КОМСОМОЛ. Трилогия (СИ), стр. 106
– Который за рулём сидит? – уточнил я.
– Да, а вы откуда?.. – медленно спросил дойч.
– Это… некоторым образом, моих рук дело. С автобусом этим. Я, кстати, никого там не проклинал! – поспешил добавить я, не совсем понимая странное выражение лица Бауэра. – Ну, сидит себе за рулём скелет, и что? По нашим временам это вообще никого не должно удивлять. Подумаешь – скелет…
Дойч продолжал молча на меня смотреть, так что я любезно добавил:
– Кстати, если вам нужен Блитц, могу убрать всяческие останки. И ещё раз – уверяю! – я никого и ничего там не проклинал. Обычный автобус…
– Со скелетом за рулём! – нервно рассмеялся Рихард.
– Ну, подумаешь – скелет. Скажем ему – вылезет.
Бауэр, складывавший в этот момент ящик с рацией, чуть не уронил его, поэтому я поспешил сменить тему:
– Кстати, Рихард, вы в окрестностях нормально ориентируетесь?
– Я же местный, конечно!
– Отлично. Я что спросить хотел… Тут есть неподалёку небольшой хутор…
– О, да‑да! Хутор Лизелотты, прекрасно знаю, мы покупали там сыры.
– Вот и славно! – обрадовался я. – Подъедем туда, если не затруднит? Проверим кое‑что. У вас же проходимая машина?
– Без проблем. Мы же рядом. И вам не стоит переживать о проходимости, там вполне приличная дорога. Хотя машина вправду хороша, если надумаете брать. – Бауэр вполне оправился и отвлёкся от размышлений о проклятом автобусе. – О да, очень! Мне ещё ни разу не довелось её выталкивать!
Слушая рассуждения дойча о непроходимых местах и об охотах и с трудом сдерживаясь, чтоб не пуститься в рассказы о по‑настоящему непроходимых сибирских местах, я примечал, что мы всё ближе к месту, которое должно быть уже зачаровано.
Дорога и впрямь была для полноприводной машинки не проблемой. Пока мы не подъехали непосредственно к свороту на хутор.
Я знал, что он «вот тут». Я же тут был! И Бауэр знал.
А вот хутора не было!
Не успел я отследить момент начала работы заклинания, как машинка вдруг оказалась среди какой‑то поросли, еле‑еле проскреблась по кустам, колдобинам, между деревьями… и вновь выехала на нормальную дорогу.
– Не понял! – Бауэр заглушил машину, грузно вылез, три раза обошёл её кругом. – Как мы здесь очутились? Я прошу прощения, герр Аркадий, наверное, я не там свернул. Сейчас ещё раз проедем. Хотя, убей – не пойму, где я умудрился… – последнее он уже больше для себя говорил.
А я думал – да‑а‑а! Сильна магия «скрыта» у призрачного мельника!
В три приёма мы развернулись, двинули в обратную сторону… и продирание между деревьев со штурмом кустов повторились. И ещё раз…
– Ничего не понимаю! Словно кобольды кружат! – возмущался Бауэр. – Или тролли? Хотя где тут мосты… Не понимаю!
– Не нужно беспокоиться, герр Рихард. Всё в порядке. Проверка пройдена на отлично.
– Это опять вы! – сделал внезапный вывод дойч.
– Уверяю вас, в этот раз я совершенно не при чём! Осталось ещё одно небольшое дело. Вы же сейчас направляетесь в Хёрерсдорф?
– Да, так и есть.
– Тогда воспользуемся этой дорогой, нам по пути.
Мы покатили вперёд, хотя у Бауэра явно остались вопросы, и на отворот к хутору он покосился с большим подозрением. Но меня уже волновали другие вопросы:
– Ещё раз напомните мне, пожалуйста, во сколько завтра прибудет поезд в этот… накопительный лагерь для рабской силы?
– Ближе к вечеру. Если по расписанию, то со стороны Вены в семнадцать часов.
– Хорошо, я буду.
– Очень на вас надеюсь, ваше Сиятельство.
– Не начинайте без меня. И вот ещё что. Я дам вам очень… даже крайне ответственное поручение, герр Бауэр. Я передам вам то, ради чего за вашими близкими прибудет спасительный дирижабль. Первоначально распоряжаясь этими предметами, я не предполагал, что завтра мне придётся участвовать в спасательной операции. Вы заберёте их сейчас и доставите туда, где мы с вами впервые встретились. Спрячете в лесу неподалёку от тропы, по которой мы шли к машине, чтобы завтра мы могли их забрать вместе с людьми.
Он бросил на меня короткий взгляд:
– Вы почти не знаете меня и так доверяете?
– Речь идёт о жизнях ваших близких. А кроме того… Случись что, я ведь приду за вами . Остановите пожалуйста.
– Здесь? – удивился Бауэр, тормозя.
Действительно, вокруг не было ничего примечательного, за исключением того, что это было примерно то место, которое я указал кадаврам для затаивания.
– Да. Мне нужно проверить…
Не выходя из машины, я взял немного сирени и отправил по лесу поисковый импульс. Ага! Вон они!
– Эй, итальянцы! Идите сюда.
Появившиеся из леса окровавленные кадавры заставили дойча крепче вцепиться в руль.
– Ставьте сумки на обочину. Аккуратно! – Я обернулся к Бауэру и спросил: – Как вы думаете, не стоит доверять им грузить оборудование в багажник? Кадавры неуклюжи, могут повредить рацию или груз.
– Да‑да, действительно, – прошептал он побледневшими губами.
– Идите туда, – указал я кадаврам направление в лес, – пройдите два километра и умрите окончательной смертью.
Смрадные фигуры обошли машину с двух сторон и удалились.
– Займёмся оборудованием.
– А! Да‑да… – вздрогнул Бауэр. – Давайте.
Мы пыхтя загрузили объёмистые сумки. Таки для человека – тяжеловато. Особенно через высокий борт амфибии.
– До завтра, герр Бауэр. И помните. В них – жизнь вас и ваших близких. Не ударять. И категорически не вскрывать!
– Я понял. Не беспокойтесь на этот счёт! Лишь бы… – Бауэр озадаченно затоптался, тревожно вглядываясь в обе стороны дороги. – Может быть, мне стоит отправиться в объезд? Также, как мы приехали сюда?
– Не нужно. Начнут проверять, что это вы туда‑сюда ездите, заглянут в багажник. А в Хёрерсдорфе уже тихо.
– Вы слышите отсюда?
– Конечно! Здесь же едва километр. Полагаю, все выжившие сидят, запершись за тяжёлыми дверями. Впрочем, на всякий случай избегайте итальянских солдат. Особенно подозрительных.
Бауэр посмотрел в сторону удалившихся кадавров и медленно кивнул:
– Я понял.
– До завтра, герр Рихард. Дальше я сам, ножками… – принял Облик, прихватил сумку с гранатами и пошёл лесом в сторону мельницы. Уж по пути туда я заплутать не должен!
ПРИЗРАЧНАЯ ОПЕРАЦИЯ
Добрался до мельницы нормально. А в щели меж полуприкрытыми занавесками столовой свет пробивается. Чего ж они так неосторожно? Тут в округе не только я могу шастать!
Никого в радиусе километра нет.
Это я так, к примеру говорю!
А, тогда правильно! Ишь они!
Вот именно! А запахи, ты чуешь⁈
Как не чуять! Это же просто слюнями истечь можно!
Со стороны дома пахло густым мясным гуляшом. И тушёными овощами! И свежим хлебом! Это я вовремя, очень вовремя!
Предвкушение вкусного и сытного ужина привело меня в приподнятое настроение, я вбежал через длинный входной коридор в кухню, выпустил из пасти сумку с гранатами (торопливо сунул в угол) и радостно распахнул дверь столовой:
– А вот и я!
Так. Нужно отучиться пугать людей! Оно нормально, если ты человек. А когда в дверь ломится белый медведь с криками «вот он я!» – это не здоровая ситуёвина. Потому как встретила меня ледяная сосулька от отца Бенедикта. Допустим, её я отбил автоматически. А если бы нет? Неприятственно. И герр Мюллер вон занесённый было тяжёлый табурет с неловкостью за спину прячет (затея бесполезная, поскольку спина, как и всё остальное, у мельника прозрачное) – некомильфо получилось.
– Привет, честной компании! – стремясь сгладить конфуз, бодро объявил я, скинул Облик и плюхнулся на ближайший стул. – Приношу свои извинения, за то, что напугал. Просто был рад вернуться. День… вечер!.. – поправился я, – выдался суматошный, но познавательный. А какие у вас новости?
– Ну вы, ваше сиятельство, даёте… – первым разморозился Николай, замерший с ложкой у плиты. Точнее, голова его с полочки для кастрюль сказала. А тело деловито вернулось к помешиванию. – Этак людей до разрыва сердца довести можно! Ты им «Здрассьте!» – а они кирдык, и привет! Инфаркт микарда, вот такой рубец!