Путь к бессмертию. Дилогия (СИ), стр. 38
Я медленно выдохнул.
— Ну что ж, — сказал я в тишину. — Похоже, меня только что очень сурово спасли.
Ши Юэ, который осторожно выполз из-за камня и, видимо, всё это время предпочитал не отсвечивать рядом со старейшиной, дрогнул всем телом.
— Да, — сказал я ему. — Нам с тобой теперь надолго будет чем заняться.
Я ещё раз посмотрел на склон, где недавно шёл бой.
Потом развернулся и пошёл обратно в пещеру.
На этот раз — уже без желания куда-то рваться.
Я давно хотел времени. Теперь у меня его будет достаточно.
И если за эти годы я не стану сильнее настолько, чтобы однажды сам выбирать, кого бояться, а кого нет, — тогда все мои страдания, все кражи, все печати, все трупы и все старания действительно не стоили ничего.
Но я не собирался допускать такой роскоши.
Я сжал в ладони ключ, вошёл в пещеру и уже у самого порога почувствовал, как внутри медленно, очень ровно поднимается знакомое упрямство.
Хорошо.
Пусть будет затвор на протяжении пяти лет.
Я использую их все — до последнего дня и до последнего вдоха. До последней капли Ци, которую смогу выцарапать у этого мира.
Потому что если уж меня заперли культивировать — то, честно говоря, это лучшее наказание, которое я когда-либо получал.
Глава 15
Прошёл год.
Ровно год с тех пор, как Му Цинлань очень сурово «наказала» меня сидеть в её саду и культивировать, пока я не поумнею, не стану сильнее или не перестану быть удобной мишенью для всяких чужих обид.
Если уж быть до конца честным, за этот год я действительно поумнел.
Немного.
Зато стал сильнее куда заметнее.
Пятый уровень «Концентрации Ци».
Когда я впервые ясно почувствовал, что узел Ци внутри меня окончательно перестроился, а меридианы наполнились новой плотностью и силой, я несколько вдохов просто сидел с закрытыми глазами и пытался не ухмыляться, как последний дурак.
Потому что результат был действительно потрясающим.
Особенно для меня.
Каждый следующий уровень давался сложнее предыдущего. Не в красивом смысле «путь становится круче, а сердце воина — крепче». Нет. В очень конкретном, неприятном и местами унизительном смысле: Ци требовалось больше, контроль — тоньше, тело уставало сильнее, а любое промедление сразу отбрасывало назад.
В секте было полно учеников, которые и за десять лет не поднимались выше пятого уровня.
И я не собирался над ними смеяться.
Во-первых, это было бы слишком рано. Жизнь любит тех, кто слишком уверенно смеётся над чужими пределами, а потом внезапно знакомит их со своими.
Во-вторых, я прекрасно понимал, в чём там обычно проблема.
Не в таланте даже.
Точнее, не только в таланте.
Многие слуги и даже внешние Ученики, добравшись до первых уровней, начинали расслабляться. Для обычных людей даже первый или второй уровень уже выглядел почти непобедимым. На четвёртом-пятом ты сильнее смертного настолько, что в пору считаться сверхчеловек. Ты быстрее. Крепче. У тебя есть техники. Можешь прихлопнуть обычного человека любой отмашкой.
Для большинства этого хватало.
Для большинства сама возможность перестать быть обычным человеком уже была наградой.
А мне — нет.
И хотя сила меня интересовала. Но в первую очередь я желал бессмертия. Если для этого нужно было сидеть на горе, медитировать до тошноты, выращивать траву, варить пилюли, тренироваться до боли в меридианах и по кусочкам выцарапывать у мира бессмертных всё, что он не хочет отдавать добровольно, — значит, я именно это и буду делать.
Поэтому за этот год я и рос так, как многие в секте расти не могли или не хотели.
Я не отвлекался. Не гулял без дела. Не тратил дни на бессмысленные споры, мелкое самолюбование и драки ради репутации.
Репутация, если подумать, вообще довольно бесполезная штука. Особенно если тебя однажды убьют, а она останется висеть над пустой могилой еще пару дней, после чего о тебе все забудут.
Может быть в будущем мое мнение на этот счет изменится. Но пока я предпочитал вещи понадежнее.
Уровни.
Техники.
Камни Духа.
Пилюли.
Ресурсы.
Запасной план.
И ещё один запасной план на случай, если первый запасной план оказался слишком оптимистичным.
К слову о полезных изменениях.
Формально покидать территорию сада я всё ещё не мог.
То самое «наказание» Му Цинлань никто не отменял. Формация вокруг внешнего сада исправно ограничивала вход и выход, а ключ, который она мне оставила, был скорее её молчаливым разрешением не сдохнуть от собственной изоляции, чем пропуском на веселую жизнь.
Но с четвёртым уровнем возникла проблема.
А именно — если Слуга достигает четвёртого уровня «Концентрации Ци», его должны перевести во внешние Ученики. Не по доброте душевной, а по правилам секты.
И вот тут в дело снова вмешалась Лань Сюэ.
В другой жизни я бы, наверное, даже не поверил, что такая женщина может однажды оказаться на моей стороне. Но жизнь, как и всегда, имела дурную привычку смешивать полезное с опасным.
Лань Сюэ сама пришла ко мне после того, как ощутила мой прорыв.
В тот день я, как обычно, сидел у входа в пещеру и пытался привести дыхание в порядок, потому что новый уровень — это, конечно, прекрасно, но после него тело некоторое время чувствует себя так, будто тебя хорошенько встряхнули изнутри и забыли спросить, был ли ты вообще за.
Она появилась бесшумно.
Просто в какой-то момент я поднял голову — и вот она уже стоит у края террасы, вся такая холодная, спокойная и до оскорбительного красивая.
— Ты прорвался, — констатировала она.
Я едва не ответил что-нибудь вроде: «Нет, старшая, просто сижу тут и сияю от природного обаяния».
Но сдержался.
— Да.
Она кивнула.
— Я сообщу мастеру.
И уже собралась уходить, когда я всё-таки не удержался:
— Старшая Лань… — позвал я.
Она посмотрела на меня.
— Спасибо.
Несколько вдохов Лань Сюэ просто стояла молча, будто пыталась решить, не ослышалась ли.
Потом спокойно ответила:
— Не за что. Это результат твоих стараний.
И ушла.
А через три дня мне принесли всё положенное внешнему ученику.
Серебристо-белый комплект одежды поприличнее прежнего серого мешка. Новую ученическую табличку. И, что особенно приятно, пространственный мешочек, выданный официально.
Вот это мне нравилось особенно. Не потому, что мешочек сам по себе был чем-то невероятным — после того как у меня уже имелся один, особого священного трепета я не испытывал. Но теперь мне больше не нужно было делать вид, будто я последний нищий на пике Весенних Трав и всё своё имущество ношу в рукаве, душе и паре подозрительных складок на одежде.
Старый мешочек я теперь тоже мог не прятать слишком уж нервно. Формально никто уже не удивился бы, что у внешнего Ученика есть пространственный артефакт. Конечно, наличие сразу нескольких лучше было всё-таки не выпячивать. Но само по себе это уже перестало выглядеть как прямое признание в чьей-то внезапной и насильственной кончине.
Кроме того, вместе с новым статусом я получил следующий трактат и право выбрать две техники из куда более богатого набора, чем тот жалкий выбор, который когда-то предлагали Слуге.
Вот тут, по идее, следовало бы прийти в бурный восторг.
Секта открывает перед тобой двери.
Но вместо восторга я довольно быстро пришёл к выводу, что большинство учеников сами себе злейшие враги.
Потому что очень легко превратиться в идиота, который знает сто слабых техник и не владеет ни одной толком.
Красиво звучит — Хуй Ло тысячи техник. Но это плохо работает.
Я уже давно понял простую вещь: мне не нужно много мусора. Мне нужно немного действительно полезного. И ещё лучше — такого, что можно соединять между собой, усиливая одно через другое.
Например, я взял принципы Града Душ и не стал делать из этого отдельную блестящую игрушку, которая будет жрать Ци ведрами и красиво умирать у меня в руке после третьего залпа. Вместо этого я начал разбирать саму механику техники.