Искатель (СИ), стр. 26

Ладно, что есть, то есть. Тем более, что недавно появился хоть какой-то просвет…

— Что, надеешься, что всё само собой образуется? — прочитав её мысли, спросила Агнесса. — И твоего хозяина случайно прикончит какой-нибудь герой-человек?

Рури промолчала. Она и сама понимала, что подобные мысли губительны. Слепо верить в удачу и ничего не предпринимать — в её случае это путь, ведущий к смерти. Но слухи о том, что погонщики понесли серьёзные потери при набегах на мир людей, действительно расползались среди героев. Новый участник Потока, многочисленный и при этом с наивысшим глобальным статусом среди всех молодых рас по-настоящему встряхнул привычный ход вещей. Такого не помнил даже Парамон — старейший из всех героев, которых Рури знала. Всего шага человеческой цивилизации не хватило, чтобы преодолеть барьер и оказаться в другой лиге. Но теперь-то уже хозяева Потока их не отпустят. Вцепятся в них со всей своей жадностью, чтобы выжать как можно больше. Погонщики тоже не останутся в стороне. Они понимают, что трон под ними зашатался, и, если упустить время, то расклад сил среди молодых рас необратимо изменится. Тогда три сотни циклов их гегемонии закончится неминуемым закатом.

Откуда она это знала? Хороший вопрос. По неизвестной причине Парамон, один из сильнейших героев изменённых и глас самого Альтазара, когда-то снизошёл до общения с новообращённым героем-суккубом. Несколько раз он посещал её лично. Говорил с ней, делился информацией, доступной лишь высшим изменённым, стоящим во главе его воинства. И это не осталось незамеченным среди её сородичей. Кто-то тут же предположил, что в Рури течёт кровь самого Парамона, и именно поэтому столько внимания к молодому и неопытному суккубу. Другие считали, что глас Альтазара лично готовит себе новую наложницу. Были даже те, кто предполагал, что Парамон лишь выполняет волю хранителя. Правды не знала даже она.

Зато стоило ей пол цикла назад заполучить рабское клеймо, как он тут же отвернулся от неё. А ведь мог бы его снять, будь у него такое желание. Плата велика, но уж у Парамона хватило бы сил и ресурсов. Значит, не так уж она и важна, чтобы ради неё нести убытки и рисковать своей репутацией.

Зато как обрадовались все злопыхатели и завистники. Выстроились в очередь, чтобы кинуть свой комок грязи. И с нетерпением ждут, когда же она сдохнет по прихоти своего нового хозяина. Не дождутся!

— Дальше идём молча, — скомандовал Зул, и Рури была ему за это благодарна.

По силе он был равен Бальяру. Оба они вплотную подошли к своему первому порогу. И теперь искали возможность для прорыва. Но в отличии от своего конкурента времени на это Зул потратил вдвое меньше. Всего три цикла.

Если бы не эта чёртова стигма, забирающая половину заработанных очков, она и сама бы сейчас штурмовала первый предел, а не боролась бы за выживание. И уж тем более не терпела бы презрительные взгляды Агнессы.

— Слышала, что тебе удалось подцепить на крючок интересного избранника, — игнорируя приказ, прошептала та ей на ухо. — Не хочешь поменяться?

И вновь Рури предпочла промолчать. Откуда этой бестии известно про человека? И чего она добивается этим разговором?

— Ну же, не стесняйся, — продолжила тихо говорить Агнесса. — Я тебя не осуждаю. Ни один из воинов Альтазара не захочет быть партнёром рабыни. Так что твоё стремление заполучить себе хоть кого-то — понятно и оправданно. Открою тебе маленькую тайну. У меня у самой хорошая коллекция. Есть из чего выбрать. И я готова с тобой обменяться.

О том, что некоторые высшие суккубы имеют до полудюжины избранников, Рури, конечно, знала. Но чаще всего, это были другие изменённые. Установление связи с представителями иных рас не приветствовалось, да и не несло особой выгоды. Но Агнесса, видимо, была из тех, кто всё же практиковал подобное, так как начала перечисление.

— Кто бы тебя порадовал больше? Может, стройный и легковесный эльф? Или орк с огромными причиндалами. — Суккуб и вовсе перешла на заговорщицкий шёпот. — Скажу по секрету, у него даже побольше, чем у Зула будет. Или тебе нравятся похотливые и ненасытные гоблины? Так я тебе готова сразу пару отдать. Скрасят твою одинокую ночь.

Да когда же она заткнётся? И почему Зул её не одёрнет?

— Ну или, если хочешь, я помогу тебе заполучить кого-то из этих двоих. Не правда ли, хорошая сделка? Что скажешь?

— Скажу, что ты слишком много болтаешь. Мы пришли.

Тоннели Изрытой горы наконец привели их на место — к железным вратам, вмурованным в толщу самого камня. Мощные и нерушимые, установленные здесь, чтобы отгородиться от страхов и ужасов внешнего мира. Дварфы после своего исхода закопались глубоко под землю, но и там их периодически пытались достать, чтобы закончить начатое. Наглядный пример того, что ждёт проигравших в этой игре.

— Внешние врата, — сообщил всем Зул, оглядывая массивные ставни. — Эту часть города подземыши уже потеряли, отступив за следующий круг обороны. Но могут оставаться подготовленные ими ловушки.

— А ещё вся та дрянь, из-за которой они были вынуждены бежать отсюда, — добавила Рури.

— Не переживай, малышка, — вновь влезла Агнесса. — Всё, что не имеет мозгов, на куски порубят наши храбрые воины. А то, что их не лишено, я беру на себя. Просто наслаждайся прогулкой.

Вот же наглая тварь! В который раз намекает ей на то, что она всего-навсего балласт, который они таскают с собой. И нужна лишь для того, чтобы уравновесить средний уровень группы и не получить штраф. И очков ей за такое не положено.

Не говоря уже о том, что эта её бравада была лишь отчасти правдой. Не они ли буквально недавно прятались от проползающего мимо выедателя камня? Как бы не бахвалилась Агнесса, некоторые твари этой треклятой горы им были попросту не по зубам.

— Идёмте, — всё так же отстранённо позвал Зул, первым протискиваясь в щель между полуоткрытыми створками.

И остальные последовали за ним.

Какое-то время они двигались по пустынным коридорам, изредка останавливаясь, чтобы проверить или обойти ловушки. Трижды Бальяр и Зул прорубали им дорогу через вечно голодных многоножек, но никого по-настоящему опасного в этой части пещер они так и не встретили.

Но в чём суккуб точно не обманула, так это в том, что она ведала путь. Откуда и как ей достались такие знания, Рури не знала. А ещё она всё меньше понимала какова её собственная роль в этом задании. Толку от неё было немного. А лежавшая на поверхности причина всё меньше казалось единственно верной.

Наконец, череда бесконечных тоннелей привела их к очередным вратам. На этот раз закрытым и запечатанным.

— Это здесь, — сообщила Агнесса.

— Но как мы попадём внутрь? — не удержалась от вопроса Рури. Преграда выглядела незыблемо, и никаких способов её обойти она не видела.

— Всё просто, — улыбнулась суккуб. — У нас есть ключ.

— И где же он?

— Да вот же, стоит прямо передо мной.

Так ничего и не понимая, Рури сделала шаг назад, пытаясь держаться подальше от улыбающегося ей суккуба. Однако, на её миниатюрные плечи легли массивные ладони Бальяра. А когда она попыталась вырваться, они стиснули её так, что чуть кости не сломали.

— Не дёргайся, — посоветовала Агнесса. — Я могла бы затуманить тебе мозги и сломать волю, но так будет неинтересно. Да и очки мне ещё пригодятся.

— Прекрати! Парамон этого так не оставит.

— Это блеф. Разве ты забыла, что я умею читать мысли? Я вижу тебя насквозь. Твой страх, твоё отчаянье, твою злость. Для ритуала эти эмоции бесполезны. Но зато они насытят меня удовольствием.

— Ритуала? Ты сошла сума! Альтазар запретил жертвоприношения его последователей! Вас постигнет его кара!

— Среди последователей Альтазара нет и не может быть места рабам. Ты потеряла его стигму. Так что хранитель примет нашу жертву и явит свою силу. А когда мы наконец заполучим то, что ищем, он одарит нас со всей своей щедростью.

Разговорами тут явно себе не поможешь, и Рури, активировав проворство, ещё раз попробовала извернуться из этой чудовищной хватки Бальяра. И на этот раз у неё получилось. Призванный кинжал со скоростью жалящей осы метнулся к горлу Агнессы… Но удар был заблокирован Зулом. А следом она едва не лишилась руки, когда меч рогатого героя вспорол воздух перед ней.