Дикорожденный (ЛП), стр. 30

Айрик всегда заказывал неприметных: с базовым строением тела и без функции речи. Никаких лиц, никаких систем нагрева. Лишь быстрая, молчаливая разрядка.

Полная противоположность Норе, чье имя даже звучало красиво.

Прежде чем отправиться в душ, он накрыл ее тело одеялом и мимолетно коснулся ее щеки. Просто чтобы убедиться, что она жива, разумеется.

Теплая, сухая. Сердце подпрыгнуло к горлу, почти радостно. Он отступил.

На корабле было не так много вещей, которые она могла бы сделать без него, если проснется до того, как он закончит мыться. Его оружие было заперто в шкафах в коридоре. Он не думал, что она сможет совладать с дверными замками: на ее корабле всё еще были ручные рычаги и задвижки, и она наверняка запуталась бы, пытаясь разобраться с панелями управления.

К тому же он предупредил ее, чтобы она не уходила, и она согласилась, повторив его слова, чтобы показать, что поняла. Земля отравлена. Она умрет. Ни одно существо не стало бы так безрассудно искушать смерть, будучи раненым.

Айрик вошел в душевую кабину. Прохладный воздух овеял зудящую кожу, пока он стягивал костюм, складывал его и помещал в гигиенический шкаф для автоматической очистки. Когда он включил воду, внезапный жар обжег его, напомнив о розовом румянце на щеках Норы. Член наполовину затвердел.

Не лучше дикого зверя, за которого меня и принимают, — тянет к раненой добыче.

Реакция тела спала, и теперь его захлестнуло отвращение к самому себе. Он со злостью ударил по значку холодной воды на регуляторе температуры. Ледяная вода обрушилась на него, пока он тер себя жесткой очищающей мочалкой.

Ты заслужил это.

Мочалка упала на пол, пальцы онемели. Дрожа, он прислонился лбом к металлической стене, позволяя воде смыть всё дочиста.

Ему нужно было лишь сохранить жизнь этому человеку до прибытия спасателей. А потом она станет собственностью Вейнари. Нора больше не будет его заботой. Любые мысли о ней канут в небытие, куда в конечном итоге отправлялось всё хорошее в его жизни.

Глава 15

НОРА

Нора резко проснулась, гонимая острой нуждой опустошить полный мочевой пузырь.

Солнечный свет освещал коридор прямо за дверью.

Имя инопланетного мужчины — Айрик — всё еще светилось на стене перед ней.

Блядь… Значит, всё это не было сном.

Желудок сжался, когда до нее дошло леденящее душу осознание: должно быть, она проспала всю ночь в кровати Айрика. Он спас ее, принес на свой корабль и дал укрытие. А в качестве благодарности она вышвырнула его из его же комнаты и кровати.

Меньшее, что она могла сделать, — это не обоссать ему пол. К тому же, ей не хотелось выслушивать его потусторонние насмешки.

Проглотив смущение, она сползла с кровати и нерешительно перенесла вес на больную ногу. Было больно, но не настолько невыносимо, чтобы она не смогла дойти до уборной.

Нора уже собиралась повернуть задвижку, когда услышала неровное журчание воды из-за двери душевой.

Неужели Айрик принимал душ? Сквозь металлические рейки двери не пробивалось ни лучика света, но вода плескалась с характерным звуком, омывая крупное тело. Наверное, в темноте ему было комфортнее всего. Подгоняемая любопытством, она подошла к двери и подалась вперед.

Как он выглядит без костюма? Весь ли он каменно-серый, как его рука?

Она осеклась, подавшись вперед, и в горле встал ком стыда. Что, блядь, она творит? Айрик ясно дал понять, что не хочет, чтобы на него смотрели.

Неприятное давление между ног усилилось — мочевой пузырь требовал немедленного опорожнения.

Ты правда хочешь обмочиться на полу у парня, который «ломает планеты»?

Нора отшатнулась от двери душевой и поспешила в узкий коридор. В одном конце стояло большое кресло. Должно быть, кресло пилота, предположила она. Лобовое стекло было разбито, что обнадеживало: значит, воздух здесь пригоден для дыхания. В другом конце находилось большое прямоугольное углубление в стене с еще большим количеством реек — возможно, выходной трап.

Хотя корабль Айрика выглядел куда менее впечатляюще, чем она ожидала от космических инопланетян, каждый из сорока трех шагов к главной двери отдавался мучительной болью.

К тому времени, как Нора добралась до того, что, как она надеялась, было выходом, она едва не плакала от пульсирующей боли. Переведя дух, она коснулась дверной задвижки. Прямо над ней в воздухе спроецировались несколько значков в виде завитков.

— Ну пиздец. — На «Абеоне» был похожий интерфейс. Он был капризным и часто доводил Нору до приступов ругани с обилием «блядь» и «проклятье».

Она провела пальцем над одним из значков. Ничего не произошло.

Она ни за что не станет мочиться на пол Айрика, как невоспитанный щенок. Как обычно делала на «Абеоне», она принялась колотить по значкам и водить руками через все сразу.

Она отскочила назад, когда дверь пискнула. Зашипев, она отъехала в сторону. Из-под днища корабля выдвинулся трап, вытянулся вперед, а затем опустился на землю, сминая высокую пурпурную траву, похожую на пшеницу.

Воздух пах земными океанами. Соленый бриз защекотал нос, пробуждая такие тяжелые воспоминания, что ей пришлось прислониться к двери, чтобы не свалиться с трапа.

Было ярко. Нора стояла в дверном проеме, ожидая, пока глаза привыкнут, а сердце успокоится. Айрик сказал, что океан близко, но не слишком. Всё будет хорошо.

Блядь, как же ярко. В ее размытом зрении солнце двоилось. Или, может быть, дело было в успокоительном: она всё еще была во власти глубокого похмелья.

Носил ли Айрик шлем, чтобы защититься от света? Это объяснило бы бледную кожу на его руке — возможно, результат эволюции на более темной планете. Как-то она смотрела документальный фильм о пещерных существах, которые со временем потеряли любой окрас и зрение.

Хотя было ясно, что Айрик видит. Может, шлем выполнял эту функцию за него. Вполне возможно, что у него вообще не было глаз. Или, может быть, он был маленьким червячком, плавающим внутри гуманоидного экзокостюма, который передавал ему ощущения.

Мочевой пузырь свело спазмом, заставив ее скрестить ноги. Хуже всего было бы описаться и залить пол корабля Айрика — прекрасная вишенка на торте после того, как она дважды выблевала всё нутро прямо у его кровати!

Нора перенесла вес на здоровую ногу, готовясь сойти. Айрик просил ее не уходить, сказав, что случилось что-то «вызывающее мертвый». Но… он также сказал, что выведет ее наружу, когда она проснется, так что то, что было смертельно опасным, вряд ли представляло непосредственную угрозу. Всё, что ей нужно было сделать, — это добраться до деревьев. Это недалеко, может, футах в ста, и ей потребуется всего пара минут, чтобы пописать и вернуться. Ей не хотелось делать это рядом с кораблем — там она была бы слишком на виду.

Приняв решение, Нора осторожно спустилась по трапу. Она поморщилась, когда мягкая трава слишком сильно прогнулась, давая нагрузку на лодыжку. Чем быстрее она закончит, тем быстрее сможет вернуться — возможно, еще до того, как инопланетянин докупается.

Она посмотрела налево и направо, убедившись, что на поле нет ни одного из тех существ, которых она видела раньше. Глубоко вздохнув, Нора нерешительно двинулась к краю леса. Светящаяся граница на земле отделяла лес от поля, а две параллельные пульсирующие линии света уходили вглубь чащи — дорожка. Явно размеченная и ухоженная.

Она обернулась на корабль Айрика. Как он и сказал, крылья были оторваны. Удивительно, но он напоминал старые земные самолеты — с носом, кабиной и небольшим фюзеляжем. Такой примитивный дизайн для цивилизации, утверждающей, что способна разрушать планеты.

Желая найти большее укрытие, Нора перешагнула границу и вошла в лес. Окружавшие ее деревья по форме напоминали земные сосны, только их кора переливалась всеми цветами радуги.

Радужный эвкалипт, — вспомнила она голос очаровательного британца из документальных фильмов.