"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 1031
«Демира. Возьми моё сердце. Возьми мою душу. Демира. Не нужна вечность без тебя».
Оставалось немного. Дождаться возвращения Гарканы и оставить её охранницей территории, дабы в одиночестве она смогла принять верное решение в выборе судьбы своей. Отслужить последнюю мессу на горе Кулаберг, получить благословение Князя Тьмы. Сокрыть от вражеских глаз вход в скалу, и пройти свой Путь, указанный звёздами, начертанный лунным светом и холодным блеском планет.
Грозы были событием нетипичным для Руаны. Страна располагалась в плодородной равнине, и штормы с моря, где господствовали тёплые течения, разбивались о прибрежные скалы.
А осенью грозы явление совсем редкое, потому ту грозовую ночь в Сеноте запомнили надолго. Внезапно налетел шквальный ветер, срывал ставни, ломал ветви деревьев, опрокидывал заборы. Крупный град сыпал на мостовую, бил по мозаичным окнам соборов. Счастье, что урожай был снят, случись такая гроза неделею ранее, вся пшеница в окрестностях Сенота неминуемо погибла бы.
Никто из горожан не спал в эту ночь. Испуганные люди молились Кроносу, зажигали лампады в храмах, приносили жертвы богам. Не до сна было и Королеве. Демира долго стояла у окна, глядя в щели между ставен на грозное небо, вспарываемое огненными лезвиями молний. Разбушевавшаяся стихия была сродни ей. Демира ощущала себя частью бури, дьявольская радость охватывала её сознание при каждом новом громовом ударе.
Последние дни прошли неспокойно. Встреча с Арий Конрадом после стольких лет, его равнодушие, а потом прощание и осознание, что теперь навсегда, они больше не встретятся. И потом, это странное чувство, будто кто-то наблюдает за нею. Кто? Никого! Но чьё-то незримое присутствие не покидало Демиру.
И теперь, любуясь грозою, она словно сбрасывала с себя напряжение с каждой вспышкой молнии, с каждым раскатом грома.
Она долго стояла так у окна, но потом ей захотелось пить, и Королева не стала звать слуг, а взяла свечу и пошла по лестнице вниз, в кухню.
В замке было тихо. Челядь не выглядывала из своих комнат, лишь одинокие силуэты стражников тоскливо маячили в конце коридора.
Демире оставалось спуститься всего на один пролёт, когда раздался удар грома такой силы, что, казалось, расколол пополам древний замок. Испуганная, оглушённая Демира инстинктивно отшатнулась в сторону, схватилась за перила, и в этот миг полыхнула молния, на мгновение осветив стоявшую внизу высокую тёмную фигуру. Демира едва сдержала крик. Фигура, закутанная в плащ с низко надвинутым на лоб капюшоном, походила на саму смерть, восставшую из Преисподней в эту грозовую ночь и пришедшую за Королевой.
Усилием воли подавив страх, Демира шагнула вперёд, посветила. Стоявший внизу что-то сказал, но новый раскат грома заглушил его слова. Королева спустилась ещё на две ступеньки вниз и зажгла от своей свечи большой канделябр на стене. Мягкий неяркий свет залил лестничный пролёт, и стоявший внизу резким движением откинул капюшон с лица. Мокрые светлые волосы упали на лоб его, и глубокие, будто два магических кристалла, серые глаза вмиг вобрали в себя облик Королевы – простоволосая, в домашнем платье цвета кофе, не туго зашнурованном на груди.
– Демира! – выдохнул он.
– Что угодно вам в столь поздний час, магистр? – удивилась она.
Плащ на груди Арий Конрада распахнулся, открывая круглый амулет на толстой цепи, и отблески свечей отразились в нём. Светлые волосы, мокрые от дождя, в беспорядке рассыпались по плечам, нездоровый лихорадочный румянец горел на всегда бледном лице. Демира смотрела в кипящие расплавленным оловом его серые глаза, силясь понять, что вызвало в его душе такую бурю волнений.
Он стремительно шагнул к ней, опустился на одно колено, схватил её руки и покрыл их поцелуями.
– Я люблю тебя, Демира, – хриплым стоном прозвучал его всегда звучный, сильный голос, – люблю безумно, всегда буду любить… – он не находил нужных слов, хотел ещё что-то сказать, и вновь громовой раскат расколол небо.
Королева тяжело вздохнула, попыталась высвободить свои руки из его, но он ещё крепче сжал их в ладонях. Всегда прохладные, временами холодные нестерпимо, сейчас они были горячи настолько, что почти обжигали. Тепло от них волнами пошло по телу Демиры.
– Что с вами, магистр? – через силу выговорила она. – Вы больны?
– Если любовь есть болезнь, тогда да, Демира, я болен, – голос Арий Конрада вновь обрёл присущую ему звучность, – я люблю тебя, – и снова покрыл её руки лёгкими нежными поцелуями, будто обсыпал пушинками.
Демира почувствовала, как в пальцах нарастает дрожь и резко выдернула из его рук свои.
– Ты любишь меня, Арий Конрад?! – гневно воскликнула она. – Прошло пятнадцать лет, и теперь ты говоришь мне о любви?! Все эти годы у тебя ушли на то, чтобы понять это? Тебе понадобилось пятнадцать лет?
–Мне понадобился один день! – магистр по-прежнему стоял перед нею, опустившись на одно колено. Его облик дышал обжигающей страстью, так что её в жар бросило, и испарина выступила на висках. – Всего один день, Демира, одно утро, когда я увидел тебя в величии твоей грозной силы! А пятнадцать лет я, самонадеянный глупец, уверял себя, что достиг покоя и гармонии, и что ты мне безразлична!
– Ах, вот как?! – Демира побледнела и отступила к стене. – Значит, ты подглядывал за мною в то утро… И увидев, на что я способна, решился заключить союз со мной? Боишься, что я могу представлять угрозу для тебя?
– Нет, Демира!
– Да, Арий Конрад! – отрезала она. – Я была тебе не интересна, пока ты случайно не узнал, что все эти годы я практиковалась в магии! Теперь союз со мною, тебе, конечно, выгоден! К тому же он не лишит тебя вечной молодости и бессмертия, как ты страшился тогда! О да, момент для себя ты выбрал наиболее удачный!
– Не было речи о выборе, Демира! – простонал Арий Конрад. – Я готов крест-накрест перечеркнуть прошлое! Ничто не страшит меня ныне: ни утрата бессмертия, ни гнев богов! Теперь я готов пойти за тобою за семь перевалов, пойти, куда ты скажешь!
– Поздно, Арий Конрад! – она покачала головой. – Ты не видел, что я готова была пойти ради тебя на смерть, не понял и не принял моей любви! А я ждала долго, слишком долго ждала твоего прозрения! Теперь же мне не нужна твоя любовь!
Лицо Бессмертного вновь покрыла призрачная бледность. Он выпрямился и встал во весь рост.
– Ты лжёшь, Демира! – воскликнул он.
Во власти столь сильного чувства он совершенно утратил над собою контроль, и прежде сдерживаемые выплески мощной энергии рванулись во все стороны.
Порыв ветра прошёл по коридору, заскрипели ступени лестницы, треснули перила. Сеть трещин покрыла позолоту стен, и свечи в канделябрах погасли. Демира могла видеть магистра теперь только в свете молний, огненными змеями вспарывающими небосвод.
– Как чётко рассчитал всё твой ясный разум, Арий Конрад! – зло усмехнулась она. – Не учёл лишь одного: у меня тоже есть гордость! Я ждала слишком долго! Известно ли тебе, что значит «ожидание» и «надежда»?
– Да, Демира, теперь – да!
При звуках голоса Арий Конрада затрещала гипсовая лепка на потолке, и золотистая пыль посыпалась вниз. Огненные вспышки засверкали в воздухе, серебряное мерцание пошло вдоль стен.
– Я оскорбил тебя, Демира, – Бессмертный стоял, выпрямившись и откинув назад голову, глядя на Королеву свободно и прямо, – и сделаю всё, чтобы искупить вину и добиться твоей любви. Ты будешь моей, Демира! Это так!
Тяжёлая бронзовая люстра сорвалась с потолка и рухнула наземь, проломив паркет пола. Облако пыли поднялось вверх, и новый громовой раскат потряс небо.
– У тебя новая Цель?! – прокричала Демира сквозь грохот грозы. – Цель теперь – я?! Ты намерен добиться меня в угоду своему избалованному самолюбию?! А потом изберёшь для себя новую Цель?!
– Нет, Демира! Вся последующая жизнь моя – только ты!– Никогда!
– Я добьюсь тебя! – прокричал Арий Конрад.
Палисандровые перила лестницы с хрустом надломились и ссыпались вниз, будто подрубленные невидимым топором.