Призыв к оружию (СИ), стр. 43

Жнец молчал. Блин, ну сейчас он в сердцах отмочит…

— Мы нуждаемся в тебе, — без особой надежды добавил я.

— Я с вами, — мрачно ответил Жнец. — Это моя работа.

Ну, да, а работа для мужчины — это всё…

— Тогда за мной, — произнес я. — У нас накопилось много дел в Академии Флота. Нас ждет длинный бросок.

Лидия сейчас на Первопрестольной. Она знает, где семья Жнеца.

Значит, нам туда дорога!

Но беда нагрянула откуда не ждали.

— Я категорически против! — заявила Октавия, встречая меня на выходе из кабинета.

Глава 20

Сироты Войны гуляют!

— Я против, — решительно заявила Октавия. — Вы только вернулись после длительного отсутствия, и мы не можем потерять вас снова.

Да чтоб вас, дорогие сограждане…

— Я не собираюсь теряться. — терпеливо отозвался я. — Я только туда и обратно, два броска, всех дел на пару часов.

— Я точно уже где-то слышала эту фразу, — хладнокровно ответила Октавия.

Ну, конечно, она её слышала, и даже совершенно точно знает где, память-то у нее железная.

Жнец иронично скривив бровь наблюдал за нашей беседой.

— И что же ты предлагаешь? — саркастично спросил я у Октавии, и сам скривил бровь.

Потом глянул на Жнеца — и перестал, уж очень похоже получилось.

— Отправьте вместо себя кого-то другого, — логично предложила Октавия.

— Ага, щаз, — ответил я. — Теперь это дело личное, и касается моих близких, так что нет. Я решу эту проблему сам.

— Тогда я отправляюсь с вами, — отрезала Октавия.

— Добро пожаловать на борт. — пожал я плечами.

Потемкин, покачнувшись на аксельбанте, от этого пожимания недовольно фыркнул.

— Это ещё не всё, — строго добавила Октавия.

— Ну, что еще? — недовольно отозвался я.

— Мы должны скрыть, что вы покинули дворец, — произнесла Октавия. — Ради общественного спокойствия, Ваше Высокопревосходительство. И взять в прикрытие хотя бы три крейсера.

— Фига се, незаметно вышел погулять, — усмехнулся я. — Всего-то три крейсера. И даже без салюта и красной дорожки.

— В данном случае это лишнее, — ваше без тени иронии отозвалась Октавия. — Предлагаю использовать наши наемные силы Сирот Войны. Формально они не входят в флот Герберы, и их временное отсутствие привлечет меньше внимания.

— Хм, — задумчиво протянул я. — Да, пожалуй. Мне нравится.

Мысль-то здравая. А летят они на Первопрестольную, скажем, по условиям нового контракта. Да. У них там рандеву с новым нанимателем. Это с Сиротами сплошь и рядом происходит.

— Да, — заключил я. — Мне определенно нравится. Отдай приказ на корабли Сирот, чтобы готовились к вылету. И пусти слух в прессу, например, Орхидеи, о том, что у этих трёх кораблей истёк со мной контракт.

— Выполнено, Ваше Высокопревосходительство. — с превосходством безупречного исполнителя сообщила Октавия. — Но это ещё не все.

— Ну что ещё? — закатил я в раздражении глаза, от чего уже Жнец вздрогнул, опознав, видимо нечто от собственного отражения в зеркале.

— Необходимо обеспечить надежное инкогнито, — произнесла Октавия. — Необходимо замаскироваться.

— Да, это было бы кстати, — улыбнулся я, вспоминая с чего начались наши с Октавией мытарства в Войде. — Что ты предлагаешь?

— Госпожа Иоланта готова пожертвовать часть своей новой коллекции для ваших нужд, Ваше Высокопревосходительство, — тут же ответила Октавия.

— Серьезно? — удивился я. — Это когда она успела?

— Её высочество эрцгерцогиня уже три месяца работает по контракту с Сиротами Войны, — объяснила Октавия. — Контракт — «гламур в обмен на тоннаж». Их корабли продолжают нам служить за её проект их новой формы для всей корпорации.

— Тётушка Епифания посодействовала, — догадливо усмехнулся я.

— Вы совершенно правы, Ваше Высокопревосходительство, — поклонилась Октавия.

— Кстати, — заметил я. — С этого момента и до конца операции все называют меня по простому «господин рыцарь», прям как встарь. Тебя, внучек это тоже касается.

— Без проблем, дедуль, — усмехнулся Жнец. — В смысле, конечно, господин рыцарь.

— Ладно, — махнул я рукой. — Веди, Октавия. Где тут Иоланта всё это прячет?

— Прошу в вашу гардеробную, — Октавия приглашающе взмахнула рукой.

— Ух ты, у меня теперь гардеробная есть? — восхитился я.

— Госпожа эрцгерцогиня позаботилась, — объяснила Октавия. — Она ждала вашего возвращения. Для неё важно быть вашим эксклюзивным стилистом.

Жнец мрачно пробурчал мне в спину:

— Мы теряем время…

— Мы не теряем время, — бросил я в ответ. — А тщательно подготавливаем операцию. А не как кое-кто, не буду показывать пальцем, кидается в бой как есть, в одной капсуле.

И да, это жирный намек, на нашу первую встречу, на которую Жнец самонадеянно прибыл с одним серпом на перевес без всякой страховки, за что жестоко поплатился.

Жнец намек уловил. Ещё бы он его не уловил, жирно, как жидкий чернозем по морде. И недовольно пробурчал:

— А по моему кое-кто просто упарывается по богатеньким шмоткам и прочему гламуру.

Ути-пути, посмотрите на него! Да у нас в семье теперь собственный бессребреник! Тоже мне, нашёлся бунтовщик против упадка и разложения, идеалист юный.

— Это не просто шмотки, — покачала головой, Октавия. — Это воплощенный образ архитектоники просвещенного абсолютизма. Это настоящее искусство, а не какая-то там вымученная провинциальная Валенсигага или брутализм Сур.

— Ну, посмотрим, — буркнул я. — На невымученное.

И надо признать, «невымучила» Иоланта на все деньги.

Она сама-то в данный момент, как я и приказал, разыскивала кандидатов в Систему в глубокой пустыне, так что перебирали мы коллекцию без хозяйского присмотра и приоделись потому куда быстрее, чем обычно. Хоть, вероятно, и безвкуснее, чем Иоланта могла надеяться. Ну, да нам не на показ идти, у нас поиск по трущобам, сближение с враждебным объектом и, возможно, проникновение под прикрытием, и чем безвкуснее, тем реалистичнее.

Гардеробная моя оказалась просто неприличных размеров, скорее ангар челнока, чем шкаф с барахлом на все случаи жизни.

— Фигасе, — произнес я, когда Октавия откатила ворота скорее под стать корабельному ангару, чем шкафу. — Я смотрю, вы тут ни в чем себе не отказывали, пока я не видел.

— Госпожа Иоланта работала очень интенсивно, — нейтрально отозвалась Октавия.

Вкалывала за троих, и весь свой десятитысячный корпус швейного спецназа гоняла нещадно. Огни подсветки включились подсвечивая костюмы, одеяния и прикиды для разных невероятных жизненных обстоятельств. Краев у заветного помещения видно не было, терялись в таинственной полутьме.

Офицерский костюм Сироты Войны там тоже был. Непомерный, кричаше красочный, агрессивно-помпезный — резные рюши, подкладные плечи и прочие такие изыски кватроченто, для аутентичности изрубленные по краям настоящим двуручным мечом. Тут я не вру, сам лично видел эту, так сказать, швею с двуручником среди горничных Иоланты. Очень уважаемая специалистка, по отзывам весьма тонко работает.

Под слоями переливающегося бархата в одеянии обнаружился каркас легкой бронировки и слой огнеупорного тканекомпозита. Военная карьера Иоланты приучила её делать даже из развязно-упаднического прикида средство минимальной противобластерной защиты. А то — кто знает, как жизнь обернется. Вон в последнее время даже на коронациях стреляют в упор, и защитные решения для парадного костюма даже придворной дамы оказываются весьма кстати.

Но к телу костюмчик хорош, не отнять, вольно в нём, ничего не давит на шею или в груди и излишне не дисциплинирует, и о долге военного назойливо не напоминает.

Пуговицы скромно золотые с иттриевыми вставками, с гербами модного дома Иоланты. Калифорний для фурнитуры Иоланта с недавних пор недолюбливает. Неизыскано-богато, как она презрительно отзывается о таком простецко-лобовом способе поднять цену костюма.

— А вы чего ржете? — задумчиво глядя в зеркало произнес я, поправляя выдающийся гульфик. — Вы тоже давайте, наряжайтесь аутентичненько. Не одному же мне блистать и сиять.