Главный инженер 4 (СИ), стр. 16

— И когда меня вызовут, раз ты такой умный?

— Ваше окно сейчас освободится. Перед вами один человек, номер Б-116.

Словно в подтверждение на экране загорелось Б-116. Мужчина немного успокоился и сел на место.

— Ладно, посмотрим, — пробормотал он. — Если обманул, я тебя найду.

— Оставлю адрес гаража.

Оксана проводила его взглядом и снова повернулась ко мне.

— Вы всегда так легко успокаиваете людей? — спросила она, положив локти на стол.

— Нет. Иногда приходится платить.

— А девушек как успокаиваете? — поинтересовалась она с улыбкой.

— Девушки обычно обходятся дороже.

Она засмеялась уже громче, но я вернулся к монитору и провёл пальцем по списку услуг.

— Расширенные уведомления убираем. Бухгалтерское сопровождение тоже пока не нужно. На первом этапе хватит базовой системы, а расчёты я буду проверять отдельно.

— Первый месяц бухгалтерия бесплатная, — напомнила Оксана.

— А со второго цена становится такой, будто бухгалтер приезжает ко мне лично и живёт в гараже.

— Не живёт, — признала она. — Даже чай не пьёт.

— Тогда убираем. Премиальную карту тоже. Обычной бизнес-карты достаточно.

Оксана вздохнула с притворным разочарованием и сделала отметку.

— С вами невозможно работать. Вы читаете условия и задаёте вопросы.

— Согласен, кому-то может показаться, что это плохая привычка, — улыбнулся я. — но с ней не разориться.

— Тогда оставляем базовый тариф и доступ к формированию счетов — предложила девушка. — Когда появятся сотрудники или больше платежей, подключите остальное. Так вас устроит?

— Эти условия более, чем приемлемы, — кивнул в ответ я.

После этого Оксана перестала говорить рекламными фразами и начала объяснять по делу. Она показала, где могли появиться комиссии, какие документы понадобятся после регистрации и что придётся подтвердить отдельно. Заявление на ИП мы отправили на проверку, счёт подготовили к открытию, но пользоваться им можно было только после подтверждения регистрации. Никакого чуда за пять минут не случилось. У меня появился номер заявки, папка бумаг и список следующих действий.

Меня это устраивало. Нормальные конструкции редко создавались одним нажатием кнопки.

Когда я подписывал последний документ, пожилого мужчину действительно вызвали. Он прошёл к окну, потом обернулся и показал мне большой палец. Вид у него был такой, будто мы вместе раскрыли банковский заговор.

— Вот, уже первый довольный клиент, — сказала Оксана, собирая бумаги в папку. — Может, вам всё-таки подойдёт название «Смирнов Консалтинг»?

— Нет, — я покачал головой. — Пока без лишнего пафоса. Не люблю бросать пыль в глаза.

— Тогда подумайте над названием до выпуска документов, — ответила она и передала мне папку. — И берегите плечо, Максим Сергеевич. Вы слишком спокойно сидите для человека с такой повязкой.

— Если я начну переживать вслух, швы быстрее не срастутся.

— Зато окружающие поймут, что вы живой.

— Они и так это начинают подозревать.

Я забрал документы, поблагодарил её и вышел из банка. На улице было прохладно. Возле ступеней я остановился, открыл рабочий чат и проверил сообщения. Михалыч прислал две фотографии воздуховода и коротко написал, что прежнего подрядчика следовало запереть внутри и включить вентилятор на полную мощность. Митяй ответил, что готов помочь с проведением испытаний. Рита уже попросила обоих писать по делу, а не выдумывать новую казнь, хотя при этом добавила улыбающийся смайлик.

Я набрал:

«Рита права. Подрядчика из отчёта убрать, фотографии и замеры оставить. Митяй, ничего не включай без согласования».

Он прислал недовольный смайлик. Михалыч написал, что молодёжь лишили последней радости. Я улыбнулся и убрал телефон.

В этот момент рядом с тротуаром остановилась тёмная машина.

Я сразу её узнал. Несколько секунд я смотрел на своё отражение в стекле, а затем оно медленно опустилось.

На заднем сиденье сидела Лика.

На ней было чёрное пальто и тёмные очки. Волосы лежали так, будто она только что вышла из салона. Лика выглядела безупречно, даже слишком, что уже казалось подозрительным. «Аналитический взор» подсветил, как сильно её правая рука сжимала край сумки.

Случайно оказаться возле этого банка она не могла. О моём визите знали Рита, Степаныч и люди, которые имели доступ к заявке. Значит, либо за мной следили, либо Лика получила информацию через кого-то ещё. Оба варианта мне не нравились.

Я встретился с ней взглядом, и в ту же секунду всё вокруг словно отошло на второй план. Машины продолжали ехать, люди проходили мимо, возле входа кто-то говорил по телефону, но я перестал обращать на это внимание. Перед глазами появились системные строки:

'Обнаружена критическая эмоциональная угроза.

Открыто новое умение: «Эмпатический резонанс».

Доступно распознавание главных эмоций и внутренних противоречий объекта'.

Я не успел даже нормально выругаться. На Лике не появились цифры или удобная схема. Мыслей я тоже не услышал. Вместо этого я почувствовал разницу между тем, что она показывала, и тем, что старалась спрятать.

Снаружи Лика оставалась спокойной. Так она разговаривала с журналистами, прислугой, деловыми партнёрами и людьми, которым были нужны её деньги. Под этим спокойствием сидела злость, сильная и плохо сдерживаемая. Ещё глубже был страх. Не обычное беспокойство, а настоящий ужас, который она не хотела признавать даже перед собой.

Но рядом со страхом чувствовалось другое, и от этого становилось только хуже.

Надежда.

Лика боялась, что её подозрение подтвердится, и одновременно хотела этого. А под надеждой лежало чувство, которое я узнал не сразу.

Вина.

Способность исчезла так же быстро, как появилась. Снова остались только машина, лицо Лики и её пальцы на сумке. Водитель уже разблокировал дверь, но я не спешил подходить.

Лика сняла очки. Под глазами виднелись тени, которые не смогла скрыть косметика. Несколько секунд она просто смотрела на меня, изучая лицо. Казалось, она пыталась найти знакомого человека в чужом теле, и сама боялась того, что увидит.

Наконец Лика подалась ближе к открытой двери.

— Садись в машину, Смирнов, — сказала она тихо, не отводя от меня глаз. Пальцы на сумке разжались, но сразу сжались снова. — Я знаю, кто ты.

Глава 8

Несколько секунд я стоял у входа в банк и смотрел на Лику, не отвечая. Она ждала, чуть подавшись к открытой двери. Со стороны это могло выглядеть как обычная встреча двух знакомых, если не знать, что один из них официально умер, а вторая носила его фамилию и, возможно, помогла ему умереть.

Над банковским входом висели две камеры. Ещё одна смотрела на парковку. Вокруг нас было слишком много свидетелей. Номер машины вполне себе читался с камер. Водитель держал руки на руле и не пытался выйти. Охраны поблизости я не заметил, хотя это ничего не доказывало. Профессиональная охрана тем и отличалась от Валеры в семейных трусах, что не обязана заранее сообщать о себе.

Если Лика собиралась меня похитить, место она выбрала неудачное. Если хотела поговорить, то слишком театральное.

Я достал телефон, сфотографировал машину и отправил снимок Рите вместе с сообщением:

«Встреча с Анжеликой Орловой. Сажусь в её машину возле банка. Если через час не напишу, позвони мне».

Следом включил передачу геолокации. Лика молча наблюдала за мной. Лицо у неё оставалось спокойным, но новый навык уже показывал первые отклики. Раздражение из-за задержки, настороженность, неожиданное уважение и облегчение. Последнее было особенно странным. Похоже, ей действительно хотелось, чтобы я сел в машину добровольно, а не устроил сцену у банка.