Хранитель подземелья (СИ), стр. 12

Вдохновлённый неожиданной поддержкой, я бросился на главаря, схватил его за куртку и попытался повалить на землю. Он оказался тяжелее, чем я думал, но я вцепился мёртвой хваткой, не давая вырваться.

Не знаю, сколько времени мы боролись. Секунды, минуты — время словно остановилось, осталось только хриплое дыхание, скрип подошв по бетону, напряжение в каждой мышце. Он начал шаг за шагом отступать назад, я наседал, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Так мы дошли до ступенек.

Не видя лестницы, мой противник оступился, потерял равновесие и начал заваливаться назад, увлекая меня за собой. Я успел только выдохнуть — и мы полетели вниз, пересчитывая ступени спинами. В результате падения я приземлился на тело соперника и особо не пострадал — только в ушах звенело, а перед глазами всё плыло.

Очухавшись спустя пару секунд, я понял, что главарь больше не сопротивляется. Не дёргается, не матерится. Я слегка отстранился, опираясь на дрожащие руки, и посмотрел на него.

Он лежал неподвижно, лицом вверх, с открытыми глазами. Голова была запрокинута слишком далеко назад, шея изогнута под неестественным углом — так, как не может изогнуться у живого.

— Блять… — только и прошептал я.

Внутри всё оборвалось. Тошнота подкатила к горлу. Я смотрел на него и не мог поверить. Это не я. Это не я его. Он сам. Он оступился. Он…

Десять дней спустя. Помещение суда по особо важным преступлениям.

Зал суда был выдержан в тех же серо-бежевых тонах, что и весь мир снаружи. Те же бетонные стены, тот же искусственный свет, те же лица. Только здесь, на возвышении, вместо привычных надзирающих систем сидели люди в черных мантиях. Такие же серые. Такие же одинаковые. Судьи.

— … В закрытом судебном заседании рассматривается дело № 474 о совершении уголовного правонарушения по ст. 152 ч.1 «Предумышленное нанесение тяжкого вреда здоровью, группой лиц, по предварительному сговору, в состоянии наркотического опьянения»…

Голос секретаря лился ровно, без эмоций, словно зачитывал прогноз погоды. Я сидел на скамье подсудимых, между двумя конвоирами, и смотрел прямо перед собой. Скула ещё болела, под глазом расползался фиолетовый синяк, но это было мелочью. Главное было впереди.

— … В результате проведённого расследования было установлено: двадцатого октября 2068 года Елагин Сергей Викторович, гражданин номер XPJ-8081745, 18.08.2030 года рождения, и Антипенко Игорь Андреевич, гражданин номер AGT-149657, 26.03.2020 года рождения, вступили в преступный сговор с целью сексуального насилия. Жертвой преступников стала Захарова Елена Викторовна, гражданка номер CERF-21193, 30.11.2049 года рождения.

Я слушал и не верил своим ушам. Мы — преступники? Сексуальное насилие? Наркотическое опьянение? Это какая-то ошибка. Сбой. Кто-то перепутал бумаги.

— Увидев подходящую жертву, в переходе к станции метро № А-1845 на Захарову Елену Викторовну было совершено нападение с целью сексуального насилия. Направлявшиеся на работу в дневную смену Оболонский Андрей Андреевич, гражданин № UYIR-23312, 12.12.2048 года рождения, Карпов Алексей Петрович, гражданин № AKFU-23521, 09.12.2048 года рождения, Казанов Дмитрий Викторович… — секретарь зачитал ещё пять фамилий, которых я никогда не слышал. — … проявили высокую гражданскую ответственность и, не сумев остаться равнодушными к происходящему, пресекли совершение преступления.

Я обернулся на скамью, где сидели эти люди. Карпов, Казанов, остальные. Сейчас они выглядели по-другому. Совсем не так, как в метро. Теперь это были гладковыбритые, одетые в выглаженные костюмы, солидные молодые люди. Ничего в них не напоминало о пьяном быдле, домогавшемся до беззащитной девушки. Дорогие часы на запястьях, ухоженные руки, уверенные позы. Они чувствовали себя здесь хозяевами. Потому что так оно и было.

— К сожалению для общества, в результате завязавшейся потасовки при попытке задержания преступников Оболонский Андрей Андреевич получил тяжёлые травмы…

Я словно провалился в какую-то мутную глухую пелену. Происходящее вокруг казалось кошмаром…

— … Слово предоставляется потерпевшей.

Со своего места поднялась девушка. Та самая. С просвечивающим через тональный крем распухшим глазом, с прикрытыми длинными рукавами синяками на тонких руках. Она оглянулась на скамью подсудимых — туда, где сидели мы с товарищем по несчастью. Девушка потупила взгляд, глубоко вздохнула и начала говорить. Голос её дрожал, слова звучали заученно, будто она читала с листа, который держала перед глазами.

— Захарова Елена Викторовна, гражданка номер CERF-21193, 30.11.2049 года рождения. Клянусь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды.

— Елена Викторовна, расскажите о случившемся в то утро.

— Был совершенно обыкновенный день, — начала она. — Я направлялась к станции метро № А-1845, когда внезапно меня окликнул незнакомый мужчина. Проигнорировав крик, я продолжила свой путь. Он догнал меня, схватил и толкнул к стене.

— Этот мужчина был Елагин Сергей Викторович? — перебил её судья.

Пауза. Несколько томительных мгновений. Девушка кивнула.

У меня в душе всё похолодело.

— Скажите голосом. Вы узнаёте в нападавшем Елагина Сергея Викторовича, гражданина номер XPJ-8081745. — судья указала на меня.

— Узнаю, — сипло произнесла потерпевшая, не поднимая взгляда.

На этом месте она всхлипнула. Её плечи дрогнули, она снова оглянулась на нас. В её глазах мелькнуло что-то — страх? Стыд? Вина? — но она быстро отвела взгляд.

— Хорошо. Вы смелая девушка, вы молодец. Продолжайте, — велел судья.

— Он хватал меня, я отбивалась. Люди проходили мимо, никто не помогал мне, хотя я звала на помощь.

— Когда появился Антипенко Игорь Андреевич?

— Чуть позже. Он подскочил ко мне, и они вместе… вместе… они начали бить меня, срывать одежду. Проходившие мимо люди не вмешивались. Когда я уже совсем отчаялась и перестала кричать, мне на помощь пришёл Оболонский Андрей Андреевич. Он оттолкнул нападавшего, помог мне подняться и выйти из окружения. Не став продолжать драку, он взял меня за руку и повёл к дежурному по станции, чтобы мне оказали помощь.

— Дождавшись, пока он не будет смотреть, Елагин Сергей Викторович и Антипенко Игорь Андреевич напали на нас со спины, толкнули… — её голос сорвался. — Толкнули Оболонского Андрея Андреевича с лестницы…

— Кто именно толкнул. — поинтересовалась судья.

— Елагин.

Девушка зарыдала. Попыталась продолжить, но слова застревали в горле, разбиваясь на отдельные, не связанные между собой звуки. Мужчина в дорогом чёрном костюме — адвокат, сидевший рядом, наклонился к ней, что-то прошептал, положил руку на плечо и помог сесть обратно.

— … Медицинская экспертиза определила, что в крови Елагина Сергея Викторовича и Антипенко Игоря Андреевича содержались наркотические вещества. Кроме того, при себе у каждого из них нашли 12 граммов психотропных веществ…

Я слушал и чувствовал, как внутри меня словно что-то отрубили. Это у меня нашли наркотики? У меня, который никогда даже не пробовал? Что происходит⁈

Я хотел закричать. Вскочить. Потребовать настоящего расследования. Но тело не слушалось. Оно просто сидело и смотрело, как рушится моя жизнь.

Тем временем суд продолжался.

— … Пострадавший имеет самые положительные характеристики. Его отец является заместителем начальника Объекта № 414. Сам Оболонский Андрей Андреевич, несмотря на свой юный возраст, является генеральным директором фабрики по производству металлоконструкций. Семья характеризуется как обеспеченная, положительная, социально устойчивая, лояльная режиму…

Отец — заместитель начальника Объекта № 414? Это многое объясняет.

(После расформирования государств, чтобы снизить националистические настроения, все города переименовали в Объекты, присвоив им номера и разделив на категории в зависимости от численности населения. Например, мой город — Объект 5 категории, а это, между прочим, самая маленькая категория — «всего лишь» до пятидесяти миллионов жителей.)