный через какое-то время. Успешнее всего дела идут на «Баррикадах», но их продукция позарез нужна фронту, и за отвлечение мощностей на сторону дадут по шее. Орудия, миномёты, снаряды, всё это идёт прямо на передовую, и никто не позволит отвлекать этот конвейер ради бытовых нужд.

Одно дело наладить производство кирпича, который позарез нужен самому заводу, или мелкосерийное производство наших протезов силами одного постоянного мастера и нескольких энтузиастов в их нерабочее время. Другое дело, открыть достаточно крупное серийное производство бытовой сантехники и электооборудования. Это требует станков, материалов, рабочих рук, технологии.

А вот на «Красном Октябре» ситуация немного другая. Конечно, металл, который они должны начать скоро выплавлять, очень нужен стране. Но его отсутствие сейчас не очень критично. Металлургические гиганты Урала обеспечивают потребности страны в металле. Магнитогорск, Златоуст, Нижний Тагил работают на полную мощность.

Через полтора месяца Павел Петрович планирует выдать первую плавку стали, а ещё через несколько недель и первый прокат. Я был у него на совещании, где он распределял задачи между цехами, назначал ответственных, утверждал графики работ. Говорил резко, по-военному, но люди его слушали с уважением и верой.

Но уже сейчас на заводе работают минипечи, которые дают металл, из которого завод для себя льёт необходимые изделия. И параллельно начинает налаживать мелкосерийное производство бытовой сантехники. К осени они обещают развернуться и наладить выпуск всего необходимого в достаточных масштабах для восстановления Сталинграда.