Уоррен Баффет. Как 5 долларов превратить в 150 миллиардов, стр. 63

Уникальный взгляд Баффета на риск лежит и в основе его стратегии диверсификации портфеля. Здесь рассуждения Уоррена тоже полностью противоречат современной портфельной теории. Согласно ей, основное преимущество широко диверсифицированного портфеля заключается в смягчении колебания цен на отдельные акции. Но если вас, как Баффета, не беспокоят краткосрочные изменения курса, то вы также увидите диверсификацию портфеля в ином свете.

«Диверсификация служит защитой от невежества, — объясняет Баффет. — Если вы хотите подстраховаться от разорения на фондовом рынке, вам следует владеть всеми акциями понемногу. В этом нет ничего плохого. Это совершенно правильный подход для тех, кто не умеет анализировать бизнес». Во многих отношениях современная портфельная теория защищает инвесторов, которые имеют ограниченные знания и понимание, как оценивать бизнес. Но за эту защиту приходится платить. По словам Баффета, современная портфельная теория «подскажет вам, как достичь среднего уровня. Но я думаю, что почти каждый уже к пятому классу способен понять, как достичь среднего уровня» [217].

Наконец, если теория эффективного рынка верна, то нет никакой возможности, за исключением чистой случайности, что какой-либо человек или группа людей могут превзойти рынок, и, конечно, нет никаких шансов, что тот же человек или группа людей могут превосходить рынок на протяжении долгого времени. Тем не менее результаты деятельности Баффета за последние сорок восемь лет служат очевидным доказательством такой возможности, особенно в сочетании с опытом других ярких личностей, которые добились успеха на рынке, следуя примеру Баффета. Что это говорит о теории эффективного рынка?

Баффет не согласен с теорией эффективного рынка в главном моменте: она не предусматривает существования инвесторов, которые анализируют всю доступную информацию и получают за счет этого конкурентное преимущество. «Правильно заметив, что рынок часто эффективен, они пришли к неверному выводу, что он всегда был эффективным. А эти два предположения отличаются друг от друга как день и ночь» [218].

Тем не менее теория эффективного рынка по-прежнему с особым трепетом преподается в бизнес-школах, и этот факт не может не радовать Уоррена Баффета. «Естественно, медвежья услуга, оказанная студентам и доверчивым специалистам по инвестициям, проглотившим теорию эффективного рынка, сыграла на руку нам и другим последователям Грэма, — иронично заметил он. — В любом соревновании — финансовом, интеллектуальном или физическом — очень выгодно иметь соперников, которых учили, что бесполезно даже пытаться победить. С эгоистической точки зрения нам, пожалуй, следует спонсировать кафедры, чтобы обеспечить непрерывное преподавание теории эффективного рынка» [219].

В наши дни инвесторы находятся на интеллектуальном и глубоко эмоциональном перепутье. Налево пойдешь — на путь развития современной портфельной теории попадешь. Эта теория имеет пятидесятилетнюю историю существования, богатую научными статьями, четкими формулами и лауреатами Нобелевской премии. Она направлена на то, чтобы доставить инвесторов из пункта А в пункт Б с минимально возможным колебанием цен, тем самым снижая эмоциональную боль от ухабистой поездки. Полагая, что рынок эффективен, а следовательно, цена и внутренняя стоимость — это одно и то же, приверженцы современной портфельной теории сначала сосредоточивают внимание на цене, затем — на стоимости активов… а иногда и вовсе стоимость активов игнорируют.

Направо пойдешь — попадешь на путь, по которому шли Уоррен Баффет и другие успешные инвесторы. Их история жизни наполнена опытом, простой арифметикой и многолетним владением акциями. Их теория направлена на то, чтобы доставить инвесторов из пункта А в пункт Б не плавной дорогой избегания краткосрочного колебания цен, а через организацию инвестиционного подхода, призванного увеличить темпы роста внутренней стоимости с учетом экономических рисков. Сторонники подхода Баффета не верят, что рынок всегда эффективен. Вместо этого они сначала обращают внимание на стоимость активов, затем — на цены… а иногда и вовсе игнорируют их.

Теперь, когда у вас есть хотя бы краткое представление о концепциях современной портфельной теории, вы можете легко спрогнозировать, как применение подхода Баффета приведет вас к конфликту с его сторонниками. Вы не только вступите в интеллектуальное противостояние с современными теоретиками портфельного инвестирования, но и окажетесь в значительном меньшинстве — как в учебном классе, так и на рабочем месте. Следуя примеру Уоррена Баффета, вы станете бунтарем перед лицом большей армии людей, инвестирующих совершенно по-другому. Как вы скоро узнаете, жизнь изгоя сопряжена с определенными эмоциональными проблемами.

Я пишу об Уоррене Баффете уже более двадцати лет. За это время я не встретил никого, кто был бы категорически не согласен с методологией, изложенной в книге «Уоррен Баффет». Однако я встречал бесчисленное множество людей, которые были полностью согласны с выводами Баффета, но в эмоциональном плане так и не смогли применить его уроки на практике. Я пришел к убеждению, что это самый важный ключ к пониманию его успеха и одна из частей головоломки, не изученная до конца. Одним словом, Уоррен Баффет рационален, а не эмоционален.

В 2002 году психолог Даниэль Канеман был удостоен Нобелевской премии по экономике «за использование результатов психологических исследований в экономической науке, особенно в том, что касается человеческих суждений и принятия решений в условиях определенности». Это ознаменовало официальное появление поведенческой экономики в качестве законной силы, определяющей взгляды на рынки ценных бумаг. Несмотря на появление компьютерных программ и сложных технологий, рынки по-прежнему создаются людьми.

Поскольку эмоции сильнее разума, страх и жадность приводят к тому, что цены на акции то поднимаются, то опускаются ниже внутренней стоимости компании. Когда люди жадничают или напуганы, по мнению Баффета, они часто продают акции по неразумным ценам. В краткосрочной перспективе настроения инвесторов — человеческие эмоции — оказывают более заметное влияние на курсы акций, чем базовые показатели компании.

Задолго до того, как поведенческая экономика получила название, ее принципы уже понимали и принимали такие бунтари, как Уоррен Баффет и Чарли Мангер. Чарли отмечает, что, окончив школу, они с Баффетом «пришли в мир бизнеса, чтобы найти обширные и предсказуемые образцы крайней неразумности» [220]. Он говорит не о горизонтах прогнозирования, а скорее о том, что неразумность приводит к предсказуемым моделям поведения.

Если не считать Баффета и Мангера, то лишь совсем недавно большинство профессионалов в области инвестиций обратили серьезное внимание на пересечение финансов и психологии. Когда дело доходит до инвестирования, эмоции очень реальны в том смысле, что они влияют на поведение людей и в конечном счете на курсы акций на фондовом рынке. Я уверен, вы уже поняли две причины, по которым изучение человеческой природы так ценно для вашего инвестирования. Во-первых, вы сможете избежать наиболее распространенных ошибок. Во-вторых, научитесь вовремя распознавать ошибки других людей, чтобы извлекать из них выгоду.

Все мы подвержены индивидуальным заблуждениям, которые могут повлиять на личный успех. Когда тысячи или миллионы людей совершают ошибки в суждениях, это приводит к тому, что рынок начинает двигаться к краху. Кроме того, искушение последовать за толпой настолько сильно, что массовое неверное суждение только усугубляется. В бурном море нелогичного поведения те немногие, кто действует разумно, вполне могут оказаться единственными выжившими.