Главный инженер 4 (СИ), стр. 47

— Даю вам пять минут, — сказал Виктор, обращаясь ко мне. — После этого покажете отчёт.

— Если будете стоять рядом и торопить, понадобится десять, — предупредил я, снова взяв отвертку. — Выбирайте удобный вариант.

Лика вышла первой. Виктор задержался возле двери, посмотрел на мою сумку и только потом последовал за ней. Дверь осталась приоткрытой, поэтому почти сразу из коридора донёсся голос Лики. Виктор резко её перебил.

Я не стал прислушиваться, сейчас их разговор для меня мало что значил. Достал устройство Григория и снял внутреннюю крышку панели. За блоком управления оставалось достаточно места, корпус не касался проводов и не мешал вентиляции.

Плечо потянуло, когда я поднял руку, поэтому пришлось работать здоровой. За дверью разговор становился громче. Виктор обвинял Лику в самодеятельности, а она напоминала, что не работает у него секретарём. Полезная ссора. Когда сообщники начинали обсуждать, кто кому подчиняется, наружу обычно вылезали интересные сведения. И вот уже они могли мне пригодится, но никто из спорящих не был дураком, чтобы вот так в открытую говорить о чём-то серьёзном.

Я закрепил прибор и подключил питание. Индикатор мигнул, сигнал был слабым, но держался. Мой передатчик тоже включился, хотя дальность предстояло проверить уже за воротами. Закончив с техникой, я сфотографировал настоящие дефекты, вернул крышку и протёр место работы.

Когда дверь открылась, я стоял возле стола и записывал показания контроллера. Виктор вошёл первым, Лика следовала за ним. Оба выглядели раздражёнными. Только она была довольна результатом ссоры, а он вряд ли.

— Закончили? — спросил Виктор, остановившись у панели.

— Теперь закончил, — ответил я и убрал блокнот. — Основной режим работает, но журнал событий заполнен не полностью. После аварии никто не проверил резервные сценарии. Один датчик закреплен временно, а несколько узлов придётся проверить под нагрузкой.

— Глеб докладывал, что систему восстановили, — сказал Виктор и посмотрел на Лику, будто одного имени инженера было достаточно.

— Глеб многое докладывал, — ответила она, скрестив руки. — Поэтому я и позвала другого человека.

— Другой человек хочет получить контракт, ему выгодно находить проблемы даже там, где их нет.

Я застегнул сумку и повернулся к Виктору.

— Могу ничего не находить, но такая услуга стоит дороже, — спокойно сказал я. — Ведь если всё снова полетит к чёртовой матери, как в прошлый раз, цена за работу резко взлетит.

Лика усмехнулась. Виктор поджал губы и промолчал, потому что нормального возражения у него не нашлось.

Мы спустились в холл. Домработница стояла у вазы и делала вид, что поправляет цветы. Охранник смотрел перед собой с тем выражением, при котором человек слышал весь разговор, но при этом мысленно летал в облаках.

Я передал Лике предварительную ведомость.

— Первый пункт нужно исправить сегодня или завтра, — объяснил я, показывая нужную строку. — Остальные работы можно закончить в течение недели. Сначала восстановим защиту, затем проверим систему под нагрузкой. Полностью отключать дом не придётся.

— Во сколько это обойдётся? — спросила Лика, пробегая список глазами.

— Итоговую сумму дам после замеров. Менять всё подряд я не стану, потому что тогда больше всех заработает поставщик. Сначала определим, какие детали действительно изношены, а какие вам просто пытались продать второй раз.

— Отправьте расчёт моей помощнице, — сказала Лика уже официальным тоном. Для прислуги она снова изображала хозяйку, которая обсуждала обычный ремонт. — Если всё подтвердится, поговорим о постоянном обслуживании.

— Подтвердится, — ответил я. — Вопрос только в том, покажет ли Глеб старые акты и согласится ли расписаться под нынешним состоянием системы.

При слове «акты» Виктор слегка напрягся. Способность подсказала, что я задел больное место. Он явно знал о махинациях подрядчиков больше, чем хотел показать. Возможно, в каждой накладной не разбирался, но общий порядок понимал. Штерн ставил дешёвое оборудование, Глеб закрывал заявки, а разница уходила через нужные фирмы. Для Виктора это не считалось проблемой, пока никто не задавал вопросы.

— Документы вам передадут после подписания договора, — сообщил он, стараясь вернуть деловой тон. — До этого внутренние бумаги управляющей компании вас не касаются.

— Тогда я укажу в отчёте, что прежние работы не подтверждены документами, — сказал я, пожав плечами. — Мне без разницы, кто после этого будет объясняться, Глеб или тот, кто подписывал оплату.

В холле стало тихо. Даже домработница перестала трогать цветы. Лика сложила ведомость и передала ей, которая, судя по всему, и была той самой помощницей.

— Сделайте копию и запросите бумаги по последней аварии, — распорядилась она. — Нужны акты и счета. Ещё пусть пришлют журнал выездов со списком замененного оборудования.

— Анжелика, не надо устраивать цирк, — тихо сказал Виктор, приблизившись к ней.

— Цирк устраивали люди, которые годами брали деньги за обслуживание, — ответила Лика и даже не посмотрела в его сторону. — Я всего лишь решила проверить, за что платила.

Я надел куртку. Официальная часть закончилась, устройство работало, а Виктор уже начал говорить лишнее. Оставаться дольше было опасно. У любой удачной операции имелся момент, после которого следовало уйти и не портить результат самоуверенностью.

У двери Виктор догнал меня и положил ладонь на створку. Мы находились под камерой, охранник стоял неподалёку, а Лика осталась возле лестницы. Для угроз он выбрал безопасное место. По крайней мере, так он считал.

— Задержитесь, Смирнов, — негромко произнёс он и посмотрел мне в лицо. — Понимаю, несколько хороших заказов могли вскружить вам голову, но не путайте работу с правом вмешиваться в чужие дела. Семья Орловых и компания вас не касаются. Выполняйте технические задачи, получайте деньги и уходите, тогда у всех будет меньше проблем.

— Особенно у вас, — заметил я.

— У вашей фирмы в первую очередь, — продолжил Виктор, чуть подавшись вперёд. — Несколько жалоб и проверка закроют вашу «Основу» раньше, чем вы успеете нормально обставить офис. Не рассчитывайте, что Виктория или прокуратура будут защищать вас вечно. Люди быстро отходят в сторону, когда понимают цену вопроса.

Я спокойно выслушал его. Раньше Виктор угрожал тоньше, а сейчас слишком торопился показать власть. Видимо, чужое кресло еще не стало для него своим.

— Вы не первый за последнее время, кто обещает закрыть мою фирму, — ответил я, поправляя ремень сумки. — Возьмите номерок и встаньте в очередь. Некоторые даже с ножом приходили, поэтому вам придётся постараться, чтобы произвести впечатление.

— Вы считаете это смешным? — спросил он, убирая улыбку, которой и раньше почти не было.

— Я считаю смешным другое. Вы ведете себя здесь как хозяин, хотя дом принадлежит не вам. Решаете, кого хозяйке приглашать, хамите при её же людях, а потом злитесь, когда она не спрашивает разрешения. Так разговаривают не с партнером, а с человеком, которого считают своей собственностью.

Виктор прищурился и сильнее надавил ладонью на дверь.

— Следите за словами.

— Лучше вы следите за Ликой, — продолжил я тише. — Вы привыкли считать, что она будет ждать ваших решений и благодарить за то, что ей оставили. Зря. Если человека долго принимают за мебель, однажды он начинает передвигать хозяина.

Со стороны лестницы донесся смешок, который Лика тут же прикрыла кашлем. Виктор обернулся. В нём поднялась новая злость, и теперь она была направлена уже на неё.

— Значит, ты выбрал её сторону? — спросил он, переходя на «ты». Голос стал спокойнее, но угроза от этого чувствовалась лишь сильнее.

— Я выбрал сторону заказчика, который оплачивает мою работу, — ответил я. — Свои отношения выясняйте без мастера, иначе я добавлю в счёт семейную консультацию.

Я потянул дверь на себя. Виктор убрал руку, потому что удерживать меня при охране было бы слишком откровенно. Я попрощался с Ликой, напомнил про расчёт и вышел. Последнее слово осталось за мной не из-за особого таланта. Просто Виктору пришлось сделать вид, что он сам разрешил мне уйти.