Путь к бессмертию. Дилогия (СИ), стр. 95

Ведущая улыбнулась.

На этот раз без прежней лёгкой игры.

Серьёзнее.

И от этого стала ещё опаснее.

– Следующий предмет, – сказала она, – Один из самых необычных предметов, проходивших через наш аукционный дом за всё время его существования.

По залу прошёл тихий гул.

Я тоже чуть подался вперёд.

Ведущая выдержала паузу, позволяя ожиданию стать плотнее.

– Кроме того, этот лот входит в тройку самых ценных сегодняшнего аукциона.

Дверь за её спиной медленно открылась.

«Это же…» – мои глаза загорелись.

Красавица взяла футляр и открыла его. Внутри оказалось растение.

– Позвольте вам представить – «Красный плод Черной Ивы». Черная Ива взращивается тысячу лет в очень требовательных условиях, чтобы она могла дать черные плоды. Каждые сто лет черные плоды на один оттенок краснеют. И чтобы стать полностью красными должно пройти еще тысячу лет. – сообщила она. – Красный плод Черной Ивы – это главный ингредиент для многих пилюль четвертого уровня.

На мое лицо наползла ухмылка. Но к счастью этого никто не заметил.

Ведь этот лот – поставил на аукцион я.

Глава 38

Этот лот выставил я.

Не лично. Лично выставлять на внешний аукцион растение, способное заставить алхимиков, старейшин и богатые кланы смотреть в твою сторону слишком внимательно, – это не смелость. Это просьба к миру поскорее организовать тебе похороны.

Для таких дел существовали посредники.

Тот самый мальчишка, который ранее подсказал мне лавки артефактов, оказался достаточно расторопным, бедным и разумным, чтобы выполнить простое поручение без лишних вопросов. Я дал ему закрытый футляр, оплатил подачу лота, велел передать его управляющему Павильона Трёх Лун и предупредил, что если он решит заглянуть внутрь или исчезнуть вместе с поручением, то я найду его быстрее, чем ему понравится.

Он поверил.

Умный ребёнок.

Красный плод Чёрной Ивы был дорогим. Очень дорогим. Но не настолько невозможным, чтобы из‑за одного его появления сразу начинать искать отдельный мир, спрятанный в жемчужине. Именно поэтому я выбрал его, а не что‑то более явное. Редкое растение можно найти в древней пещере. Можно купить у умирающего свободного культиватора. Можно вытащить из старого наследия. Можно получить случайно, если Небеса вдруг решат пошутить не только над твоим Корнем Духа, но и над экономикой рынка.

Редкое растение – это удача, которая вообще не факт что повторится.

Постоянный источник редких растений – это уже причина для пыток.

Я давно понял разницу.

После того, что случилось на первом сектантском аукционе, когда мне пришлось поставить редкое растение ради Пилюли Заложения Основы, я несколько раз возвращался мыслями к этой схеме. Тогда это было безумие. Почти отчаянное, слишком заметное, опасное. Но оно сработало. Растение превратилось в пилюлю, пилюля – в шанс, а шанс, как известно, иногда стоит дороже гордости, спокойствия и нескольких лет жизни.

Сейчас ситуация была другой.

Я не сидел под взглядом Му Цинлань. Не находился в родной секте, где каждый слух рано или поздно добирается до нужных ушей. На мне была маска Сун Вуконга, аура размыта «Скрытым Демоническим Дыханием», имя чужое, лицо скрыто, источник лота спрятан за посредником. Павильон Трёх Лун, конечно, наверняка знал больше, чем показывал. Такие места не выживают, если не умеют узнавать лишнее. Но между «мы приняли ценный лот от неизвестного гостя» и «этот гость носит в рукаве тайну, за которую можно вырезать половину города» всё же лежала приятная разница.

Я надеялся, что лежала.

Футляр стоял на помосте, раскрытый под мягким светом формаций. Красный плод Чёрной Ивы лежал внутри, словно небольшой тёмно‑алый уголь, покрытый тонкими прожилками почти чёрного цвета. Вокруг него чувствовалась глубокая древесная Ци: тяжёлая, терпкая, зрелая. Не яркая, как у огненных трав, не свежая, как у водных цветов, а именно старая. Такая Ци ощущалась не как вспышка, а как кольца внутри тысячелетнего ствола.

Ведущая выдержала паузу достаточно долго, чтобы зал успел понять: перед ним не украшение и не красивая редкость для коллекции.

– Красный плод Чёрной Ивы, – повторила она мягко. – Один из главных ингредиентов для ряда пилюль четвёртого уровня. Павильон Трёх Лун подтвердил подлинность. Возраст и степень созревания соответствуют описанию. Начальная ставка – двадцать тысяч Камней Духа.

Зал не взорвался сразу.

И это было даже лучше.

Когда дешёвая вещь вызывает шум, люди спорят голосами. Когда вещь действительно дорогая, сначала начинают считать.

По рядам прошёл тяжёлый, почти плотный шёпот. Несколько человек внизу резко выпрямились. В верхних ложах завесы приподнялись чуть выше. Где‑то слева старик в серой маске наклонился к своему спутнику, но тот сразу покачал головой. Культиватор на тринадцатом уровне, которого обокрал Ши Юэ, тоже посмотрел на плод, но его ярость быстро сменилась раздражённым бессилием. Такие лоты покупают не обиженные ученики с дырой в кошельке. Такие лоты покупают те, у кого за спиной стоит мастер, клан или склад с ресурсами.

Я сидел неподвижно.

Внутри, правда, было не так спокойно.

Если никто не поставит, будет неприятно. Не смертельно, конечно. Плод можно будет забрать обратно, потеряв комиссию и немного уверенности в чужой жадности. Но я выставил его не ради красоты. Мне нужны были Камни Духа. Много Камней Духа. Мир Меча приближался, а вместе с ним приближалась простая истина: бедные люди умирают не только чаще, но и менее подготовленно.

– Павильон подтверждает, что плод пригоден для алхимии? – спросили из нижних рядов.

Голос был изменён артефактом. Маска узкая, белая, без рисунка. Культивация скрыта. Хорошо подготовленный покупатель. Или просто осторожный человек, что на аукционе почти одно и то же.

Ведущая улыбнулась, словно ждала именно этого вопроса.

– Подтверждает. Проверку проводил приглашённый алхимик третьего уровня и мастер нашего павильона. Плод не повреждён, не высушен, не заражён гнилью духовной древесины и не имеет следов грубой подделки. Разумеется, Павильон Трёх Лун не несёт ответственности за дальнейшее использование лота в неудачных алхимических попытках.

По залу прошёл короткий смешок.

Хорошая формулировка.

Переводилась она просто: если вы испортите плод при варке пилюли, не приходите потом плакать к нам.

– Двадцать тысяч, – наконец сказал кто‑то справа.

Я медленно выдохнул.

Ну вот.

Мир всё ещё любит дорогие вещи.

– Двадцать две, – добавили из середины зала.

– Двадцать пять.

– Тридцать.

Цена пошла вверх уверенно, но не безумно. Это был не защитный артефакт, который мог спасти жизнь прямо завтра, и не Пилюля Заложения Основы, за которую поздние уровни Концентрации Ци готовы грызть друг другу руки. Это был ингредиент. Ценный, редкий, желанный, но всё же требующий алхимика, рецепта, других материалов и удачи. Очень много удачи, если речь идёт о пилюлях четвёртого уровня.

Зато именно поэтому у него была другая аудитория.

Не только ученики. Не только те, кто собирался в Мир Меча. В первую очередь – люди, покупающие не для себя, а для тех, кто выше.

– Тридцать три тысячи.

– Тридцать пять!

– Тридцать семь.

Я уже начал чувствовать, как внутри появляется осторожное удовлетворение.

Даже тридцать пять тысяч с учётом комиссии покрывали почти все мои сегодняшние траты. Пилюля Заложения Основы, формационный диск, Пилюля Рассеивания Ядов, покупки у старика, приглашение на аукцион, мелкие расходы, даже моральный ущерб от того, что рядом со мной сидели люди, способные узнать меня в самый неподходящий момент.

А ведь торги только начинали становиться интересными.

– Сорок тысяч, – произнёс голос из верхней ложи.

Зал притих.

Вот.

Настоящие деньги спустились сверху.