"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 208
Золотистое небо над тонкими трубами дворца Хэмптон-Корт окрасилось лиловым.
Сэр Генри Мерривейл сидел на перевернутой тележке в одном из немногих сохранившихся до наших дней четырехугольных дворов времен Тюдоров с красными кирпичными стенами и белыми каменными львами, стоящими на задних лапах под маленькими оконцами. Г. М. пребывал в самом что ни на есть отвратительном расположении духа, снова курил свою черную трубку и недружелюбно поглядывал на Тома.
– Ну и где вся эта честная компания? – проворчал он.
– Насколько мне известно, они все еще бродят по бесконечным картинным галереям.
– Помилуйте, сынок! – возразил великий муж. – Если верить моим часам, а также табличкам с расписанием работы, музей давно уже должен закрыться. Почему всех посетителей не выставили за двери еще несколько часов назад?
– Да, это так, но, видите ли, дядя Фред, похоже, имеет большое влияние на директора или куратора, или как там его называют? Им позволили осмотреть экспозицию не спеша, в свое удовольствие. Тем более что Дженни хотела побывать в лабиринте, а он отсюда далеко.
– Хм, лабиринт? – задумчиво повторил Г. М.
– Теперь вы меня послушайте! – громко воскликнул Том, принимая позу оратора. – Вчера вечером, пока вы не отделались от нас в начале седьмого, и сегодня, после того как полчаса назад я снова увидел вашу ужасную физиономию, вы не перестаете задавать вопросы. Но сами не отвечаете ни на один. Почему?
– Потому что я старик.
– Думаете, это убедительный ответ?
– Разумеется. Вот что, сынок. Скажите, как… Ну то есть…
Том с горечью посмотрел на него:
– Вы хотите знать, как Дженни все это восприняла? А как, по-вашему, она должны была отреагировать на маразматическое распоряжение вернуться вечером к тете Эстер? Разумеется, она расстроилась. Но даже виду не подала, что испугалась.
У старого греховодника хватило такта по крайней мере продемонстрировать смущение.
– Ну… ладно! – проворчал он. – Но поймите, у меня были свои причины. Провалиться мне на месте! – Г. М. заговорил громко и со страстью: – Люди постоянно твердят: «Какой же он старый болван! Выкиньте его на помойку!» А потом понимают, что я имел в виду, и начинают кричать: «Надо же, Генри! Достаньте его из помойки, мы сами никогда бы не догадались!» Разумеется, эти рассеянные невежи никогда не догадаются. Только… – Г. М. прервал свою тираду, чтобы затянуться черной трубкой, а потом какое-то время сидел молча со злым выражением лица. – Ну ладно, ладно! – сказал он. – Что вы делали вчера вечером?
– Мы со Стивом Леморо всю ночь дежурили у окон Дженни…
– Погодите, сынок. Девушка знает, кто такой Леморо?
– Разумеется, ей нельзя говорить, что он шпион Армана де Сенневиля. И она не должна с ним встречаться. Стоит сказать, что он и не шпион вовсе. Он не терпит насилия…
– Угу, знаю. Мы пообщались с ним сегодня днем у меня в офисе. Так что вы там говорили?
– Итак, пока остальные обедали, мы со Стивом пробрались в ее комнату и демонтировали газовый обогреватель… – Том замолчал и рассердился еще больше, увидев, как Г. М. задрожал от приступа беззвучного дьявольского смеха.
– Ой, сынок! Вы правда думаете, что убийца решит еще раз воспользоваться этим простым маленьким фокусом?
– Простой маленький фокус?
– Проще пареной репы.
Том выждал, тяжело вздохнул и спросил:
– Вы верите, что дверь в комнату была заперта изнутри и никто не смог бы взломать ее?
– Конечно.
– А что оба окна были крепко заперты изнутри и никто их также не взламывал?
– Соглашусь без возражений.
– Наконец, вы считаете, что кто-то проник в комнату и открыл газ? И не было никаких махинаций с внешним газовым счетчиком и тому подобного?
– Верно, сынок.
– Тогда как, черт побери, убийца пробрался в ту комнату?
– Этого я вам пока не скажу. Подождите! – Г. М. указал на Тома мундштуком своей трубки. – Вчера вы рвали и метали по поводу чуда с чревовещателем. А все оказалось очень просто. Это так же просто; может, еще проще, если хорошенько пораскинуть мозгами. Я хочу, чтобы вы это сделали. Но пока вам лучше подумать кое о чем, точнее, кое о ком, кого вы упускаете из виду.
– Да? И кто же это?
– Арман де Сенневиль собственной персоной. Вы испытываете к нему инстинктивную неприязнь из ревности. Но возможно, ваши инстинкты правы. Сегодня днем я собрал о нем некоторые сведения.
– И что же?
– Он серьезный человек, – угрюмо сказал Г. М., – намного серьезнее, чем вы думали. Успешный бизнесмен, первоклассный журналист, специалист по механике, а во время войны служил связистом у янки. Наконец он самолюбив как черт и любит утверждать, что всегда получает желаемое.
– Но ведь Арман де Сенневиль в Париже!
– Разве ему обязательно находиться здесь самому? – терпеливо спросил Г. М. – Теперь послушайте. Вы, Дженни и даже Стив Леморо – вы все считаете, что семейство Харпенден: дядя Фред, Марго и тетя Эстер – плетет заговор против Дженни Холден.
– Разве это не так?
– Нет! Вас сбили с толку совпадения. Только один из троих членов семьи в курсе происходящего. Ради денег, заплаченных Арманом де Сенневилем, этот человек сделает что угодно, лишь бы напугать Дженни Холден до полусмерти. Как думаете, кто из троицы в этом замешан?
Над старинным двором сгущались сумерки. Том ходил по каменной брусчатке, и его шаги призрачным эхом отдавались от стен.
Г. М. вытряхнул трубку и убрал ее в карман.
– Провалиться мне на этом месте! – взволнованно проворчал он. – Куда запропастилась эта семейка? Вы ведь должны были следить за ними, так?
– Я не смог! Тетя Эстер хорошо меня запомнила после стычки в чайном магазине! За ними следит Стив, и он при первой же возможности подаст мне знак из окна.
– Не могут же они торчать там вечно! Скоро совсем стемнеет. Я готов расстаться с ушами, лишь бы узнать, куда они отправились!
Впрочем, идти на такие жертвы Г. М. не пришлось.
Из-под арки, ведущей во второй внутренний дворик, кто-то прошептал: «Тсс!» От этого звука Г. М. вскочил с перевернутой тачки.
Стив Леморо приближался к ним с осторожностью индейца. То́му стоило большого труда убедить его надеть темный костюм и неброский галстук. Но его короткие каштановые волосы по-прежнему стояли почти что дыбом, а Г. М. страшно раздражало, когда Леморо называл его, великого мужа, папашей.
– Они вышли из дворца через заднюю дверь, – сказал Леморо. – Сейчас гуляют по уходящей влево широкой дороге между дворцом и садом. Их сопровождает самый старый экскурсовод, он глухой и практически слепой. Святые угодники, папаша, нам надо поторапливаться, а то скоро закроют внутренние ворота и запрут нас здесь!
Г. М. был оскорблен до глубины души, но ему все же пришлось подняться и пройти через арку в другой дворик, а затем через еще одну, очень длинную арку – навстречу последним лучам заходящего солнца.
У края арки они остановились. Впереди простирались бескрайние сады с прямыми, словно прочерченными по линейке, цветочными клумбами, чьи краски померкли в сумерках. Том выглянул из-под арки и увидел слева широкую песчаную дорогу, идущую вдоль древних стен дворца.
На этой дороге на расстоянии сотни ярдов от спрятавшихся в арке заговорщиков виднелись спины пятерых человек. Даже в полумраке Том сразу узнал их, как если бы они проходили мимо. Слева ковылял старичок-экскурсовод в форме. Рядом с ним бодро вышагивала тетя Эстер, между ней и хихикающей, пританцовывающей Марго шла взволнованная Дженни. Крайним справа строгой военной походкой двигался дядя Фред.
– Ладно, – прошептал Том. – Что будем делать теперь?
– У меня есть соображение, – сказал Леморо.
– Неужели? – усмехнулся Г. М.
– Да! При таком освещении они нас не узнают. Просто пойдем за ними следом, будем держаться вместе, на приличном от них расстоянии, и они подумают, что мы еще одна экскурсионная группа привилегированных туристов. Хорошо бы кто-нибудь взял на себя роль экскурсовода.