Цивилизатор в СССР 1985 (СИ), стр. 22

— Шикарную перспективу рисуешь. Зуб дашь? — хмыкнул Рэм Сергеевич.

— Даже руку…

— Основные проблемы нашего общества? — решил снова копнуть поглубже Красильников.

— Живём в «тёплой ванне» социалистических завоеваний. Я про гарантированные труд, жильё и прочее. Не ценим многое из это и не боимся потерять. Расхлябанность, отсутствие боязни потери работы и прочее. Была ещё одна проблема — уравниловка, но вроде как с кооперативным движением и прочими тем самым НЭП-2 есть шанс для тех, кто готов… «крутиться».

Раскованность и готовность буквально выпаливать готовые фразы, явно произносимые не в первый раз удивляла. Это в неполные то 11 лет! Впрочем, иначе на него и не обратило внимание руководство…

Красильников навскидку задал ещё с четыре десятка вопросов на разные темы — от медицины до истории — и получил разной степени подробности ответы, но явно выходящие за пределы возможностей обычного школьника этих лет.

— Ребёнок — вундеркинд вполне оправдывал ожидания и мог послужить «финальным тупиком» для ведомых на дезинформационном поводке сотрудников резидентуры США, которым ещё предстояло добраться до знания о таком «чуде»-прогнозисте…

…если подчинённые Гебхардта и тот сам (как и, в идеале, их начальство в Лэнгли) изначально купятся на то, что им начал сливать находящийся «под колпаком» советской контрразведки предатель Пигузов.

Осталось не понятным одно. Как пусть даже гениальный вундеркинд успел узнать всё то, о чём столь непринуждённо говорил⁉

Он что, читает с утра до ночи?

Объём знаний ребёнка был потрясающим. Как и подтвердились обещанные руководством «усвоение и понимание прочитанного» тем. Личность Вяткина однозначно была интересна и помимо оперативных целей службы.

Глава 11

Нацмены и взгляд Ронни

Глава 11 — Нацмены и взгляд Ронни

Середина июля 1984. Кремль. Под крышей Сената. «Объект Высота». «Ореховая комната». «Малое» Политбюро.

Присутствуют:

Романов Г. В.

Андропов Ю. В.

Громыко А. А.

Устинов Д. Ф.

Перед тем как разъехаться в летние отпуска на крымские, прибалтийские либо иные госдачи, «Малое» собралось в оставшемся виде вместе снова.

— … Что думаете о странных шевелениях в нацреспубликах, товарищи? -поставил в лоб вопрос генсек — ладно там, среди диссидентов всяких, да интеллигенции. Но среди своих то! Давненько мы столь жаркой дискуссии, тем более на Пленуме, не видели, а⁉ Как многих задело то⁉ Пока не копнули… так все разом про многообразие национальностей и народностей в Советском Союзе вспомнили, а про «советского человека» скороговоркой и сквозь зубы только.

— Ах, как из многих то полезло! И это на Пленуме… две с половиной сотни самых лучших, самых проверенных, в самом начале обсуждения. А что в Совете национальностей предстоит⁉ Что нового о себе от товарищей с нацокраин узнаем? — ответствовал Романову министр обороны.

Идея административного переустройства СССР, всё чаще звучавшая с подачи «Малого» вызывала поначалу оторопь в партийно-советских верхах страны, полагавших, что странная блажь уходившего тогда в отставку престарелого Брежнева по отмене всеми забытой, замшелой и рудиментной, чуть ли не с времён создания СССР статьи о праве выхода республики из состав страны — это «все фокусы» уходящего и нового руководства.

И… встрепенувшиеся, когда дело дошло до обсуждения идеи грядущего партийно-административного переустройства страны, грозившей…

… много чем и кому грозившей.

Сведения о жарких и невиданных ранее дискуссиях всё равно пришлось пропустить в общесоюзную печать, раз официальная стенограмма Пленума была доступна, считай, всей стране. Как и о том, о чём спорили в кулуарах, знали фактически на уровне каждого райкома.

На днях закончился очередной, но совсем не обычный Пленум ЦК КПСС…

… Когда у нас из относительно недавних лет национальные меньшинства продавили центр? — обращаясь ко всем присутствующим, риторически поинтересовался Громыко — что считаем первой ласточкой того, что было… «тогда»?

И сам же ответил:

— Первый звонок лично для нас, как мне видится, прозвенел в Казахской ССР. Были «тогда», у «Свидетеля», целиноградские митинги из-за идеи немецкой автономии, как в этом 1979-м или не были, нам «Свидетель» ничего не вспомнил. Но, видимо, были и тогда… в 1979-м влияние изменений хода истории от откровений «Свидетеля» было ещё минимальным. Товарищ Кунаев, конечно руку сполна приложил. Все же мы знаем, при чьём попустительстве демонстрации организовывались и собирались. Вот из-за взгляда сквозь пальцы на подобное и выросло предательство СССР в конце 80-х со стороны нацокраин! Осмелели, во вкус вошли, власти местечковой захотелось, а после и… «независимыми» себе объявлять начали… — выплюнул Громыко, ныне державший в своих руках пост Председателя Президиума Верховного Совета СССР.

В общем-то вопрос теоретически «что делать?» был ясен — с помощью кропотливой кадровой работы менять высшее руководство и «на местах» нацреспублик на настоящих интернационалистов.

Легко сказать… если за почти 70 лет советской власти его так и не решили.

Да и времени, судя по «тем» 80-м, оставалось совсем мало для «кропотливой кадровой работы».

Оставалось тогда одно — «что-то делать с негодными кадрами по быстрому».

Радикализм подобных мер, соблазн скорых решений осознавали все.

Можно ещё было «ловить на живца», вплоть до провокаций и обвинений в антисоветчине.

И дискуссия об изменении национально-территориального устройства СССР являлась первым способом выявить самых нетерпеливых и активных в «этот раз». Мало ли чьих фамилий, особенно из «вторых рядов», не задержалось в памяти «Свидетеля»…

Вот о всех последствия данного решения и размышляли в тот день в узком кругу «Малого».

Заодно и вопрос о том, кто заменит в их составе высшего неформального коллективного руководства страны ушедшего в вечность Лёню, наконец-то обсудили.

Тогда же. В другом полушарии планеты. США. Округ Колумбия, Вашингтон, «Белый Дом». Президент США.

Июль 1984 года Рональд Рейган находился в Вашингтоне и в этот период продолжалась его предвыборная кампания на президентских выборах 1984 года.

Среди прочего он собирался прочитать подготовленный под указанию Советника по национальной безопасности Макфарлейна новый доклад об обстановке в СССР.

Советники Рейгана на середину 1984-го представляли собой любопытное сочетание «ястребов», технократов и ещё кое-кого… о ком речь впереди.

Сам Роберт Макфарлейн по своим взглядам на страну-соперника США на мировой арене, ничем не отличался от занимавшего тот же пост в администрации Картера небезызвестного Бжезинского.

В целом, в середине 1984 года к Рональду Рейгану лучший «доступ» имелся у Джеймса А. Бейкера (III) — главы администрации Белого дома с 1981–го, руководившего шедшей прямо сейчас предвыборной кампании на второй срок. С Бейкером Рейган обсуждал такие щепетильные вопросы, как планы поездок, опросы общественного мнения и дебаты с демократами по поводу то, что крайне волновало большинство американцев — ставки налогов. Авторитет Бейкера зиждился на успешной налоговой реформе 1981-го, которую планировалось продолжить (в случае победы на выборах) и на втором сроке Рейгана. В случае победы на предстоящих выборах Бейкеру был обещан пост министра финансов.