Кровавая жатва (СИ), стр. 88

«Ладно, блять…» — расстроился Фёдор — «Не получилось так, как хотелось… Значит начнём с каменного моста. Вперёд, товарищи! Такой примитивной технологией нас не остановить!»

Отряд федоройцев поплыл глубже в городскую акваторию. Следующим на пути у них стоял арочный мост, построенный из больших каменных блоков и какого-то скрепляющего раствора. По нему во дворец прибыл гонец драконовцев и по нему же в поход выдвигалось объединение гвардейцев-копейщиков. Он соединял центр восточного района с охраняемым въездом на закрытую территорию, и оба конца его постоянно сторожило несколько вооружённых караульных.

Почему же эта каменная эстакада казалась Фёдору более лёгкой целью, нежели конструкция из сверхдерева? Всё потому, что вода являлась для пиявок родной стихией, в которой никто не мог помешать им творить всё, что вздумается.

«Начали!» — скомандовало главенствующее сознание.

Плавуны разделились на две группы по двадцать пять юнитов и ринулись к широким опорам, на которых лежали арки и дорожный настил. Последний раз Рой бывал в этом месте в телах осы и глинотела, убегавших от стаи охотничьих орлов. Каждая опора по сути являлась целой стеной, сложенной из массивных прямоугольных блоков. Ни укусами зубов, ни ударами молотов, ни даже тараном разогнанного бревна это сооружение было не разрушить. Фёдор же приказал слугам спуститься к самому основанию моста и начать раскапывать речное дно.

В фарватере русла быки* были самыми длинными и соответственно тяжёлыми. В этом крылась их слабость. Под прикрытием воды, пиявки могли делать с фундаментом что-угодно, и никакие бокаты ничего не увидят и не вмешаются. В самой глубокой точке водоёма черви проплыли вниз, уткнулись мордами в дно и принялись на ощупь, в темноте изучать грунт вокруг опор.

*Бык — промежуточная опора моста, на которой лежат два пролёта.*

Первым же открытием для них стали груды булыжников, которыми были обложены основания быков. Наверное, это была защита от размывания почвы, нацеленная продлить срок эксплуатации конструкции. Пиявки взялись заглатывать эти камни, относить их прочь и выплёвывать ниже по руслу. Управившись, плавуны получили доступ к уровню, на котором нижние блоки сооружения погружались в песчаную почву.

«Отлично!» — коварно подумал главенствующий разум — «А вот теперь, ха-ха-ха… мы раскопаем сам фундамент!»

Пятьдесят пиявок принялись вгрызаться в дно и набивать брюхо порциями песка, перемешанного с илом и ракушками. Когда их чрева заполнялись, акваслуги отплывали и выблёвывали грунт где-нибудь в сторонке. Взбаламученную, размельчённую породу подхватывало и уносило течением. Таким образом члены семьи постепенно продвигались к точке, в которой громадные мостовые быки оканчивались. Фёдор не знал, что строители заложили ещё ниже, но он точно понимал, что у средневековых опор есть конец, и он находится на достижимой глубине.

Стражи, стоявшие на берегах и сидевшие на смотровых башнях, даже не подозревали, что твориться у них под носом. Прямо посреди крупного поселения федоройцы рушили их стратегическую переправу. План зародившийся в голове королевы был безупречен. Рой наносил удар, который обитатели суши никак не отобьют и даже не заметят, до наступления критических последствий. Нулевые потери и минимальные трудозатраты, дающие наилучший результат! Каждую секунду успешной реализации этой задумки, коллективный разум наслаждался своей хитростью и коварством.

«Кажется теперь я понимаю, почему злодеи любят злодейски смеяться, ах-ха-ха-ха-ха-а!»

Под небольшим слоем песка пиявки обнаружили фундамент. Он был заметно шире стоящей на нём опоры и представлял из себя площадку, выложенную плоскими, плотно подогнанными камнями. Чтобы сковырнуть хотя бы один из этих брусков, требовался металлический лом, ну или доступ сбоку, а не сверху — и Фёдор прекрасно это понимал. Он приказал слугам раскопать всю площадку и посмотреть, что сдавливает камни с боков. Если убрать данный фактор, детали основания можно будет расшатать и вырвать одними зубами — ну или придётся углубляться аж под фундамент, выгребая вырву в несколько метров…

Видя, что работы здесь дофига и больше, мыслительный центр снова объединил пиявок в одну группу и сосредоточил их усилия на подрыве одной единственной опоры. Расчистив от песка всю площадку, слуги нащупали то, что искали. По периметру фундамента была забита сплошная череда деревянных свай. Уже за сваями, под песком начиналась глина, а не камни, что приоткрывало понимание, как устроена вся эта конструкция. Площадку сделанную без единой капли скрепляющего раствора, на самом деле от расползания удерживал вертикально загнанный в почву кругляк. Червь попробовал на зуб одно из брёвен, и оно оказалось намного мягче древесины на первом мосту.

Сделав данное открытие, разум Роя быстро разработал наилучшую методику разрушения каменного сооружения. Для начала пиявки прокопали небольшое углубление в глине, обнажая верхушки нескольких свай. Дальше черви сгрызли и раздробили на кусочки эти верхушки, фактически уничтожая их. Никаких проблем с этим не возникло, ведь данная порода была самой обыкновенной, без фантастических свойств. После этого обнажился участок с торца фундамента, и плавуны изучили его в тусклом свете своих тел.

Фёдор не испугался зажигать подкожное сияние, ведь вся вода вокруг была непроглядно мутной из-за поднятой аквакопателями грязи. В упор, пиявки разглядели, что под площадкой из ровных блоков насыпан широкий слой плотно утрамбованных булыжников и гравия. Именно эта каменная подушка несла на себе и распределяла вес огромной опоры и двух арок. Похоже под каждым, отдельно взятым быком находилось такое же основание. Чтобы усложнить процесс восстановления моста, было целесообразно заодно повредить и данные фундаменты. Собственно, одно другому не мешало, а наоборот — способствовало.

Фёдор начал превращать углубление в глинистом дне в один большой котлован вокруг опоры. Каждая пиявка выгребала свой участок, и таким образом черви постепенно заполучили доступ к верхушкам всех свай в составе одной площадки. Вместо того, чтобы выкапывать их целиком, слуги опять же, просто сгрызли пропитанные водой, гниющие брёвна.

Справившись с этим, члены семьи полностью оголили торец фундамента и даже добрались до глины под каменной подушкой. Слой трамбованного гравия и бута составлял где-то два метра, поэтому пришлось копать траншею глубиной в три. Насколько далеко под грунт при этом уходили сваи, Фёдор не знал и знать не хотел, ведь для дела это было не важно. Перерожденца интересовало лишь разрушение, и путь к нему он открыл.

[Бык и фундамент в разрезе]

Теперь федоройцы могли выгребать грунт прямо из-под каменной подушки, вынуждая всю конструкцию оседать, расползаться и рушиться под собственным весом. Пиявки начали выколупывать булыжники, гальку и ломти глины, планомерно ослабляя основание опоры.

«Карачун вашему мостику!» — подумал Фёдор, чувствуя, что он разработал наиболее оптимальный путь достижения цели. Времени на всё про всё уходило немало, однако в реке деятельность слуг не зависела от периода суток и реакции бокатов. В водной среде пиявки были повелителями жизни, а мост являлся их неоспоримой собственностью.

Глава 134

(часть 12)

На пороге полночи к восточной окраине города прибыл караван из ящериц, фургонов и пеших воинов. Путь их был нелёгким, но они справились и добрались до зоны, в которой нападения кузнечиков и ос на них прекратились. Наземные и воздушные бойцы Роя на тот момент уже возвращались домой. Вместо них расположение отступающего воинства, определяли дежурные наблюдатели около столицы. В темноте оса и притворщик видели лишь очертания подвижных силуэтов, но… грохот и гул при этом стояли такие, что разносились, должно быть, на сотни метров.

Помимо дрожи земли, вызванной шагами гигантов, отчётливо гремела сталь. Судя по звукам, обстановка у военных после ночных бомбардировок была отнюдь незавидной.