Шериф, стр. 6

Всё, что она рассказывает, новость для меня. С ранчо я в основном выбирался в Рашвилл. Изредка, один-два раза в месяц. Выпивка лучше, девчонки краше, да и город не выглядит такой помойной дырой.

В удивлении от её такого эмоционального выпада я щурюсь.

– Что тебе сделал Уайтклэй?

Накомис лишь дёргает плечом и продолжает:

– Поэтому здесь нет общепринятого центра власти и его представителя. За такого мог бы сойти местный шериф, но ты слышал Падре, бравые полицейские свалили первыми. Вчера среди выживших я заметила Ларри Абрамса. Это владелец единственного местного супермаркета и пивнушки. Не могу сказать, что его прямо уважают, но знают все.

– Ну что ж, пойдём разбудим Ларри. Если мы не спим, пускай и он начинает вкалывать.

– Погоди, я хочу в Магазин заскочить.

– Хм, да, хорошая идея.

– А, чёрт, – топает полицейская. – Я же вчера ходила. Ещё сутки до отката. Слушай, а ты не можешь купить для меня, а я тебе… – она задумывается. – А как-то аркану можно передать? Не знаешь?

– Понятия не имею, но я знаю, у кого можно спросить.

Ваалиса мы находим на границе города за постройкой крепостной стены. Иначе и не скажешь. Под его приглядом бойцы развёртывают что-то вроде мобильных защитных укреплений. Металлические пластины примерно по грудь человеку ставятся наземь, после чего сами собой ввинчиваются в грунт и раздвигаются секциями в сторону. Ещё и соединяются с соседними такими же пластинами.

Видны основательный подход и подготовка. Пульсары не с кондачка решили заскочить к нам на огонёк. Они готовились, возможно, долго.

Рядом с Осьминожкой ошивается и вчерашняя ледяная королева Драгана. Хмуро зыркает на меня и ведёт взглядом дальше.

– И тебе доброе утро, Эльза, – широко улыбаюсь я, держа недалеко от лица переводчик.

Нако сдавленно хихикает. Мечница подозрительно щурится, словно пытаясь понять, какую-такую гадость я ей сказал. Наконец, выдаёт несколько отрывистых звуков. Язык звучит так, будто немецкий совокупился с голландским. Речь гортанная и очень грубая.

– Не моё имя.

– Так ты не представилась, – простодушно хлопаю я глазами.

– Ни к чему. У тебя Оценка, – выдаёт она.

Хмм, как она это определила? Или знает, что Ваалис мне её отправил?

– И всё же у нас принято называть своё имя при первой встрече, – отпускает шпильку Накомис.

– У вас, – смотря вдаль, парирует Драгана. – На Ба́йфии, например, принято плевать в лицо собеседнику, как знак уважения. Меня не интересуют обычаи отсталых миров.

Я картинно хватаюсь за сердце.

– Боже, не говори так про Землю-матушку!..

Остроухая искоса пробегается по мне взглядом и бросает единственное слово:

– Скоморох.

Мы с Накомис недоумённо смотрим на устройство-переводчик.

– Кажется, тебя назвали клоуном, – выдаёт заключение полицейская.

К этому моменту Ваалис заканчивает говорить с одним из техников и подходит к нам.

– Что ты хотел? – нейтрально спрашивает он.

Впрочем, нейтральность – это его второе имя.

– Можно ли передавать очищенную аркану от одного человека к другому? Если да, как?

– Удивлён, что ты до сих пор не знаешь.

– Такие уж мы тут на «отсталой» планете, – бросаю ехидный взгляд на Драгану.

– Можно. Возьми свой проводник и коснись им чужого. Сопряжение предложит выбрать, сколько ты хочешь перечислить. Пять процентов от суммы оно заберёт себе.

– Стоп, что такое проводник?

Предводитель Пульсаров легонько встряхивает головой, мол, неучи, и запускает руку себе под нагрудник, после чего достаёт оттуда знакомый металлический диск.

– Его, что, можно снять?! – шумно поражается Накомис

– Для совершения обмена, – кивает Ваалис.

– А если… – начинаю я.

– Если проводник не вернуть на место, ты не сможешь собирать аркану с поверженных врагов.

– Понял. Спасибо за информацию.

Осьминожка теряет интерес к разговору и собирается уйти, но я окликаю его.

– У вас есть какой-то транспорт?

– Ты с какой целью интересуешься? – оборачивается он.

– О, вы-таки из Одессы?

Не дожидаясь очередной удивлённой реакции, говорю:

– Нам нужно съездить в соседний город. Там есть выжившие. Они могут усилить наш форпост.

Накомис согласно кивает.

– Насколько сильны те выжившие? – уточняет пришелец. – Есть ли среди них серебряные или хотя бы бронзовые классы?

– Один серебряный и два бронзовых, – подумав, отвечает полицейская.

– Я дам транспорт, и ты будешь мне должен, но не забывай наш уговор, Егерь. Мы здесь не для того, чтобы решать ваши проблемы. Не стоит к этому привыкать.

Подавляю волну злости и лишь киваю.

– Ты уже назначил заместителя через меню? – спрашивает он.

– Ещё нет.

– Тебе стоит подумать об этом, – и, не давая мне что-то ответить, Ваалис командует Драгане, – позови Брано́и.

Остроухая кивает и исчезает стремительной тенью.

– А если бы там не имелось редких классов? Ты сказал бы оставить их в беде? – начинает заводиться Накомис.

– Нет, это ваш выбор, что делать с вашими согражданами. Однако я не обязан предоставлять ресурсы для их спасения, – безразлично бросает Ваалис.

Пока они вяло переругиваются, я изучаю новое меню – Управление форпостом. Оно не блещет обширным выбором и позволяет мне поставить готовые здания Сопряжения. Все сплошь типовые постройки с возможностью модификации за отдельную плату, которые можно соединять, как элементы конструктора.

Строительство – это дорогое удовольствие. Простейшее одноэтажное здание, в котором с комфортом разместятся двое, стоит 15 000 единиц арканы. Есть отдельные постройки, которые генерируют воду, отопление и некий аналог электричества для всех ближайших зданий. В общем, в этом всём надо полноценно разбираться.

Кроме строительства, я могу установить Стелу. Исходя из описания – это что-то вроде физического интерфейса от Сопряжения с ограниченным функционалом. Коснувшись Стелы, любой желающий за символическую плату может сменить класс, но с одним непреклонным условием: ты всегда теряешь в редкости. Золотой может выбрать среди доступных ему серебряных, серебряный среди бронзовых и так далее. Про «доступность» сказано очень мало, и я трактую её как некий список требований или условий, которым отвечает человек и за которые ему открывается тот или иной класс.

Зачем вообще нужна смена класса, если ты непременно получишь вариант похуже? Для тех, кто чётко понимает, что не хочет рисковать жизнью в боях с тварями. Все эти бойцы и стрелки железного ранга могут приобрести ремесленный или иной небоевой класс. Кому-то же надо мести дороги и крутить гайки.

Интересно, какие там у них способности в Талантах? Плюс 50% к эффективности метлы? Намётанный глаз – возможность определить протечки в трубах в пределах 10-и метров?

Вторая функция Стелы – доступ в Магазин для железных классов. Они в отличие от золотых, серебряных и бронзовых не умеют открывать Магазин вне форпоста и без помощи Стелы. За такую же символическую плату можно создать портал для одного человека в царство Такирама и бесконечных товаров.

Мысленно прикидываю, куда воткнуть Стелу, когда Накомис щёлкает перед моим лицом пальцами. Непонимающе перевожу на неё взгляд и замечаю новое действующее лицо [5].

Рядом с Ваалисом стоит плечистый молодец с кожей цвета гранита. Его можно было бы принять за человека, если бы не кристаллические наросты, что заменяют ему волосы. Они шипами растут у него на макушке, подбородке и вместо традиционных бровей. Одет в крепкую броню золотистого оттенка с нагрудником, наплечниками, наручами и высокими сапогами. Из оружия – меч у пояса и винтовка на спине.

Брано́и «Счастливчик» Шенгерфа́рд

Класс: Вольтижёр