Оживитель Гробницы (СИ), стр. 26

— Ты обращаешься ко мне на «вы», — заметил я.

— Вполне оправданно, если вы — ученик некроманта и возлюбленный госпожи, — тряхнула головой Олла. — Если бы мы оставались в нашем родном мире, я бы звала вас «ты», потому что там слишком много людей знали, как мы общались прежде. Но здесь — другое дело.

Я почувствовал, что внутренне зверею.

— А почему бы не звать меня на «ты» сейчас?

— Потому что так я рискую обнаглеть.

— Что? Что ты вообще имеешь в виду?

— Простите… ой, нет! — Олла цыкнула языком. — Да-да, вы просили не извиняться, я помню. Эрик… если хотите, я вам расскажу. Но это не очень приятный рассказ.

— Я же сам спросил. Значит, хочу услышать.

И Олла заговорила.

У меня волосы бы дыбом встали, если бы я не прожил уже в Империи больше десяти лет и не представлял уже, как тут все устроено. В общем, ничего особенного, на самом-то деле. Олла просто поведала мне про мальчика-соседа, который был со своим хозяином на «ты», и потом его забили на конюшне. Про служанку, которая всю жизнь верой и правдой служила одной аристократической семье, а потом на старости лет начала выпивать, покрикивать на других слуг — и в результате они ее подставили, обвинили в краже, и хозяева выкинули ее на улицу, где она и умерла. Про управляющего соседним трактиром, который верой и правдой служил владельцу из числа нетитулованных аристо, общаясь с ним запросто, накоротке — и как-то так же запросто возразил высокопоставленному клиенту, Воздушному магу, а тот взял и заколол его.

(Особый смак этой истории придавало то, что я лично знал этого гребаного Воздушного мага — то был Харт, глава Воздушников Ошибки!)

— Это лишь самые яркие случаи, было множество других, мелких, — тихо продолжала Олла. — И менее явные. Просто… когда человек забывает свое место, пытается прыгнуть выше головы… Он становится несчастен, теряет все. Вредит своей семье, вредит тем, кто его любит… Я не хочу сделать госпоже больно, не хочу для себя плохой судьбы. Я хочу прожить долгую жизнь и спокойно встретить старость, может быть, взять на воспитание кого-нибудь… — она вздохнула. — Или если госпожа… — она искоса взглянула на меня, но недоговорила.

Я хотел сказать, что не позволю никому из своих состариться, но не стал — я уже говорил что-то подобное, и если Олла тогда сочла это хвастовством, то и сейчас не поверит.

— Хорошо, — сказал я. — Допустим. Спасибо, что объяснила, теперь мне правда понятнее. Только… Олла, у меня ощущение, что тебе последнее время…. не очень хорошо. Тебе плохо в этом мире? Жалеешь, что ушла с нами, не осталась на Ошибке?

— Что? — Олла пораженно посмотрела на меня. — Нет! Я жалею только, что я мало могу сделать для вас и госпожи!

— Ты делаешь очень много!

— Да я почти бесполезна! Раньше я действительно делала для госпожи все — а теперь бытом занимаются слуги и магистр Бьер, он все организовывает, что раньше я… Госпожа подружилась с мэтрессой Бьер и с Ройгой, и это замечательно, и у нее есть вы… И я… не то чтобы не нужна, я вижу, что госпожа меня по-прежнему любит. Но мне, видимо, пришла пора отойти в тень, — Олла грустно улыбнулась. — Только поэтому я последнее время, может быть, веду себя тише, чем обычно. Вот и все. Я очень рада за нее.

Ага, вот в последнем я не сомневаюсь.

— А тебе не приходило в голову, что будь у тебя статус повыше, ты могла бы тоже быть Тее подругой, а не доверенной служанкой? — ровно спросил я.

— Как это возможно? — удивилась Олла.

— Например, если бы у тебя было очень много денег… кстати, насколько я понял, ты ведь и так не бедствуешь?

— Разумеется. Но даже будь я казначеем торгового треста, а не пайщиком в нем, я и то не могла бы сравниться с госпожой или даже обычным титулованным дворянином!

— А если бы у тебя самой был дворянский титул?

Олла нахмурилась.

— Ну, тогда, допустим… но откуда у меня возьмется титул?

— Если тебя удочерит дворянская семья? — предположил я кое-что из земной истории.

Олла усмехнулась.

— Такое только с детьми может быть, и то вряд ли! Бывает, детей-простолюдинов берут на воспитание, по разным причинам, но их в лучшем случае потом как-то пристраивают на теплое местечко, но дворянское достоинство не дают. Не говоря уже о титулах, это для мальчиков.

— А замуж?

Олла качнула головой.

— Я не пойду замуж за аристократа.

— Даже если по любви?

— Очень сомневаюсь, что какой-то аристократ в меня влюбится! Даже будь я юной красоткой, и то вряд ли! А уж чтобы я в него влюбилась в ответ… даже и не знаю, кем он должен быть. И потом, такой брак почти наверняка создаст кучу проблем для госпожи или помешает мне следовать за ней… нет.

— А если просто тебя кто-то пожалует титулом? Какой-нибудь король или герцог?

Олла усмехнулась.

— Эрик, вот теперь я точно чувствую, что вы не из Империи! С чего бы?

— Ты забываешь, что я маг Огня, — сказал я. — Более того, идеальный маг. Олла… если это так тебе нужно, я достану титул. До императора дойду, если иначе никак. Если все пойдет хотя бы приблизительно по моему плану… он мне точно не откажет! Тем более, для него это сущий пустяк.

Олла пораженно уставилась на меня.

— Да-да, — кивнул я. — Будешь какой-нибудь кавалер-дамой… Не знаю, как здесь это именуется. Этого достаточно? Сможешь тогда не бояться, как ты говоришь, «перейти черту»?

— Я… никогда не думала об этом… — потрясенно пробормотала Олла.

— Ну так подумай, — пожал я плечами.

На душе у меня впервые за последние две недели было легко.

Не то чтобы я был совершенно доволен этим разговором — но, по крайней мере, ситуация наконец-то прояснилась. А значит, можно с ней дальше работать.

Мы добрались к порталу очень удачно: как раз тогда, когда сегодняшнее плановое открытие уже отработало, очередное мегаумертвие уже транспортировали и партию заключенных успели провести на Гробницу через грузовой портал — не хотелось смотреть на каторжников. Карсен, видно, тоже уже отбыл: импровизированную временную арку портала разбирали работники канцелярии во дворе.

— Так, — сказал я. — Мне надо в Канцелярии выплаты по нашему патенту получить, — я помахал в воздухе конвертом с уведомлением, который мы на днях получили по почте. — Давай с этого и начнем, а потом уж зайдем на склад. Чтобы со свертками не таскаться.

— Хотите, я сама все на складе сделаю? — спросила Олла с неожиданной улыбкой. Давно она вот так запросто мне не улыбалась! — Нам ведь только получить ингредиенты по квитанции. Не думаю, что мне будут чинить препятствия.

— Да я проверить сразу хотел… — начал я.

Но тут же сообразил: ну и толку, что я проверю? Все уже оплачено, обратно в портал не запихнешь. Если прислали сено и труху вместо нормальных травок, придется накатать жалобу и смириться с тем, что деньги за заказ попросту потеряны. То есть Канцелярия, потом, возможно, внесет этого продавца в черный список — а может, и не внесет. Как повезет. Проверять все на складе же — бессмысленно.

А вот некоторое оживление Оллы и ее улыбку, которую я уже начал забывать, стоит поощрить! Блин, ведь раньше же она постоянно улыбалась, даже когда в бинты была замотана с ног до головы. Тяжелая болезнь ее не сломила, а вот проклятое чувство недооцененности, глядишь ты, справилось! Ну что ж, хорошо, что наш разговор, кажется, ей тоже помог.

— А хотя ладно, потом посмотрю, — кивнул я. — Спасибо.

— Не за что! — она махнула мне рукой и легкой походкой направилась к складскому помещению — большому, каменному, с узкими окошками, не для света, а, скорее, для ощущения, что окна в принципе есть.

Я же отправился в здание канцелярии. Пришлось уточнять у служителей, куда подойти, но в итоге деньги мне отдали без проволочек — и за меня, и за Элсина, потому что он заранее написал на меня доверенность и заверил ее в магистрате. Однако! Между прочим, вполне приятная сумма в серебряных монетах. Все-таки некромантский Цех хорошо следит за тем, чтобы его членов не обижали. Правда, это только часть того, что нам причитается — пятнадцать процентов сразу уходит Ковену некромантов в том мире, где использовалось изобретение по патенту.