Вечно голодный студент 9 (СИ), стр. 11

В процессе путешествия по Кении я погрузился в контекст местной обстановки — у них были какие-то сомалийские исламисты, кошмарившие восточную границу. Называлась их контора «Харакат аш-Шабаб», (2) поэтому у кенийцев на востоке было довольно-таки много воинских частей, которые специально занимались исламистами.

Такая напряжённая обстановка до зоошизы, я считаю, даёт мне основания надеяться на нахождение чего-нибудь интересного на местных военных базах — в том числе и поэтому я еду именно таким маршрутом.

Слон-гондон всё ещё на месте, возле моего тягача, но, пока что, хрен с ним. Если я найду КПВ, РПГ-7 или ещё что-нибудь, что способно отрывать жопы крупным зверям, то пусть сразу вешается, так как ему скоро настанет капец…

Смотрю на свою правую руку и вижу, что она уже начала подгорать — изменила оттенок на щедро сдобренный молоком капучино. Пройдут ещё шесть-семь часов, и она примет среднестатистический негритянский цвет.

«А потом опять облезать, блин…» — подумал я с недовольством.

Только я надолго ухожу из-под палящего Солнца, как моя шкура сразу же начинает идти лоскутами, которые потом липнут к одежде, скатываются катышками, вызывают зуд и всячески раздражают меня. Из-за этого приходится часто вытряхивать одежду, а помыться, чтобы смыть с себя эти лоскуты облезшей кожи, негде. В речку или любой другой водоём я ни ногой, блин, а водопровод больше не работает нигде…

Вообще это неудобное свойство с защитным механизмом от гипервитаминоза D меня жутко бесит, так как мне лучше бегать с солнечными ожогами, чем постоянно сдирать с себя лоскуты кожи.

«Негодовать, блядь!» — подумал я возмущённо.

Через полтора часа я достиг мёртвого города Гарисса.

Я думаю, есть шанс найти тут какую-нибудь информацию о воинских частях — наверное, нужно найти ближайший полицейский участок, что будет непростой задачей, так как город строил какой-то шизофреник, которому было глубоко похуй, как люди будут тут жить.

Пересекаю мост через реку Тана, который перекрывали менты — тут стоят две ментовские тачки и один грузовик.

— Погодите-ка… — произнёс я, остановившись.

Возвращаюсь к ментовским тачкам и пробую открыть одну из них, но она заперта. Это не проблема — разбиваю стекло с водительской стороны и разблокирую дверь, на что сигналка загадочно промолчала. Ну, аккумулятор точно давно сдох.

Сажусь на водительское место и открываю бардачок, в котором местные менты чего только не хранят. Обнаруживаю аккуратно сложенную карту города, разворачиваю её и полностью погружаюсь в ознакомление с местностью.

Полицейский участок, согласно карте, находится в центре города, недалеко от здания банка и рынка. Ну, это логично — никто не станет пробовать грабить банк, когда неподалёку есть штаб полиции округа, полный злых и голодных до денег негров-ментов, систематически стригущих торгашей на рынке…

Координат воинских частей на карте, естественно, нет, но я почти абсолютно уверен, что в штабе полиции точно будет какая-то информация об этом, ведь если границу кошмарили радикальные исламисты, то у ментов обязательно было взаимодействие с армией.

Покидаю автомобиль и иду в центр города, который, как оказалось, недалеко отсюда.

Улицы города полны мусора, но на асфальте и тротуарах ни единого признака хоть одной человеческой косточки. Костееды не спят и подчищают абсолютно всё, что найдут.

Сдаётся мне, что когда Африка полностью исчерпает себя, они рванут осваивать соседние континенты, на которых этих костей так много, что им хватит на сотни жизней…

Обнаруживаю искомый полицейский участок и сразу же замечаю растяжку.

— Опаньки, — произношу я и медленно приближаюсь к двери.

Заглядываю в дверной проём и прослеживаю тонкую проволоку, которая ведёт к гранате Ф-1, прикреплённой к косяку серой клейкой лентой. У меня стало даже как-то теплее на душе, когда я увидел эфку — уверен, что её произвели у нас дома, во времена молодости Профа или даже чуть раньше.

Двойного натяжения тут нет, поэтому достаточно срезать проволоку и можно извлекать гранату. Лишней точно не будет.

Достаю из подсумка кусачки и обезвреживаю растяжку, после чего сдираю гранату с косяка и освобождаю её от клейкой ленты.

Сразу же разгибаю усики предохранительной чеки, чтобы не выскочила, а затем выкручиваю близкий моему трепетному сердечку УЗРГМ-2, который внимательно изучаю.

«Нет, это не модернизированный на мгновенный подрыв — видно, что его не разбирали», — понял я всё на его счёт. — «Но надо модернизировать, как будет время, чтобы было из чего ставить качественные растяжки».

Продолжаю движение по полицейскому участку и добираюсь до кабинета местного шефа полиции, у которого, согласно моей теории, должно быть просто дохрена документации по взаимодействию ментуры с вояками.

Захожу в просторный кабинет, который оформлен в подчёркнуто скромном стиле, типа, местный шеф ментов взятки вот вообще не брал, и ходил в холщовом рубище, на котором самой дорогой вещью был только полицейский жетон…

Сажусь в запыленное кресло и открываю выдвижные ящики.

— Хе-хе… — тихо хохотнул я, обнаружив в нижнем ящике литровую бутылку «Джека Дэниэлса». — А он не тратил рабочее время впустую…

Откручиваю крышку и прикладываюсь к бутылке, сразу же перемещая бесценную янтарную жидкость в более надёжное хранилище. Бесплатные калории на дороге не валяются, так-то.

Подзаправившись, смотрю на тыльную этикетку и ищу количество калорий. В 100 миллилитрах содержатся 220 килокалорий, а я выпил литр — это значит, что я на халяву разжился 2200 килокалориями. Это же успех!

Можно было бы, конечно, посмотреть на бутылку через дополненную реальность интерфейса, но я ею редко пользуюсь, так как в жизни редко пригождаются такие подробности — калории я не считаю и за весом не слежу, поэтому даже не подумал изучить состав этой алкашки.

Возвращаю пустую бутылку обратно в выдвижной ящик, после чего начинаю изучать лежащую на столе и разбросанную по полу документацию. Есть ещё здоровенный сейф, но он закрыт и ключей рядом не видно, поэтому займусь им в последнюю очередь.

В течение двадцати минут читаю случайные документы, в которых содержатся ежедневные и еженедельные отчёты о ситуации в округе, разведывательные и аналитические отчёты о передвижениях и действиях исламистов из «Аль-Шабааб», какие-то данные о расследованиях, подозрительных лицах, а также материалы о совместных действиях с армией.

Последнее меня очень заинтересовало, но никаких координат расположения армейцев в этих материалах не содержится, зато упоминаются некие казармы Модика, из которых выдвигались патрульные отряды армейцев, обнаруживавшие активность исламистов на границе.

У меня складывается стойкое впечатление, будто этот дядя, местный шеф полиции, реально работал, а не занимался хуйнёй — судя по документам, они тут проводили операции по нейтрализации угрозы от исламистов, причём нешуточные.

Настал черёд сейфа, ключей от которого я так и не обнаружил. Но это не беда, потому что когда сила есть, особо много ума не надо.

Взламываю сейф грубой силой, после чего со скрипом открываю его дверь и натыкаюсь взглядом на пистолет CZ 75, чехословацкий, очень удачный и чрезвычайно популярный, особенно у ментов.

Пригодится, хотя Глок 17 мне тоже нравится.

Тут же кобура, а также две коробки с патронами 9×19 миллиметров Парабеллум. Это тоже будет не лишним, хотя патронов у меня уже дохуя…

Креплю кобуру с чехословацким пистолетом к ремню, а патроны закидываю в рюкзак, после чего берусь за изучение документов из сейфа.

Это уже рапорты и сводки секретного характера, о том кто, куда, кому, за что и когда. Вот тут-то я и нашёл папку с планом операции по взятию крупного отряда исламистов за жопу в буше у сомалийско-кенийской границы.

Отряды армейцев работали совместно с ментами, что подразумевало точную координацию перемещения подразделений, а это требовало указания исходных позиций.