Кровавая жатва (СИ), стр. 67
Не мудрено, что Фёдор задумался о возможности как-нибудь сократить маршрут доставки. И один, вполне очевидный жуку-землекопу метод был. Если провести прямую линию между покоями матери и затопленными подземельями, получалось два-три километра, не более. Проблема же заключалась в том, что пещеры находятся на глубине почти трёхсот метров от земной поверхности, а Фёдор так далеко вниз ещё никогда не закапывался. Кроме того, жуки не обладали биологическими инструментами для бурения твёрдых скальных пород. Проще говоря, насекомые Вархата и-и были отнюдь не горными существами. Они предпочитали мягкий рыхлый грунт, который легко копается/прессуется, и не никогда погружались в почву на глубины промышленных шахт и карьеров. Рукав же таинственный пещеры, через который требовалось пробуриться, состоял из невероятно прочных гранитных глыб. Дабы преодолеть хотя бы этот слой, Рою уже требовались взрывчатка и металлические инструменты.
К сожалению динамита у жителей речной деревни в закромах не завалялось. Зато орудия для работы на руднике у них нашлись. Пять шахтёрских кирок, десяток зубил и молотов были благополучно изъяты в ночь возмездия за Халиму. В сочетании с функциональными конечностями слизевиков, данный инвентарь даровал Рою возможность прорубить в пещере искусственный срез, через который можно будет выстроить намного более быстрый и эффективный, энергетический конвейер. По прикидкам мыслительного центра улучшение маршрута произойдёт более чем в семь раз!
«Да, детка, настало время это сделать. Построим самую выдающуюся шахту в истории жукоинженерии!» — воодушевлённо подумал человек.
Слизевики первого ранга своими габаритами лучше всего подходили для работы в тесном подземелье. Именно поэтому коллективный разум послал на эту миссию маленьких новорожденных слонов, а не выделил уже отъевшихся здоровяков второго ранга.
Первая бригада горнопроходчиков Роя вошла в таинственную пещеру через каменный зев, выступающий естественным проходом в катакомбы. Через тесный рукав, заселённый небольшой популяцией бабочек, восьмилапые рудокопы попали в зал слепней с потолком усеянным мокрицами и лужей солёной воды по центру. Здесь у семьи был организован склад вещей, вынесенных из деревни. Дежурный гусень зажёг подкожное сияние и провёл больших братьев к месту, где лежало различное оборудование. Слизевики взяли весь необходимый инвентарь и прошлись с ним к области с ровной горизонтальной поверхностью.
Дальше стартовала подготовка жуков к отправке в забой. При свете того же работяги, слоны заново собрали механизм для заточки стали. Поскольку он был очень простой, при помощи клейкой слизи слуги управились всего за минуту. Затем один слон встал на позицию точильщика, а второй взялся за крутить рукоятку, придавая шереховатому диску вращение.
Первым на шлифовку отправился крупный охотничий нож. Покуда шёл процесс его заострения, остальные слоны обратили внимание на состояние кирок, молотков и зубил. Коллективный разум отметил необходимость реставрации некоторых из них.
«У этого кайла треснувший черенок. Нужно выстругать новый, потому что на слизевой латке он долго не протянет.» — подумал мыслительный центр — «Да и в принципе, учитывая объём породы, который предстоит раздробить, нам не помешает подготовить побольше рукояток для инструментов. Предвижу, что они будут регулярно ломаться от перегрузок.»
Осы с нужными для ремработ деревоматериалами уже направлялись в пещеру. Они несли не только ветки подходящей толщины, но и старые черенки от других, сломанных или менее потребных приспособлений.
«А вот это кайло вообще какое-то расхлябанное…» — подёргав железную головку, оценил перерожденец. Он решил, что надо бы забить в проушину пару щепок-клинышков и бросить инструмент в воду, дабы древесина напиталась и разбухла.
Тем временем, братец-слон уже заканчивал обработку ножа, с помощью которого Фёдор намеревался выполнять столярные операции. Конечно он понимал, что одного лезвия будет мало, и потому сразу отправил на заточку ещё и топор.
Прибыли первые курьерши с заготовками. Слуга вырвал треснувшую рукоятку из паза и использовал её, как образец, для вырезки новой.
«Мы, конечно не Миару, но с такой фигнёй, думаю, справимся.» — рассудил человек.
Пока один слизевик строгал древесину, другой голыми лапами разломал поленце и отколол от него пару лучин. Посредством молотка он забил эти щепки в расшатанную проушину, уплотняя крепление, а затем окунул починенную кирку в лужу. Все отремонтированные орудия с деревянными древками прошли процедуру замачивания в воде, скопившейся в центре подземелья.
После топора точильщику были переданы заржавевшие и затуплённые зубила. На это ушло немало времени, но шлифовщик заставил каждое из них переливаться металлическим блеском. Сразу следом жук обработал на абразивном станке клевцы и пятки кирок. Они должны быть предельно остры, чтобы успешно пробиваться через гранитный монолит.
Параллельно с этим слуга-столяр закончил обточку черенка и успешно забил его в паз. Дальше стандартные процедуры расклинивания и гидратации в должной мере упрочнили соединение. Наспех изготовленная Фёдором рукоятка получилась совсем не гладкой и плохо закруглённой. За подобную поделку на уроке труда ему бы влепили двойку, и ни один человек не захотел бы убивать ладони об такой инструмент. Однако у слонов были не кисти и не мягкий эпителий, а клешни и жёсткий хитин. Для жучьих лап такая рукоятка была вполне приемлема, да и мыслительный центр не собирался останавливаться на достигнутом. На завершающем этапе он укрепил все древки и проушины плотным, прочным силиконом, который продлит срок эксплуатации каждого орудия.
Твёрдая слизь, напоминающая пластик, превратила грубо обтёсанный черенок в превосходную гладкую рукоять. Дополнительные слои белого спецвещества обхватили и неразъёмно скрепили металлические и деревянные части инструментов. Проапгрейдженные силиконом кирки и молотки должны выдержать немало ударов перед тем как сломаются. Однако, не смотря на оптимистичный настрой, перерожденец понимал — для победы над трёхсотметровой земной твердью черенков потребуется немало. Так что, лучше заранее их побольше настрогать, а потом оперативно производить замену, находясь поблизости от забоя. Кроме того, клевцы и зубила будут постоянно тупиться, поэтому и абразивный круг было бы неплохо взять с собой в шахту. В общем весь ремонтно-реставрационный инструментарий так или иначе подлегал переноске вглубь таинственной пещеры. С этим разумением Фёдор и начал снаряжать горнопроходческую экспедицию.
«В этом деле нам определённо потребуются головастики.» — подумал Фёдор — «Причём они не только будут освещать рабочий участок, убирать раздробленную породу и выполнять мелкие подсобные задачи. Биобетон гусениц послужит основным материалом для укрепления ствола шахты. С его помощью мы создадим инженерное сооружение по качеству не уступающее творениям людей!»
Определившись со всеми вводными, главенствующий разум дал команду выдвигаться. Слизевики-рудокопы взвалили на себя рабочие грузы и поползли дальше по рукаву природной полости. Один слоник шёл обвешанный приклеенными на панцирь молотками. Другой буксировал слизевую волокушу с кучей деревянных заготовок. Парочка жуков вдвоём несли в лапах точильный агрегат. Теперь шахтёрам нужно было преодолеть около десяти километров подземного пути, чтобы добраться до области пещеры оптимальной для проделывания среза.
— Песню запе-вай! — скомандовал передний слизевик.
Наконец Фёдор мог спеть не только у себя в голове, но и полноценно — голосом, превращая свою жизнь в мрачный шизо-мюзикл. Перерожденец вспомнил песенку маленьких шахтёров из диснеевского мультфилима «Белоснежка и семь гномов». Хор басистых монструозных тембров заголосил в унисон, посреди сырых, пропахших плесенью катакомб. Мощное резонирующие эхо начало разлетаться в оба конца тёмного туннеля.
— Все тук-тук-тук, да тук-тук-тук
Машем мы своей киркой
Все тук-тук-тук, да тук-тук-тук