Изнанка мегаполиса. Всё тайное станет Навью (СИ), стр. 50

— Доброе утро, — он развернулся в её руках, прижал к себе поближе и нежно чмокнул в растрёпанную после сна макушку. — А я как раз собирался нести кофе в постель. Как спалось?

— Доброе утро, прекрасно, — Тая зажмурилась, сладко потянувшись прямо в его руках и чувствуя, как внутри разливается уютное тепло. Тут она вспомнила про вчерашний вечер и перевела взгляд на массивный деревянный стол, где сейчас царил идеальный порядок. — Погоди, а где пакет с доставкой? Который ты на столе оставил?

Ярослав лукаво прищурился и кивнул в сторону холодильника.

— Ну а где ему еще быть? Я вчера перед сном всё-таки проявил сознательность, дошел до кухни и убрал наш нетронутый ужин в холодильник. Так что у нас сегодня максимально ленивое утро: просто разогреем лапшу. Ты как, голодная?

— Жутко, — призналась она, забирая из его рук горячую кружку и делая первый глоток. Она хитро стрельнула глазами, посмотрела на его крепкое плечо и добавила с абсолютно комичной угрозой в голосе: — Если мы сейчас же не поедим, я съем тебя.

Для пущего эффекта Тая театрально облизнулась, глядя на его руку, и громко клацнула зубами прямо возле его запястья.

Ярослав от такого перформанса аж поперхнулся смехом.

— Ах так? Голодный хищник объявился? — подхватил он шутку и, резко отставив свою кружку на безопасное расстояние, свободной рукой бесцеремонно сгреб её в охапку.

Его пальцы тут же принялись безжалостно щекотать её под ребрами и в боках. Тая мгновенно растеряла всю свою «хищную» спесь, звонко расхохоталась на всю кухню и попыталась увернуться, едва не проливая кофе.

— Яр! Всё, сдаюсь, сдаюсь! — сквозь смех взмолилась она, тщетно пытаясь перехватить его быстрые пальцы. — Лапша! Я выбираю лапшу!

Ярослав наконец сжалился, со смехом прекратив пытку щекоткой, но из объятий так и не выпустил, напоследок крепко поцеловав в кончик носа.

Через пятнадцать минут стратегические запасы вчерашней лапши были успешно спасены из холодильника и разогреты, наполняя кухню аппетитным ароматом пряных специй. К этому моменту от умопомрачительных запахов их животы уже сводило от голода, и они предательски урчали на два голоса, подгоняя поваров.

Они устроились прямо на широком подоконнике в гостиной, поджав под себя ноги и деля на двоих один большой мягкий плед. Тая лениво наматывала лапшу на вилку, блаженно зажмуриваясь от каждого кусочка, пока Ярослав, расправившись со своей порцией в рекордные сроки, лениво поглаживал её по колену под пледом.

— Ну что, грозный хищник, сыта? Ты больше не хочешь съесть мою руку? — с улыбкой спросил он, отпивая уже вторую за утро чашку кофе. — Какие планы на день? Считай, что я полностью в твоем распоряжении. Карта города, парки, кино — выбирай что хочешь.

Тая задумчиво прожевала, глядя в окно, где вовсю разгулялось идеальное летнее солнце.

— Хмм… Твое плечо все так же аппетитно выглядит, но лапша вовремя спасла тебе жизнь и полностью утолила этот первобытный голод, — рассмеялась она. — Вообще, погода просто сказочная. Может, выберемся куда-нибудь погулять подальше от центра? Туда, где поменьше людей, отчетов и суеты. Набережная или какой-нибудь тихий парк. Просто походим, подышим воздухом. Можем покататься на катамаранах — ну, знаешь, такие штуки на воде, где педали крутишь, и они едут, как раз для двоих. Что думаешь?

Ярослав согласно кивнул, и на его губах появилась тёплая, расслабленная усмешка:

— Идеальный план. Значит, сейчас лениво допиваем кофе, собираемся без всякой спешки и идем гулять, пока солнце не зашло. Только надо заехать ко мне, чтобы я переоделся в чистое…Слушай, а около моей квартиры как раз есть парк с озером. Можешь взять вещи на понедельник на работу и остаться у меня, раз уж я был у тебя. Что думаешь? Мои домашние вещи точно тебе подойдут, — он рассмеялся, выразительно окинув взглядом её фигуру в огромной футболке, которая и так едва держалась на её плече.

Тая на секунду замерла с вилкой в руке, чувствуя, как от этого простого, но такого значимого предложения по сердцу разлилась новая волна трепетного тепла. Одно дело — спонтанная ночевка, и совсем другое — вот так, вместе распланировать все выходные, заранее собирая вещи для общего утра понедельника. Это ощущалось как какой-то совершенно новый, уютный уровень доверия.

— Твои домашние вещи, говоришь? — она лукаво прищурилась, ставя пустую коробочку из-под лапши на подоконник. — Ну, если моя футболка после твоих плеч сидит на мне так, что я уже похожа на филиал палаточного лагеря, то твои спортивные штаны с меня просто спадут. Ростом мы, конечно, оба обделены не были, но в ширину... мне точно придется затягивать этот шнурок намертво, чтобы не потерять их по дороге из ванной.

Она пересела поближе, выбираясь из-под пледа, и заглянула в его смеющиеся глаза, обвив руками его шею.

— Но идея с озером и вещами на понедельник мне безумно нравится. Я согласна. Только чур на катамаране педали крутишь ты, а я работаю штурманом.

— Идет, — Яр довольно улыбнулся, перехватывая её за талию и прижимая к себе. — Договорились, штурман. Допиваем кофе, собираем тебе сумку и едем.

Он наклонился и запечатлел на её губах короткий, но до невозможного нежный, собственнический поцелуй, скрепляя их уговор. Тая тихонько выдохнула ему в губы, чувствуя, как от этой мягкой ласки по коже пробежали приятные мурашки, а субботнее утро окончательно стало идеальным.

Глава 23. Часть 2

Парк встретил их густой зеленью и шумом воды. Вокруг кипела жизнь: на газонах лениво загорали люди, на песчаных дорожках носились звонко хохочущие дети, а по тенистым аллеям неспешно проезжали велосипедисты. Здесь было по-настоящему летнее, беззаботное настроение. Они гуляли не спеша, Ярослав держал её за руку — крепко, надежно, переплетая свои пальцы с её, как будто боясь, что Тая может раствориться в этой пёстрой толпе отдыхающих.

Через полчаса жара начала ощутимо припекать, и они остановились у небольшого ларька с мороженым.

— Тебе какое? — спросил Яр, изучая витрину с таким видом, будто выбирал чертежи для сложного инженерного проекта.

— М-м, давай шоколадное, в вафельном рожке, — Тая подмигнула ему. — Обожаю шоколад.

Когда они отошли к ближайшей тенистой аллее, мороженое начало предательски быстро таять под июльским солнцем. Тая, увлекшись рассказом о какой-то забавной мелочи, не заметила, как тёмная капля холодного десерта осталась на её щеке. Ярослав, который слушал её, не отрывая взгляда от лица, вдруг остановился и тихо рассмеялся.

— Ты вся в мороженом, — он достал из кармана влажную салфетку, аккуратно промокнул её щеку, убирая сладкий след, и только после этого прикоснулся уже сухой, тёплой ладонью к её лицу, ласково очертив пальцами линию скулы.

Тая замерла, глядя в его глаза, и в этот момент весь мир вокруг — бегающие дети, проезжающие мимо роллеры — просто перестал существовать. Только его мягкое прикосновение и этот теплый, любящий взгляд.

— Ну всё, — она звонко рассмеялась, стараясь скрыть приятное смущение и напускную серьезность. — Теперь ты обязан съесть всё мороженое за меня, пока оно окончательно не превратилось в лужу. Иначе я вся буду в шоколаде.

Они дошли до лодочной станции, когда солнце уже начало клониться к закату, окрашивая воду в розово-золотые тона. Ярослав арендовал небольшой катамаран, и они, как и договаривались, заняли свои посты.

Яр уселся на водительское место, уверенно взявшись за педали, а Тая, гордо именуя себя штурманом, устроилась рядом, положив ноги на бортик и подставив лицо теплому вечернему ветерку.

— Прямо по курсу кувшинки, капитан! — скомандовала она, указывая рукой на дальний берег.

Ярослав в ответ только рассмеялся, послушно поднажимая на педали. Катамаран плавно разрезал зеркальную гладь озера, оставляя за собой расходящиеся круги. Было так тихо и спокойно, что не хотелось говорить — только слышать мерный, убаюкивающий плеск воды, шелест прибрежных камышей и глубокое, ровное дыхание друг друга. Солнечные дорожки дрожали на воде, разбиваясь о борта их маленького судна, и это мгновение казалось бесконечным.