"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ), стр. 1251

— А ты сейчас куда? — полюбопытствовала Валькирия.

— А мы с Игнилом прогуляемся по Крокусу, — дракон понимающе кивнул. — Заодно у тебя, наконец, появится время поговорить с Кагурой, — это я уже шепнул девушке на ухо. — Хватит друг от друга бегать, вам это действительно необходимо, хоть и понимаю, что обсуждать Симона тебе не очень приятно.

— Л-ладно, — несколько посмурнела воительница.

— Тогда мы пошли.

— Удачи! — сразу уйти не получилось, некоторое время ушло на «прощание».

— Хех, — хмыкнул дракон в человеческой шкуре, — хорошую стаю ты себе собрал, — но потом перешёл к делу. — На кладбище?

— А куда же ещё. Найти сможешь? — где находится кладбище, я знал очень примерно. Самостоятельно найти смогу, но это займёт некоторое время и может привлечь ненужное внимание.

— Поверь, это место я не забуду, сколько бы веков и тысячелетий ни минуло, даже если от меня останется лишь бледная тень… — дракон склонил голову.

— Всё было настолько плохо?

— Ты не представляешь. Кладбище образовалось на месте битвы. Последней битвы Эпохи Драконов. Десять тысяч драконов, бывшие враги и верные друзья, пребывающие на пике могущества «Короли», вроде меня, Вайсологии, Металликаны, Грандины, и другие, едва вышедшие из детского возраста подростки, что и на крыло-то нормально не встали. Эта армия затмевала небеса, на земле наступала ночь от тени наших крыльев… И против нас был всего один, — Игнил прикрыл глаза. — Но сделать ему хоть что-то могли только самые могущественные из нас. Атаки остальных он просто не замечал… в лучшем случае, а то и поглощал и отправлял назад, добавив и от себя… — глубокий вздох. — С поля ушёл только он один. И я не представляю, как с ним можно справиться сейчас, четыреста лет спустя.

— Хм… Не знаю, мне он не показался настолько чудовищно могущественным, возможно, эти четыре века сказались на нём не лучшим образом, — всё же Зереф делал ритуал для своего убийцы, вряд ли он при этом задумывался, чтобы получившаяся тварюшка имела «полный функционал», хотя тут я уже натягиваю сову на глобус, с куда большей вероятностью эта сволочь с адамантовыми зубами заржавела за полтысячи лет… или просто со мной игралась, растягивая удовольствие от «махача». М-да, не лучшая перспектива.

— Глупо на это рассчитывать, готовиться нужно к худшему.

— Знаю. И, поверь мне, пока вы были в безвременье на острове, я разработал несколько десятков всевозможных вариантов его убийства. Шансы неплохи.

— Надеюсь. Пришли, — мы стояли неподалёку от магической арены, — кладбище прямо под нами.

— Хорошо, — мгновение сосредоточения, шаг, Тьма мягко обнимает нас, принося привычный покой и умиротворение, ещё шаг — и мы уже в подземелье.

— Что это было?

— Тёмные Тропы — одно из заклинаний соответствующей школы.

— Жутковатые ощущения, — поведал Игнил.

— Серьёзно? А мне, наоборот, нравится.

— Бр-р, это было даже хуже, чем когда меня на спор Скиадрам протащил по теням. Там хотя бы было ощущение двумерности, а не полное растворение в Ничто.

— Тропы Теней — штука удобная, но по ним попасть туда, где ты ни разу не был — сложновато, мягко говоря.

— Ладно, оставим это. Мы на месте. Кладбище Драконов, — мы оказались в огромной пещере, буквально заваленной костями бывших владык этого мира. Даже спустя четыре века магический фон от останков был весьма впечатляющ, и если бы не город наверху, сильно «размывающий» сигнал, фонила бы эта пещера так, что её бы и за сотню километров заметили… И набежала бы сюда такая толпа некромантов, что только держись. Десять тысяч драконьих скелетов… Тот самый момент, когда начинаешь жалеть, что испытываешь иррациональное отвращение к материальной нежити…

— Сила смерти здесь до сих пор крайне велика, — даже не собираюсь втягивать разлитую вокруг мощь природным талантом драгонслеера, того, что поступало от «фонового излучения», хватило, чтобы мгновенно возместить траты магии на открытие перехода и протаскивание по нему весьма увесистого, во всех планах, товарища.

— Пойдём, — Игнил повёл меня среди костей. Любящий поболтать дракон стал на редкость немногословным, хотя понять его было можно. Но вот движение в полной тишине и темноте (поскольку свет для того, чтобы видеть, не был нужен ни мне, ни ему) несколько угнетало. — Вот… Мы пришли, — приёмный отец Нацу махнул рукой, показывая на пять скелетов, лежащих чуть в стороне.

Я подошёл ближе. Кости Игнила определил сразу — даже остаточный магический фон, смешанный с некроэманациями места, всё ещё мог показать, кто был… хм… владельцем этого скелета когда-то.

Рядом с ним… Звяк!.. Металлорганика, не трансформация плоти, которой пользуется Гажил, а полноценный живой металл.

— Металликана, — напитать собственной маной, убрать в карман. Перейти к следующему. Более лёгкий и маленький костяк… по драконьим меркам, конечно. Флёр Воздуха и далёкий отголосок магии Жизни, мягко говоря, нехарактерный для давно мёртвых костей. — Грандина, — напитать и убрать. Следующий «образец» был темнее «соседей», от него «пахло» чем-то смутно знакомым и отдалённо напоминающим мою собственную основную стихию… — Хмм…

— Скиадрам, — глухо отозвался Игнил, — сильнейший из теневых драконов.

— Полагаю, он был учителем Роуга? — за семь лет я так или иначе раздобыл много информации о всех мало-мальски интересных магах, и уж два оставшихся драгонслеера мимо моего внимания пройти не могли.

— Да. Они с Вайсологией, первым из драконов Света, — король огненных драконов кивнул в сторону чуть светящихся костей, — были лучшими друзьями. Странная и абсурдная дружба, если учесть, что их стаи всегда враждовали, но так вышло, — Игнил осторожно, самыми кончиками пальцев, погладил останки крыла. — Хотя всё, что касалось Скиадрама, можно назвать «странным». Ты его мне чем-то немного напоминаешь, Сефирот.

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Теневые драконы — ближайшая родня драконов тьмы, бывали даже случаи, когда первые становились вторыми, но… Ты ведь как раз дракон тьмы, пусть и очень… Хм… Сложно это выразить человеческими словами и понятиями… «Нестандартный», пожалуй. Но вернёмся к теневым. Их образ мыслей… Неочевидные и спорные решения, весьма жёсткая закалка детей и многое другое.

— Эй, я не буду извиняться, что пару раз пытался убить Нацу — это был обучающий процесс. И он бы всё равно выжил!

— Вот что-то вроде этого я и имел в виду, — всё же чуть улыбнулся дракон — моя незамысловатая шутка возымела эффект, а то было такое впечатление, что этот летучий огнемёт сейчас в петлю полезет. — В общем, Скиадрам для того, чтобы сделать ученика морально сильнее и устойчивее, разыграл сцену, в которой его ученик его убил. И Вайсологию уговорил сделать так же.

— Ч-чего? — сказать, что я удивился, значило сильно преуменьшить моё состояние.

— Мы были духами, а детям было лет по семь. Пусть большая часть нашего могущества канула вместе с нашими телами, но духу изобразить умирающего и уговорить нанести «удар милосердия» совсем не сложно.

— Да к чёрту технические подробности! Они окончательно долбанулись? Драгонслееры и так нестабильны! Ты сам рассказывал, как у нашей братии едет крыша! Пусть ваше вселение и купировало процесс, но всё же… А тут — внушать ребёнку, что тот убил любимого учителя, приёмного отца и лучшего друга в придачу? Тут и полностью здоровый человек может «тронуться».

— Мы с Металликаной и Грандиной были против, но как воспитывать своих учеников, каждый учитель решает сам.

— Может быть, вы и гениальные прирождённые маги, безмерно мудрые существа и так далее, но в человеческой психологии вы как не понимали, так и не понимаете. Нанося такую чудовищную психологическую травму, вы сильно рискуете на выходе получить вторых Акнологий или кого похуже.

— О чём ты? — не понял Саламандр-старший.

— Люди — весьма хрупкие существа. Не только касательно магии или физических параметров, но и их психика. Да, чем меньше возраст, тем она пластичнее, но вот такое «выковывание» нужного результата… Один неверный шаг, случайная погрешность — и мы рискуем в будущем заиметь кровавого маньяка, способного принести в жертву пару-тройку миров чисто для потакания своим амбициям.