Мир полуночи. Трилогия (СИ), стр. 18

— Тиранида — плохое место, — грустно согласилась она. — Для всех плохое — для холопов, для рабов, для случайных посетителей вроде нас. Если только для Старших хорошо, но вполне возможно, что и у Старших тоже не всё просто.

На этом разговор и завял — настроения он нам не добавил и говорить не хотелось. Довольно долго мы шли молча, пока я вдруг не осознал, что какое-то непонятное ощущение зуда в голове — это не просто досада от неприятной темы. С некоторым усилием я попытался отрешиться от всех внешних раздражителей и у меня неожиданно получилось ощутить окружение.

— Два крупных зверя идут по нашему следу, — негромко сказал я.

— Хотят напасть? — сразу напряглась Арна.

— Не знаю. Пока просто идут, не догоняют. Давно идут, кстати, я только сейчас понял, что уже довольно долгое время их чувствую. Может, ждут подходящего места, чтобы напасть?

— Может быть, — не очень уверенно согласилась она. — Выберем какой-нибудь чистый пригорок и подождём их?

— Хороший план, — кивнул я.

— Только ты их постоянно отслеживай, пожалуйста, — попросила Арна. — Кстати, мне завидно. Как ты это делаешь?

— Спроси что-нибудь полегче, — вздохнул я. — Раньше никогда за собой такого не замечал. И если уж на то пошло, не уверен, что этому стоит завидовать.

— Почему не стоит завидовать? — удивилась она.

— Потому что ничто не даётся бесплатно, а я пока не понимаю, чем за это заплатил.

Арна задумалась, и дальше мы опять шли в молчании — впрочем, уже совсем не так расслабленно, как раньше. Однако ничего не менялось — звери по-прежнему шли за нами, не отдаляясь и не приближаясь.

Минут через десять мы действительно нашли подходящий пригорок на довольно большой поляне. Хотя называть это место поляной было не совсем правильно — недавний пожар оставил выгоревшее пятно, заваленное полусгоревшими стволами и прочим мусором. Если расчистить наверху небольшой пятачок, то можно довольно успешно обороняться от превосходящего противника. Во всяком случае, никакой зверь не сможет быстро подбежать, да и прыгнуть здесь сложновато, зато у Арны получится свободно орудовать своим копьём. Непонятно только, чем орудовать мне.

— Арна, давай ты будешь их останавливать копьём, а я попробую добивать ножом, — предложил я.

— Это плохой план, Арти, — покачала головой она. — Давай лучше ты будешь стрелять в них из своего огнестрельного арбалета, а я буду добивать тех, кто всё-таки доберётся до нас.

— Это называется пистолет, — хмуро сказал я. — Ты же сама очень убедительно объяснила мне, что он не стреляет.

— Но ты же тогда выстрелил.

— Я не знаю, как и почему это произошло.

— Зачем тебе это знать? Просто делай.

Я вздохнул и достал пистолет из сумки. Взвёл курок, прицелился в ближайший обгорелый ствол и нажал спуск. Курок сухо щёлкнул и произошло то, что и должно было произойти, то есть ровным счётом ничего.

— Если ты делаешь что-то, веря, что ничего не получится, то ничего и не получится, — заметила Арна. — Попробуй ещё раз, только не с таким настроением.

Я честно представил, что сейчас произойдёт выстрел. Курок снова щёлкнул, но это опять было единственным результатом.

— Сразу никогда ничего не получается, Арти, — мягко сказала она. — Давай попробуем ещё раз.

Я страдальчески поморщился, но всё же взвёл курок снова, поднял пистолет, целясь всё в тот же ствол, и в этот момент Арна в ужасе закричала:

— Справа, справа! Арти, стреляй же! Стреляй скорее!

Я резко повернулся направо, и там действительно стояла какая-то непонятная тварь с расплывающимися очертаниями. Пистолет уже был поднят — грянул выстрел, и тварь расплылась клочьями.

— Вот видишь! — с удовлетворением сказала Арна. — Всё ты можешь, надо только захотеть.

— Что это было? — в полном ошеломлении спросил я.

— Ты про иллюзию? У меня они толком не получаются, меня же не учили, — грустно ответила она. — Если бы у тебя было время присмотреться, ты, наверное, стал бы смеяться, а не стрелять.

— Ты Владеющая, что ли? — спросил я, начиная осознавать, что никакой опасности на самом деле не было. — То есть, я имею в виду — ты магус?

— Я же тебе говорила, что получила от Матери Символ Благосклонности, — напомнила она. — Ты что, забыл?

— Да помню я, помню, — пробормотал я.

Судя по всему, этот символ имеет какое-то отношение к магическим способностям. Что-нибудь вроде почётной грамоты примерному ученику, наверное.

— Интересно, как посмотрела бы на тебя Мать, — продолжила она.

А вот я не так уж уверен, что мне это интересно. Возможно, эта их мать сразу поймёт, что я ей не сын, и обойдётся со мной, как с мелким вредителем. Как со случайно привезённым в чемодане тараканом.

Я переломил пистолет и достал мой единственный неразменный патрон. Как и ожидал, пуля по-прежнему торчала из гильзы, только на капсюле прибавилось отметин от бойка. Я посмотрел в ту сторону, куда стрелял — в ближайшем чёрном обгорелом стволе ясно выделялось сквозное белое отверстие с расщеплёнными краями. Размер дыры больше подходил какой-нибудь пищали, чем скромной пульке винтовочного калибра.

— А обязательно взводить, чтобы выстрелить? — подумал я вслух.

— Не знаю, Арти, — ответила Арна, решив, что вопрос адресован ей. — Тебе лучше знать. Мне кажется, тебе вообще это приспособление ни к чему, разве что оно тебе помогает сосредоточиться. Ну, я надеюсь, ты разобрался со своим пустолетом, или как ты его называешь, и выстрелить теперь сможешь. Что там с теми зверями? Где они сейчас?

— С пистолетом, а не с пустолетом, — поправил её я и прислушался. — А ты знаешь, они ведь не движутся. Как только мы остановились, так и они тоже остановились.

— Это плохо, Арти, — она помрачнела. — Это значит, что они не охотятся, а следят.

— Зачем им за нами следить? — с недоумением переспросил я.

— В том-то и дело, что зверям это ни к чему, — объяснила она. — А значит, они следят для того, кому это нужно.

— Старший? — у меня тоже сразу испортилось настроение.

— Другого варианта не вижу, — Арна пожала плечами. — Давай попробуем уйти отсюда раньше, чем он нас догонит.

Мы шли быстрым шагом весь день, и к вечеру нам, наконец, удалось оторваться от слежки — впрочем, у меня были серьёзные сомнения, действительно ли нам удалось уйти. Арне я ничего не стал говорить — к вечеру она была совершенно измотана, и мне не хотелось лишний раз портить ей настроение. Если мои сомнения обоснованы, настроение ей испортят и без моей помощи.

На обед мы не останавливались, а перекусили на ходу. Собственно, обедать нам было и нечем — назвать ломоть хлеба с куском завяленного до каменной твёрдости мяса обедом было совершенно невозможно. С едой у Арны дело обстояло ещё хуже, чем у меня, так что завтра нам так или иначе придётся рыбачить или охотиться. Перспектива охоты с моим пистолетом выглядела довольно сомнительно, а вот копьё при некоторой сноровке вполне могло заменить острогу — оставалось только найти подходящий ручей с рыбой. К тому же рыбу можно было на скорую руку разделать и засолить, и уже через несколько часов её можно будет есть на ходу. Мясо же нужно долго готовить, а задерживаться в этих краях мы не хотели ни единого лишнего мгновенья.

У зверей дело с обедом обстояло явно лучше, чем у нас — пару раз один из них куда-то исчезал, а где-то через час опять догонял. Несложно было догадаться, что они по очереди охотились, и, скорее всего, успешно.

Это преследование в конце концов настолько вывело нас из себя, что пару раз мы останавливались и шли назад им навстречу. Оба раза результатом было просто потерянное время — звери тут же уходили от нас, оставаясь на том же самом расстоянии. Бегать за ними по лесу было явно бесполезно, так что мы просто перестали обращать на них внимание, и в результате пропустили момент, когда они отстали. Впрочем, к вечеру мы были настолько вымотаны, что пропустили бы что угодно — я обычный городской житель, а вовсе не какой-нибудь опытный таёжник, про княжну и говорить нечего. По ней было видно, что она смертельно устала, но при этом она ни разу не пожаловалась, и я про себя записал ей ещё один плюсик.