Назад в СССР: Классный руководитель. Том 7 (СИ), стр. 1

Annotation

Олег Туманов, учитель физики и астрономии, талантливый астрофизик, музыкант и отчаянный мотогонщик, он создал в школе обсерваторию и сумел спасти любимую девушку из рук врага. Теперь впереди — свадьба, надежда на семейное счастье. И мечты о создании школы юных астрофизиков. Но волевой характер и бескомпромиссность сделали Олега опасным противником для тех, кто не прощает поражений. Враги готовят новый удар, пытаясь заставить Туманова пойти на преступление. Сумеет ли он снова победить — или на этот раз цена борьбы окажется слишком высокой?

Назад в СССР: Классный руководитель, том 7

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Назад в СССР: Классный руководитель, том 7

Глава 1

Звезды, бандиты и недовольные родители

Насладившись видом звёздного неба, так сказать, невооружённым глазом, я решил всё-таки заняться настройкой телескопа. Вначале проверил, насколько правильно выверена оптическая ось телескопа и искателя. Для этого убрал окуляр и начал рассматривать в окулярную трубку отражённое изображение главного зеркала. Что оказалось не полностью верным, поэтому я повернул винты крепления призмы, совместив с отверстием окулярной трубки. Теперь заглянув в трубку без окуляра, я увидел, что призма проецируется на центральную часть большого зеркала.

Ну а поскольку уже наступила глубокая и, к моей радости, почти безоблачная ночь, я занялся уже проверкой телескопа по звёздам.

Вначале я проверил, насколько полярная ось параллактической установки строго параллельна оси вращения Земли. Ребята, которые собирали телескоп, ориентировали установку вдоль меридиана, и придали наклон равный широте, на которой находилось это место. Но теперь я должен был сделать точную настройку. И для этого навёл телескоп на яркую звезду, которая находилась вблизи меридиана. А для этой цели прекрасно подошла самая популярная звезда на небе — Альфа Малой Медведицы, которую все знают под именем Полярная звезда. Вращением окуляра я направил её вдоль суточной параллели. Но поначалу оказалось, что ориентировать точно я не смог. Пришлось повернуть установку, изменив азимут, чтобы следить за звездой. И наконец, она перестала двигаться и ярко вспыхнула в центре поля зрения. Потом я сделал выверку наклона полярной оси к плоскости горизонта.

И наконец, наступил самый волнующий момент, от предчувствия которого у меня свело спазмом челюсти — оценить, насколько вообще хорош телескоп.

Мне повезло, в эту ночь погода стояла безоблачная, воздух был прозрачным и спокойным.

Поначалу слабые звезды третьей и четвертой величины выглядели размытыми светлыми пятнышками с «хвостом». Но винтами оправы объектива я сумел настроить резкость. И теперь мог насладиться видом живого звёздного неба.Жалел только, что не взял с собой свою зеркалку, чтобы сделать фотографии.

В первую очередь огромными и такими близкими стали планеты нашей солнечной системы. Я увидел полосы облачных поясов Юпитера, и кольца Сатурна, у Венеры и даже у самой близкой к солнцу планеты Меркурий я определил фазы. Газовые гиганты теперь выглядели, как диски — сине-зелёного цвета у Нептуна и голубоватого у Урана. Около Марса обнаружился один из его спутников — Фобос или Деймос, я не знал. И я сумел разглядеть в виде крошечной звёздочки разжалованный в планетоиды — Плутон.

Сменив окуляр на широкоугольный, я начал изучать туманности Лебедя, Орла и Лагуна, а первая выглядела как яркая птица со сложенными крыльями на глубоком черном бархате неба, и невероятно красивое скопление М13 в Геркулесе.

Но, увы, моё невероятное путешествие по глубинам космоса подошло к концу. Начался рассвет, ещё робкий, несмелый, но звезды начали исчезать одна за другой, словно их поглощал белый Дракон. Горизонт посветлел, окрашиваясь нежными акварельными мазками в блекло-сиреневые тона, переходящие в розовые. А затем солнце залило все расплавленным золотом, так что смотреть стало больно.

Я бы мог уехать домой, но глянув на хлипкую дверь, решил дождаться Гоши и его ребят. А пока прилёг на диванчик, поджав ноги, и положив ладонь под щеку. Не в силах избавиться от тумана в голове и видения невероятной красоты ночного неба.

Грубый и нетерпеливый стук в дверь, словно колотили кулаками, заставил меня вздрогнуть. Я вскочил, распахнул дверь и увидел перед собой вовсе не Гошу и его работяг, а трех угрюмых мужиков с недельной щетиной. Тот, что повыше, чуть сутулый, в куртке с надорванным рукавом сиплым прокуренным голосом буркнул:

— Ты хто?

— Дед Пихто, — вызывающе отчеканил я. — Чего надо, мужики?

— Ты откуда чувак взялся? — разглядывая меня недобрым взором, поинтересовался главарь. — Ты сторож что ли?

— Сторож. Сторож. А вы чего тут забыли? — спросил я более строго.

— Ты охренел, мужик? — слева выступил еще один неприятный тип, в грубых рабочих штанах и рубахе в грязно-синюю клетку. — Мы тут живём. Так что проваливай!

— Здесь больше никто не живёт, — я чуть обернулся и захлопнул дверь. — Здесь школьная обсерватория.

Я плохо спал этой ночью, а прошлой — так куролесил в доме прокурора Решетова, что дым столбом стоял, еле жив остался. И понимал, что у меня не хватит сил справиться с тремя амбалами, которые пришли опохмелиться самогоном, судя по сильно оттопырившемуся карману куртки главаря, и торчащему оттуда горлышка бутылки с жидкостью молочного цвета. Но отступать без боя не собирался. Встал в боевую стойку, оценивая, кого из этих троих вырубить первым.

Главарю, видно, надоело пререкаться со мной, и трубы у него горели нестерпимо. Он вытянул длинные руки с крючковатыми заросшими черными волосами пальцами, ухватил меня за плечи. И с силой попытался отбросить в сторону. Но оставил беззащитным свой живот. Так что я, перехватив его руки, чуть присел и врезал коленом прямо в солнечное сплетение. Мужик охнул, захлебнувшись воздухом, обмяк и я шваркнул его физиономией прямо о своё колено. И хотел уже вмазать в челюсть, но тут те двое, что стояли рядом, бросились ко мне с двух сторон. Пришлось чуть развернуться и сбросить обмякшее тело главного на того типа, что пытался напасть слева. И оба свалились на землю.

Но при этом я пропустил удар того, кто оказался справа. На его вытянутой багровой роже читалась уверенность, что он точно меня укокошит. Он врезал под дых. И тут же развернувшись всем корпусом, попытался добить меня. Каким-то чудом я смог отклониться, кулак пришёлся прямо в хлипкую фанерную дверь, она крякнула, выгнулась вся, но удар выдержала. Но теперь воздуха стало не хватать мне, голова пошла кругом. Я едва не пропустил другой удар. Успел перехватить руку, вывернуть чуть вверх своим фирменным приёмом. Хрупкие кости запястья хрустнули, мужик глухо взвыл. Попытался вырвать руку. Но я лишь развернул его вокруг своей оси и врезал ногой чуть пониже спины.

Мужик упал, но успел выставить руки. Быстро перекувырнулся и, выбросив правую ногу, пытался вмазать мне в живот. Но я успел отскочить назад. И наткнулся на чьи-то руки. И тут же оказался в стальном удушающем захвате сзади. Рука прижала шею, в глазах поплыли красные круги с яркими вспышками. И теперь оставшиеся два мужика оказались напротив меня. Главаря ещё водило, из носа капала кровь. Он пытался змахнуться, но тут же обмяк. А второй враг оказался крепким и сильным. Резкий замах, и ребром ладони вмазал мне чуть ниже рёбер. Я едва успел напрячь живот. Удар оказался смазанным. Неудача разозлила противника. Он отпрыгнул назад и попытался, развернувшись корпусом, врезать ногой мне в пах. На какую-то счастливую долю секунды, я ощутил, что хватка, которой держал меня мужик сзади ослабла, и я перехватил его руки, чуть присел и перекинул через себя, сбросив на выброшенную ногу второго противника. Этого хватило, чтобы оба повалились друг на друга, барахтаясь и злобно матерясь.