"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 459
На дороге, завывая сиреной, появилась карета скорой помощи. Пастор вслед за другими уступил ей дорогу.
– Хирург, который ради экстренных больных поселяется в комнатушке поблизости от больницы и спит меньше четырех часов в сутки… супруги-терапевты, отказавшиеся от комфортной старости и отправившиеся в Кению оказывать реальную помощь… или судмедэксперты, которые и сегодня, буквально зарывшись носом в труп, всеми силами пытаются определить причину смерти.
Пропустив карету скорой помощи, пастор договорил:
– Вот еще и психиатры встречаются такие, что врываются в полицию в отчаянной попытке уберечь пациента…
Ли Сэрок безмолвно смотрела на пастора.
– Я сомневаюсь, что вам приказали участвовать в расследовании. Скорее всего, даже отговаривали, убеждая, что это не ваша вина.
Опустив голову, Ли Сэрок прикусила губы.
– Однако вы примчались сюда по собственной инициативе. И хотя по ходу дела вы порой перегибали палку в выражениях, но лишь оттого, что пациент вам не безразличен, ведь так? – мягко улыбнулся пастор.
– Прошу прощения! – подняв голову, все так же звонко проговорила она.
– Фу ты черт, что так громко-то! – Йохан вздрогнул от неожиданности.
– Вы, верно, много работали над дикцией, – улыбнулся пастор.
– Ну да, как-никак имеешь дело с больными, нужно членораздельно доносить информацию…
Глядя в зеркало заднего вида на засмущавшуюся Ли Сэрок, пастор спросил:
– Как проходило лечение Лим Чхису?
– Как я уже говорила, очень даже неплохо. Из-за депрессии наблюдались некоторые признаки синдрома жертвы, но агрессии он не проявлял. В последнее время он даже начал участвовать в религиозной деятельности: у него всегда при себе была карманная библия. Как-то на консультации он спросил:
«Интересно, рай и вправду существует?»
«Ну… А тебе хочется, чтобы был?»
На вопрос Ли Сэрок Лим Чхису кивнул.
– Рай… Ишь чего захотел!.. – проворчал Йохан.
В воздухе повисло напряжение, и пастор заговорил о другом:
– А что было в письме, которое прислала его сестра?
– Это было очень искреннее послание, почти исповедь… я даже поразилась: как можно было так честно написать?
«Помнишь, Чхису? Ты учился в шестом классе, а я в третьем. В тот день в школе проводились ‟Веселые старты”, и я упала во время забега. Все начали смеяться, поднялся шум и гам. Я же расшибла коленку в кровь, но от стыда даже забыла о боли, только слезы бежали ручьем. И тут внезапно послышался твой голос: ‟Бора! Лим Бора!”»
Когда Бора подняла голову, перед глазами оказался ее брат Чхису. Он болел за нее с трибуны, но увидел, что она упала, выбежал на стадион и, подняв с земли, взвалил на спину.
«Я думала, ты понесешь меня в медкабинет, а ты вместо этого пустился бежать со мной на спине. В ответ послышались ликующие возгласы, с трибун восторженно зааплодировали. Я же от стыда спрятала лицо, уткнувшись в твою спину. А ты сказал мне тогда: ‟Все в порядке, Бора, я буду рядом!”»
Запыхавшись от бега, прерывающимся голосом Лим Чхису все же старался подбадривать сестру.
«А я бросила на произвол судьбы моего упавшего брата. Когда ты провалился на вступительных экзаменах, если честно, я почувствовала облегчение. Подумала, ничего страшного, если и мне не удастся поступить с первого раза… Но когда случился твой очередной провал, я забеспокоилась, что и меня постигнет та же участь. Внешне я утешала тебя, а внутри была полна эгоистических мыслей».
В день, когда Бора поступила в медицинский, семья решила отметить это событие в шикарном ресторане, оставив Чхису дома, так как он снова провалился. Бора не предложила ему пойти вместе, когда он с тоской в глазах натянуто улыбался ей вслед.
«В суде ради благополучного исхода дела нас попросили сказать, что мы не знали, до какой степени ты болен. Это ложь. Я знала о твоих душевных ранах, но не протянула тебе руку. Думала, слава богу, что хотя бы у меня получилось преодолеть финишную черту. Не прощай меня, Чхису!»
– В конце она написала, что существо, подобное ей, не имеет права становиться врачом и что в дальнейшем она хочет искупить свою вину.
– Как отреагировал на письмо Лим Чхису? – спросил Йохан.
– …Смял и выбросил. И ответа не написал.
– Приехали. Это здесь.
Пастор завернул в переулок. Перед зданием был указатель «Академия ”ВАМ“».
– У них нет своего здания, арендуют на время занятий. Я тоже в свое время здесь учился. Надо же, все по-старому! – проговорил пастор, паркуясь.
Видимо, и сотрудники были прежние: один из лекторов, выйдя на улицу, узнал Чинсина.
– Пастор!
– Сколько лет, сколько зим! – обрадовался тот и, представив спутников, объяснил причину визита.
– Сестра Бора сейчас на лекциях. Давайте я провожу вас.
– Нет-нет. Незачем ее беспокоить, а то выйдет неловко… лучше подскажите ей, когда закончатся занятия.
Преподаватель согласно кивнул и вернулся в Академию.
– Сестра… Давно не слышал таких слов… – обронил Йохан, оглядывая здание.
– Это в том смысле, что в Господе все братья и сестры? – спросила Ли Сэрок.
– Ну да, вроде того… Но меня эти обращения коробили, даже когда я ходил в церковь… Бр-р-р…
Йохан встряхнул головой. Заметив аллергию следователя на церковную терминологию, пастор рассмеялся.
Спустя некоторое время из здания вышли две девушки, судя по тому, как они шагали под ручку, – близкие подружки.
– А вот, кажется, и она, – первой заметила их Ли Сэрок.
– Ума не приложу, отчего девушки ходят впритирочку? Парней, даже самых закадычных друзей, в таком виде даже представить невозможно, – обронил Йохан.
– А что тут такого? Братья и сестры вполне могут это себе позволить, – улыбнулся пастор, положив руку на плечо следователя.
– Эй, обойдемся без телячьих нежностей.
Йохан мгновенно стряхнул его руку.
Девушки поздоровались, приблизившись к машине. Инициативу подхватил Йохан и, показывая удостоверение, представился:
– Здравствуйте, полиция.
Спутница Боры тут же отреагировала:
– Вы по поводу преследователя?
– Преследователя? – переспросил Йохан, нахмурившись.
Вся компания вместе с Борой переместилась в ближайшее кафе. Подругу отпустили домой, так как разговор предстоял непростой. Чувствуя, что дело серьезное, она напоследок окинула Бору тревожным взглядом и попрощалась.
– Брат убил еще кого-то?!
Проведя весь день и вечер за учебой, она, видимо, была еще не в курсе последних новостей.
– Да, он подозревается в убийстве полицейского. Кроме того, после побега он отыскал вашего старшего брата Лим Чхихуна и напал на него. В настоящее время мы установили усиленное наблюдение за домом ваших родных.
Бора схватилась за голову, будто от внезапного головокружения.
– И я теперь тоже… объект наблюдения?
– Это причинит некоторые неудобства, но, судя по всему, придется на это пойти. Где вы сейчас проживаете?
– На квартире моей подруги, которую вы только что видели.
– Вы давно вместе живете?
– Да нет…
– Из-за преследователя? – уточнил пастор.
Бора кивнула, лицо ее омрачилось еще больше.
– Вы заявили в полицию? – спросила психиатр.
– Да, но там сказали, что на данный момент провести расследование не представляется возможным.
Преследователь либо звонил с телефона-автомата и надсадно дышал в трубку, либо оставлял под дверью квартиры послания с наклеенными буквами, вырезанными из журналов.
«Наши души связаны воедино. Мы действительно созданы друг для друга. Скоро ты тоже убедишься в этом».
Таково было содержание письма, которое Бора сняла на телефон.
– Как-то чересчур классикой отдает, – прокомментировал Йохан.