"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 166
Мимо поплыли здоровенные дубы с укрытой опавшей листвой землей. В этот раз отряд двигался быстро, стараясь как можно скорее покинуть негостеприимную чащу. Наступило утро, окончательно рассвело. Изредка солнце выглядывало из-за серой пелены туч, позволяя ориентироваться по сторонам света. Мы ехали без остановок, пока время не подошло к полудню.
Вскоре с головы колонны прилетели изумленные крики. Тара молча пришпорила коня, взглядом велев держаться рядом. С тех пор как свернули лагерь, она не отходила от меня ни на шаг.
Мы подскакали к едущим первыми воинам и растерянно остановились. Перед нами вновь был родник с выложенными полукругом валунами. Даже остатки костра присутствовали, и валяющиеся на земле тела мертвых уродцев, которых при отбытии не стали хоронить.
— Я же специально следил, держались строго в одном направлении, — растерянно пробормотал один из бойцов, двигавшийся в авангарде.
Второй подтвердил мрачным кивком, бросил косой взгляд на подъехавшую валькирию и добавил:
— Мы не могли свернуть незаметно.
Охотница помолчала, разглядывая оставленный несколько часов лагерь, в который нас вновь привело, хотя этого не могло быть в принципе.
— Твои шуточки? — Тара остро взглянула на меня.
Я хмыкнул.
— Если ты думаешь, что мне по силам такие вещи, то ты сильно переоцениваешь меня, — сказал я, ничуть не покривив душой.
Подобные фокусы мне и правда не по плечу. Это то ли игры с разумом, заставляя бессознательно возвращаться в одну точку, то ли прямое воздействие на пространство, что вообще запредельный уровень.
— Нас не хотят выпускать, заманивают в ловушку? — спросила рыжая, вновь обратившись ко мне.
Я пожал плечами.
— Понятия не имею. Я вижу лишь то, что видишь ты.
На самом деле, я не думал, что это дело рук неизвестного колдуна. Скорее это походило на работу второго слоя заклятья. Хотите ехать дальше и не желаете устраиваться на ночлег? Тогда блуждайте пока не иссякнут силы, все равно глаза закроются от усталости и тогда активируется первый слой, где нет пробуждения.
— И предвосхищая дальнейший вопрос отвечу: уверен, даже если сменить направление, все равно дорога в итоге приведет сюда, — заявил я и кивнул на оставленную от телег колею, хорошо видную в придавленной опавшей листве. — Думаю это единственный путь, который не вернет обратно.
— Откуда пришли эти пугала, — сказала Тара и с подозрением добавила: — И куда так стремился ты, маг.
Я покачал головой.
— Я всего лишь хотел посмотреть, что там. А не собирался лезть напролом.
— Отмени заклинание блуждания по лесу, как ты отменил заклятье сна, — резко потребовала Тара.
Иногда люди далекие от магии требуют совершенно невозможного, не зная тонкостей работы с магическими потоками. Пришлось терпеливо объяснять.
— Для этого требуется знать местонахождение точки приложения сил. Помнишь, как я по очереди обходил валуны? Без этого ничего бы не получилось. Так и здесь, прежде чем что-то разрушить, надо знать, где это находится.
Рыжая зло засопела, черты лица заострились, кажется она была готова бросить приказ разделаться с наглым колдуном, тем самым едва не совершив роковую ошибку. К счастью, у девчонки хватило ума сдержаться. То ли вспомнила, что имеет дело с магом, то ли не хотела терять в потенциальной схватке даже одного человека. Вместо этого прозвучал приказ:
— Едем дальше!
И резко дернув повод, повернула коня в сторону оставленной от телег колеи.
Глава 4
4.
Жизнь — это непрерывная череда взлетов и падений. Но только сильная личность, оказавшись на дне, выкарабкивается обратно. Часто при этом наградой служит не само преодоление препятствий, а приобретенные в ходе этого опыт и знания. Ведь каждый раз получая новый опыт, мы становимся другими, новой версией себя прежних, гораздо лучше, гораздо сильней. Это дорогого стоит и это ничем не заменить. И это невероятно важно для дальнейшего развития.
Непрерывная цепь трансформации, иначе застой, откат назад, регресс и полная деградация. Мы меняемся, либо двигаясь вперед, либо назад, другого не дано. Таков путь каждой личности, каждого человека, хочет он того или нет. И каждый наш поступок в любой из дней влияет на это, каждое принятое решение и каждое действие.
Я знал, что попытка выяснить секреты Мертвого Урочища могут быть смертельно опасны, но ни я, ни Га-Хор никогда не встречали настолько масштабных заклинаний, да еще выполненных с таким мастерством. Даже в Книге Основ не упоминалось ни о чем подобном. А значит, об этом обязательно необходимо узнать. Не ради зряшного любопытства, а ради новых знаний на пути непрерывного самосовершенствования.
Потому что каждый день ты становишься другим, и только тебе выбирать, каким ты сегодня будешь. Необходимо узнать тайны Урочища, и через это измениться самому, став лучшей версией себя прежнего. Ибо таков путь любого правоверного адепта мар-шааг.
— Думаешь там действительно остались сокровища? Огромные ценности с разграбленных торговых караванов, рискнувших срезать путь через проклятую чащу? — вполголоса спросила Тара, когда отряд втянулся на примятую колесами колею, оставленную после телег.
— Вряд ли они грабили караваны в полном смысле этого слова. Учитывая специфику заклятья сна, скорее обирали мертвых, — так же тихо ответил я, поняв, что рыжая не хочет, чтобы разговор слышали остальные наемники.
Понадобилась секунда, чтобы сообразить о причинах проявленной осторожности. Риск требовал адекватного вознаграждения. Для меня это опыт и знания, позволяющие пройти на пути самосовершенствования чуть дальше. Для наемников более приземленные вещи — что-то материально вроде золота и серебра или других ценных предметов.
— Не придирайся к словам, маг, ты понял, что я имела ввиду, — зло в ответ прошипела Тара Охотница.
Я кивнул. Разумеется понял, это бы понял даже двухлетний ребенок. А еще бы он понял, что положение в роли лидера у рыжеволосой валькирии не так прочно, как она сама хочет показать. Любая оплошность, любая промашка, и ее быстро сместят. Не потому, что ненавидят или нечто подобное, а потому что лидер всегда должен быть победителем. За неудачниками не идут. Это аксиома. И статус женщины здесь не играет роли. Если под руководством рыжей отряд возьмет большую добычу, матерым псам войны будет плевать, что там между ног у их вожака. В этом отношении солдаты удачи отличались здоровым рационализмом.
— Думаю ценности есть. Вспомни, как бедно и убого были одеты уродцы, они не выходили из чащи уже много лет. А значит, добычу с караванов свалили где-нибудь в убежище. Иначе давно бы уже уехали, накопив капитал, и обустроились где-нибудь в более приятном для проживания месте, — я кивнул на проплывающие мимо мрачные вековые дубы, без листвы выглядевшие еще более неприветливо. Жить здесь постоянно, да еще зная, что вокруг черное колдовство, значит не иметь выбора покинуть это место. В ином случае, здесь бы никто в здравом уме не задержался.
— Купцы на продажу везут предметы, которые со временем портятся, — указала на очевидное Тара и быстро взглянула на меня: — Кто сказал, что прошедшие годы все это добро не превратилось в бесполезную рухлядь?
Да, товары в караванах перевозят разные, ткани вроде шелка и атласа наверняка давно сгнили, но ведь наверняка есть много предметов, не подверженных влиянию времени. Оружие, вино, которое, кстати, с годами становится лишь дороже, украшения, предметы роскоши, доспехи, еще куча всего, что потребует минимальных усилий, чтобы в случае необходимости привести в порядок. Вариантов много, и большинство точно принесет неплохую прибыль, если вывезти в крупные города.
О чем я и поведал хмурящейся воительнице, до сих пор не уверенной, что идея отправиться в логово местного колдуна, была удачной.
Но если по правде, какой у нас выбор? Блуждать бесконечно по лесу, пока лошади, а затем и люди не свалятся от усталости? Тогда отряд можно брать голыми руками не напрягаясь.