Здрасте, я — ваше счастье (СИ), стр. 44

— Левая пятка подсказала. Хорошо проводишь время?

— Плохо.

— А что так? Не понравилось проводить время с суженым-хуюженым? — знает. Он точно знает, где я. Осталось только признать, что я была не права и попросить меня забрать.

— Не понравилось. Забери меня, пожалуйста.

— Пошла ты к черту.

Не на такой исход я надеялась. И уж точно не думала, что Кирилл сбросит звонок. Сам козел трахал свою мадам в кабинете, а мне предъявляет. Гадство!

Открываю дверь и тут же натыкаюсь взглядом на Игната.

— Верни мне телефон.

— А ты верни мне мой.

— Утром получишь. Если будешь хорошо себя вести.

Выдергивает из моей руки мобильник. Я же зачем-то наступаю со всей силы ему на ногу. Так себе — идея разозлить не очень, как оказалось, нормального мужика.

Забегаю к себе в спальню и закрываю дверь на замок. Первый этаж. Вылезти в окно не составит труда. Правда, как я побегу по снегу без обуви? Пофиг.

Несмотря на природную неуклюжесть, мне удается без происшествий забраться в окно. А вот дальше хуже, как спрыгнуть с этого самого окна — не понимаю. По сути, высоты-то нет, но капец как страшно. Как, блин, поставить ноги? Я настолько погружаюсь в думы о том, как не сломать ноги, что пропускаю свет фар. И настолько офигеваю от увиденного, что так и сваливаюсь из окна. Это же не галлюцинации?

— Хера себе дела. Нагулялась?

Глава 34

Только резкая боль в ноге и отрезвляюще холодный снег под ладонями точно указывают, что все происходящее реальность. Правда, как он мог здесь оказаться, если включить здравый смысл, придумать не получается. Я ведь только что звонила. Сколько прошло? Минута? Две? Ну, максимум три. Или все же это происки моего больного сознания и передо мной не он?

Кирилл захлопывает дверь и выходит из машины. Наклоняется ко мне, обдавая знакомым запахом парфюма. Нет, я точно в адеквате. Просто лежу на снегу, смотря на него с блаженным выражением лица. Кажется, еще никогда я не испытывала такого облегчения. Куда он там меня послал? К черту? А сам приехал. Приехал! Он просто был здесь. Где-то совсем рядом. Может, даже в одном из домиков. Какой бы он ни был гад, и как бы меня не обижал, он ко мне неравнодушен.

— Ну и как это понимать, Катя?

— Решила свежим воздухом подышать, — произношу первое, что приходит на ум, когда Кирилл, подхватывает меня под руку и тянет на себя. — Ой. Тихо, нога.

— А с каких пор люди выходят подышать свежим воздухом через окно? Без обуви и верхней одежды?

— Когда дверь закрыта, наверное, тогда.

И тут на смену облегчения, приходит ощущение какого-то напряжения, вперемешку со стыдом. Говорить ему о том, почему я сиганула из окна капец как неловко. Это же просто роспись над графой — «да, я дура».

— Что здесь произошло? — лучше бы он спросил это по-другому. Не так медленно по слогам, и не с таким выражением лица.

— Ничего. Просто забери меня. И отвези домой, пожалуйста.

— Ну, сука!

— Сам такой! — обиженно произношу я, ударяя его по руке.

— Ты и правда временами дура. Это было не про твою честь. Ладно, спрошу по-другому. Что он сделал?

— Ничего.

— Поэтому ты в окно выпрыгнула? Из-за ничего?!

— Я дура. Это ты хотел услышать на самом деле?!

— Не это. Давай в машину.

Легко сказать. Во-первых, на ногу наступать больно. Во-вторых, несколько шагов кажутся чем-то нереальным из-за того, что скользко. К счастью, о чем-то снова просить и получить в ответ: «пошла к черту», мне не приходится. Кирилл подхватывает меня на руки и через пару шагов оказывается у машины. Он усаживает меня на переднее сиденье, но дверь закрывать не спешит.

— Что он успел сделать?

— А если что-то успел, то что? Какая тебе разница? В машине твоей нельзя сидеть такой грязной, как я?

— Дура ты все-таки, Катя.

— Да, дура. Отвези меня домой и на этом наши пути разойдутся.

— Разойдутся. Прямо сегодня же, — козел. — Но не пути. Сиди здесь и не рыпайся.

— Стой. Ты что, собрался к нему?

— Нет, к коню, блин.

— Не надо, — хватаю Кирилла за рукав пальто. — Он мне ничего не сделал. Правда. Я сбежала, потому что он закрыл дверь. Мне это показалось странным.

— Да ладно? Только поэтому?

— Ну еще потому что он забрал мой мобильник.

— А как же сильная и независимая, решающая все баба? Даже телефон не хочешь забрать? А другие вещи?

— Я не собираюсь доказывать свою силу и независимость ценой своей поруганной чести, — о, как завернула. Можно тоже романы писать. — А ты иди куда хочешь. У тебя от чести ничего не осталось. Обычный потаскун. Пусть он лучше тебя трахнет, а не меня. Ну, тебя по голове в смысле, — блин, что я только что вообще ляпнула? — Нет, не надо туда идти. Я не это имела в виду. Нет, ну то, что ты потаскун это да, но …это может закончится дракой. А ты…ты не очень хорош в драках.

— Столько комплиментов подряд про мою честь — это мощно, Катя.

— Да, блин! Все не так. Просто… мне кажется, что он плохой. В смысле, не знаешь, чего от него ожидать. А это хуже всего. Не иди. Вдруг он только и дожидался тебе, чтобы нагадить. Не надо. Черт с этим с телефоном. Я новый куплю. Да и вещей там ни о чем.

— Давай переведем на русский. Ты просто переживаешь о тюфяке-потаскуне? — язык отсохнет сказать «да», после его «пошла к черту».

— Ты придурок, не меньше, чем я дура.

— Видимо, это было «да».

Кирилл захлопывает мою дверь, и я облегченно выдыхаю, когда он отрывает дверь со своей стороны и снимает пальто. Но когда он достает ключи, до меня доходит, что я рано обрадовалась. Он захлопывает дверь и закрывает машину. Отлично, и этот запер!

Хоть бы ему не открыл этот с виду идеальный козел. Фиг там. Открывает. Зажмуриваю глаза, не желая видеть, как моего Кирилла вырубят. Моего? Серьезно? Открываю глаза и…ничего. Порог пустой.

Просто капец! А если Игнат и вправду там его убьет? В голове сотни мыслей. И все они киношные с отвратительным концом. Не знаю сколько я так сижу, вспоминая дурацкую привычку с детства — грызть ногти. По ощущениям, кажется, не долго, но этого оказывается достаточно для того, чтобы замерзнуть и оттяпать зубами один ноготь до крови. Чего я добилась этой поездкой? Кому и что хотела доказать? Закрываю глаза и принимаюсь считать до ста. На двадцать один, слышу щелчок открываемой двери. С опаской перевожу взгляд. Кирилл бросает мне под ноги мои сапоги и куртку на колени. Закрывает дверь и кидает на заднее сиденье мою сумку. Господи, спасибо. Живой. С руками и ногами. Быстро надеваю куртку, желая согреться.

Он отъезжает, не говоря ни слова. И это, мягко говоря, напрягает. Спустя несколько минут, я все же перевожу на него взгляд. При плохом освящении все же замечаю на правой руке сбиты костяшки. На скуле еще не синяк, но точно будет. Неприятно кольнуло в груди. Ну зачем? Зачем было идти? Хуже всего, что он молчит. И такое чувство, что на этом действительно все. А я не хочу, чтобы наши пути разошлись. Даже после его «пошла к черту» и бабы в кабинете. Я могу сказать вслух что угодно, чтобы его уколоть в отместку, но в реале ведь не хочу. Капец. Плакать мне еще только не хватало при нем. Снова.

— С появлением тебя, я превратился в подростковое нечто, — вдруг произносит Кирилл, нарушая тишину. — Хотя и подростком такой херни не творил. И не дрался почти никогда. Это же дичь какая-то. Удел идиотов. Я ведь даже на кухне его треснул по лбу ни за что. Просто за слова, что он тебя трахнет. И ведь даже тупому ясно, что это было сказано с целью вывести меня из себя. И я повелся. Я реально отупел с появлением тебя.

— Это не комплимент мне, да?

— А ты как думаешь?

— Никак. У меня сигнал в мозг плохо проходит из-за пучка на голове, — на мой комментарий Кирилл лишь усмехается, переведя на меня взгляд. — Как ты там оказался?

— Проезжал мимо, думаю, дай лично пошлю тебя к черту, а не по телефону.

— Ну, посылай.