Путь к бессмертию. Дилогия (СИ), стр. 69
Второго – сто сорок один.
Третьего – триста пятнадцать и две пилюли восстановления Ци низкого качества.
У девятого уровня оказалось девятьсот восемьдесят. Очень прилично. Я даже посмотрел на него с новым уважением.
– Старший Брат Сун Вуконг принимает твоё пожертвование, – сказал я.
Девятый скрипнул зубами.
Тай Юньшэн присел рядом с ним.
– Громче.
– Что?..
– Поблагодари Старшего Брата Сун Вуконга за наставление о пути Дао.
Ученик секты Души Зверя посмотрел на него так, будто готов был перегрызть горло.
Тай Юньшэн улыбнулся.
И надавил ногой на запястье.
– Благодарю… Старшего Брата Сун Вуконга, – выдавил тот.
– Неискренне, – заметил Бай Чэньфэн.
– Сойдёт, – сказал я. – Старший Брат Сун Вуконг сегодня был в хорошем настроении.
Мы вышли во двор.
Там уже стояли на коленях ещё четверо. Один слуга плакал. Маленький ящер у стены тихо шипел, но не нападал. Ши Юэ выполз к нему, постоял рядом, и ящер тоже внезапно решил, что шипеть можно тише.
Я начал понимать, что у моего слизня есть талант дипломатии.
Бай Чэньфэн поднял за волосы одного из младших учеников седьмого уровня, заставляя смотреть на себя.
– Кто приходил?
– П‑посланники…
– Чьи?
– Старшего Брата Сун Вуконга.
– Чего хотел Старший Брат Сун Вуконг?
Парень зажмурился.
– Показать ничтожествам из секты Души Зверя их место.
Бай Чэньфэн удовлетворённо кивнул и отпустил его.
Тот упал обратно на колени.
Я посмотрел на эту сцену и на мгновение подумал, что, возможно, план работает даже слишком хорошо.
Сун Вуконг.
Сун Вуконг.
Сун Вуконг.
Когда испуганный человек повторяет имя несколько раз, оно потом само расползается по слухам. Кто‑то скажет, что это тайный основной ученик Облачного Меча. Кто‑то решит, что это прозвище. Кто‑то начнёт искать его среди списков участников. Кто‑то спросит у старших. Старшие нахмурятся. Младшие испугаются ещё сильнее. А потом, если всё сложится удачно, секта Души Зверя потратит хотя бы немного времени, пытаясь понять, кто такой этот проклятый Сун Вуконг и почему он послал трёх десятых уровней избивать слабых.
Время – тоже ресурс.
Путаница – тоже ресурс.
А чужая гордость, если правильно её подтолкнуть, иногда работает лучше любой техники.
– Здесь мало, – сказал Тай Юньшэн, взвешивая один из мешочков в руке.
– Потому что ты смотришь только на учеников, – ответил я. – Слуги.
Слуги побледнели ещё сильнее.
Бай Чэньфэн повернулся к ним.
– Что слуги?
– Они кормят питомцев. У них есть запасные Камни Духа, пилюли для зверей, лечебные порошки. Не свои, конечно. Хозяйские. Сун Вуконг не настолько жесток, чтобы обирать еще и Слуг.
Один из слуг попытался попятиться.
Ши Юэ оказался у него за спиной так тихо, что я даже сам не сразу заметил. Чёрное тело поднялось на камне. Слуга застыл.
– Не советую, – сказал я.
– Мы ничего не можем отдать! – прошептал старший слуга. – Нас убьют!
– Если не отдадите, – мягко сказал Тай Юньшэн, – Вас сначала побьют. Потом всё равно заберут. А потом, возможно, убьют уже ваши хозяева. Видишь? Первый вариант короче и более безболезненный.
Я посмотрел на него.
Вот же мерзавец.
Иногда приятно работать с профессионалами.
Слуги сдались быстрее учеников.
У них не было ни гордости, ни иллюзий, что культивация спасёт лицо. Они жили рядом с сильными достаточно долго, чтобы понимать простую вещь: когда три ученика десятого уровня стоят перед тобой и вежливо просят имущество, это уже не просьба. Это описание ближайшего будущего.
Из кладовой вытащили две коробки с пилюлями для восстановления духовных зверей.
Небольшой мешок низкосортных Камней Духа.
Три флакона кровяной эссенции первого ранга.
Сушёные когти какого‑то зверя.
Пучок трав, которые я сразу узнал и мысленно отметил как полезные для укрепления меридианов после перегрузки Ци.
Бай Чэньфэн хотел забрать всё сразу, но я остановил его.
– Не трогай флакон с синей печатью.
Он нахмурился.
– Почему?
– На нём метка учёта. Видишь тонкую линию под горлышком? Если открыть или унести далеко, кто‑то узнает.
Тай Юньшэн посмотрел внимательнее.
– Ты уверен?
– Я алхимик. Такие печати часто ставят на дорогие реагенты, чтобы ученики «случайно» не расходовали лишнее.
Бай Чэньфэн помолчал, потом убрал руку.
– Полезно.
– Старший Брат Сун Вуконг ценит аккуратность, – сказал я.
Тай Юньшэн рассмеялся.
Даже Бай Чэньфэн усмехнулся.
Это было плохо.
Чем веселее им становилось, тем выше риск, что они увлекутся. А увлечённый подлец – существо опасное для всех, включая союзников.
– Быстрее, – сказал я. – Скоро старшие вернутся.
– Боишься? – спросил Бай Чэньфэн.
– Считаю.
– Что именно?
– Сколько костей мне сломают, если нас поймают здесь через десять вдохов.
Он презрительно фыркнул, но спорить не стал.
Мы уже собирались уходить, когда из бокового павильона вышла девушка.
Не сильная. Шестой уровень. В одеждах секты Души Зверя, с бледным лицом и маленькой белой лисой на руках. Лиса была ранена. На её боку темнела повязка, пропитанная лекарством. Видимо, девушка сидела внутри и не сразу поняла, что происходит.
Теперь поняла.
Она увидела учеников на земле, слуг у стены, раскрытую кладовую, нас троих и Ши Юэ.
Пальцы на её лисе дрогнули.
– Пожалуйста, – сказала она тихо. – Не забирайте лекарство для неё.
Я проследил за её взглядом.
Одна из коробочек с пилюлями для духовных зверей.
Та самая, которую Бай Чэньфэн уже держал в руке.
Бай Чэньфэн улыбнулся.
– Лекарство? Это теперь пожертвование Старшему Брату Сун Вуконгу.
Девушка побледнела.
– Она умрёт.
– Все когда‑нибудь умрут.
Я посмотрел на него.
Потом на лису.
Потом снова на Бай Чэньфэна.
И вот здесь пришлось принять маленькое решение.
С одной стороны, я действительно не хотел устраивать благотворительность во время грабежа. Это портит стиль, сбивает ритм и вызывает у сообщников неприятные вопросы.
С другой стороны, забирать лекарство у слабой ученицы с раненым питомцем было уже не выгодной подлостью, а дешёвым мусором.
Я не любил дешёвый мусор.
Он слишком часто обходится дороже, чем кажется.
– Оставь эту коробку, – сказал я.
Бай Чэньфэн медленно повернул голову.
– Что?
– Она с меткой.
– Я не вижу метки.
– Потому что смотришь глазами, а не головой. Положи.
В воздухе стало холоднее.
На мгновение я подумал, что сейчас мы всё‑таки подерёмся между собой.
Тай Юньшэн перевёл взгляд с меня на Бай Чэньфэна и чуть улыбнулся.
Ему было интересно, кто уступит.
Прекрасно.
Вот прямо то, что нужно посреди чужой территории.
Я не отвёл взгляда.
Бай Чэньфэн держал коробку ещё несколько вдохов. Потом бросил её девушке под ноги.
– Старший Брат Сун Вуконг сегодня милостив, – сказал он.
Девушка тут же опустилась на колени, прижимая коробку к груди.
– Благодарю Старшего Брата Сун Вуконга.
На удивление искренняя благодарность.
– Передай всем. Особенно сильным ученикам.
Она подняла глаза.
– Что передать?
Я улыбнулся.
– Что Старший Брат Сун Вуконг ждёт их благодарности.
Тай Юньшэн не выдержал и тихо рассмеялся.
Даже несколько избитых учеников подняли головы, не понимая, что страшнее: само ограбление или то, насколько уверенно мы несли эту ахинею.
Именно это мне и было нужно.
Слишком нелепое иногда запоминается лучше правды.
Мы покинули нижний корпус тем же путём, которым пришли. Не бегом. Бегут виноватые. Мы шли спокойно, как люди, которые выполнили поручение старшего брата и теперь возвращаются с отчётом.
За спиной остались стоны, ругань, тихий плач слуг и имя, которое уже начало жить своей отдельной, совершенно чужой мне жизнью.