Журналистика, магия и заговор (СИ), стр. 37

— Есть грант. На социально значимое магическое СМИ. Но с условием: ты разоблачаешь коррупцию в водоканале и ищешь участвующих в схеме магов.

— Чей грант? Зачем вам копать против гипотетических чародеев?

— Гражданский, мать его, долг. — Собака схватила кусок кости, подбросила и поймала. — Лига зависима от подачек властей и вынуждена помогать. Грант от городской магической комиссии. Там два депутата «Единства» и ни одного магического существа.

Лида поставила кружку на подоконник и спросила:

— Подозрительное и внезапное предложение. Кто-то попросил тебя втравить меня в эту неприятную историю? Почему «Единство»? Не боятся, что я выйду на них? Или помощника мэра?

Маша бросила грызть кость, потянулась и пробубнила:

— Выборы в городскую думу через полгода. Директор водоканала из «Свободы». И избранный мэр у нас из псевдооппозиционной партии. Некоторые депутаты «Единства» хотят оседлать недовольство и ударить по конкурентам. А нам нужно кое-что проверить!

Лида села на подоконник, скрестила руки на груди и ответила:

— Коррупционная схема охватывает треть всего ЖКХ города и крышуется депутатами, полицией, прокуратурой. Думаешь, магические существа тоже замешаны?

— Один из сотен областных фиолетовых ковенов точно участвует. — Собака резко встала, шерсть на холке вздыбилась. — Если не как организаторы, то как исполнители. Ренегаты ставят под удар всех нас, совершая преступления.

— Ничего не забудем и не простим. — Глаза девушки потемнели, голос стал громче. — Каждый получит своё возмездие. Депутаты, чиновники, маги.

Маша снова легла. Подтянула кость лапой, прихватила зубами и покосилась на Лиду.

— Лида, мне плевать на игры двуногих и загоны твоей подружайки. Кураторша хочет грант и расследование, я хочу, чтобы ко мне не приставали с глупостями. Мы получаем деньги, ты тыкаешь горящей палкой в клубок взяточников. Все довольны!

— А потом? — девушка встряхнула головой, убрала белую прядь за ухо и отпила кофе.

— Суп с котом. Что хочешь, то и делай. Не забывай только писать на важные для магического сообщества темы. Мы грант получаем, чтобы нанять тебя на год. — Собака зевнула.

— Кто вам сказал, что я захочу на вас работать? — Лида нахмурилась.

— Суровая жизнь. — Маша побежала ближе и села рядом. — В течение тридцати дней ты должна купить годовую лицензию на право пользоваться магией и расширенную страховку. Всё вместе семьдесят тысяч.

— Это грабёж! — девушка взмахнула руками, немного расплескав кофе.

— Он самый! Ты же знакома с концепцией государства как оседлого бандита? Вот она в действии.

— Может быть, я где-то ещё заработаю? — журналистка нахмурилась, глянув на черные капли пролитого напитка на линолеуме.

— Где? Ты в жёлтом списке неблагонадёжных магических существ! На государственную службу и в большие корпорации тебя не возьмут. Местные СМИ тоже побоятся. Пойдешь в Копеечку работать продавцом?

— Это нарушение моих прав! — Лида перевела взгляд на разбитую кружку, которая так и лежала рядом с креслом в высохшем пятне.

— Я в зелёном реестре лояльных магов и живу в комнате, из которой могу выходить только в сопровождении человека. Самовыгул собак запрещён. Давай расскажи мне что-нибудь про ваши права и свободы! — Маша зарычала и встала в стойку.

— Это неправильно! Мы должны бороться. — Лида подняла сжатый кулак.

— Рада, что ты предложила. Выкинь книги вон из того шкафа и отодвинь его. Там под слоем краски дверь. Откроешь её и поможешь мне выйти на улицу погулять.

— Погоди... но ведь...

— Никаких «но», двуногая! Мне поручили тебя обучать. Значит, я могу за тобой ходить, если ты пойдешь гулять. Другого шанса не будет, до десяти утра мы должны незаметно вернуться сюда!

Глава 17: Театр Отражений

Из открывшейся двери библиотеки первым выскользнул палевый лабрадор и помчался по припорошённому снегом асфальту, цокая нестрижеными когтями. Следом, оглядываясь, вышла Лида с железной тростью в руке. Девушка развернулась, закрыла массивную дверь ключами и отошла к скамейке на детской площадке.

Обежав двор двумя зигзагами, лабрадор подошёл к Черных. Забрался под скамейку, выгнулся и начал чесать спину о рёбра досок, чуть подаваясь вперёд и назад. Глаза собаки осветились изнутри, ошейник засиял. В воздухе запахло мокрой шерстью и собачьим мускусом.

— Могла бы меня попросить, я бы почесала... — произнесла Лида, садясь на скамейку и ставя слева от себя железную трость с прорезиненным концом.

— Как сказал автор самого короткого романа... Не надо, я сама! — Машка открыла пасть, высунула язык и чуть закатила глаза.

— А почему ты иногда так странно светишься и пахнешь? — журналистка почесала затылок и нахмурила лоб.

— Не догадалась? Я получаю эссенцию, когда нахожу хитрый способ обойти особые приказы хозяйки, чтобы потешить свою уникальную личность! — собака продолжала чесаться о скамейку, выгибая шею.

— Точно, тебе же нельзя выходить из библиотеки без сопровождения и при этом нужно следить за... — Лида замолкла на полуслове, глаза расширились, брови изогнулись. — Погоди, значит, тот безликий офицер ОМБ и Артист у магазина тоже получили энергию?

— Всяков? Кажется, он добывает эссенции, когда скрытно в течение получаса впитывает внешность и повадки нового человека, — собака выбралась из-под скамейки и начала обнюхивать урну рядом.

— Теперь он может притворяться мной? — Лида вскочила со скамейки и схватила железную трость.

— Вы примерно одного веса, так что да. Маму с папой не проведёт, а вот коллег по бывшей работе обманет.

Лида оперлась на трость и посмотрела на чёрное окно пятого этажа хрущёвки напротив. Вздохнула и разжала пальцы, трость упала на снег. Чёрных вернулась на скамейку, включила телефон и отправила предупреждение об офицере-метаформе Артёму с просьбой передать эту информацию семьям и товарищам.

— Ладно, куда и зачем мы идём? Пока я шкаф разбирала и отодвигала, часть прослушала. — на телефон продолжали приходить давние смс-сообщения от родных, Ольги и Олега.

— Я не могу разбирать шкафы, у меня лапки. Да, это отмазка котов, но чем я хуже? — собака продолжила обнюхивать детскую горку и стойки качелей.

— Погоди, тут все с ума посходили, пока я была без связи. Решили, что меня заперли в ОМБ и пытают. — Черных быстро печатала, копировала и отправляла одно сообщение за другим.

— Некогда годить. Кратко повторю. В театре работает провидица эмоций. Она может забрать любое чувство клиента и избавить от него на неделю. Сама переживает эти эмоции в концентрированной форме. Я найду способ отвлечь их мерзкую хозяйку, ты спустишься в подвал и поговоришь.

— Теперь про детективов напомни! — журналистка набрала ещё несколько шифрованных сообщений и отправила Спартаку.

— Медиум Павел, широкоплечий мужчина, на самом деле ему тридцать, но выглядит на сорок пять. Видит духов и ещё кое-что умеет...

— Их начальник собрал компромат на работников и теперь использует их самым паскудным способом? — Черных нахмурилась и сжала кулаки.

— Вот, а говоришь, что не слушала! — собака высунула язык и часто задышала.

Машка заметила неосторожно выбежавшего на дорожку рядом с площадкой кота и умчалась за ним. Через минуту полосатая кошатина была загнана на дерево. Пушистый зверь сел на толстую ветку заснеженной рябины в двух метрах над землёй и зашипел, ударяя по воздуху лапой. Машка присела, пометила дерево и вернулась к скамейке с вопросом.

— Ты помнишь как себя вести в театре? Будь внимательна, мы к твоим коллегам пойдём. К ментальным проституткам, — собака наклонилась и почесала морду лапой.

— Я чужие эмоции в себя за деньги не вбираю. — Лида фыркнула, скрестила руки на груди и отвернулась, держа телефон в руках.

— Ты три года вбирала в себя чужие смыслы и транслировала их на публике. Нет, я без претензии, каждый выживает как может. Просто ты не находишь ваши профессии схожими? — собака заглянула в глаза девушки.