Лига пепла, стр. 25

Он протянул ей кружку.

— А вы — будете на меня работать. Сдается мне, еще не раз пригодится вор в обличье леди.

Вивьен перевела взгляд с расписки на герцога. Потом обратно.

— Значит, выбор между смертью, тюрьмой и рабством? Сплошь радостные перспективы.

— Рабством? — Зендар шагнул ближе. — Я щедро плачу тем, кто мне полезен. И надеюсь, вы сделаете правильный выбор — быть полезной. Тогда это, — он кивнул на бумагу, — будет вашим первым вознаграждением.

— Я смогу уйти?

— Уже хотите сбежать? — Он цыкнул. — А я думал, вы сами искали покровительства. — Просмаковав вино, он взглянул на нее: — Вы не захотите уходить.

Вивьен опрокинула кружку залпом, и тут же поймала косой взгляд Зендара — видимо, с таким вином так не поступали. Сунула расписку в плащ. Герцог, заметив это, улыбнулся.

— Уверен, вам понравится. Мои люди не знают нужды.

— Еще? — Она кивнула на пустую кружку.

— Оценили? — Он уже тянулся к шкафу за второй бутылкой. — Это помоложе. Всего триста лет.

Вивьен внимательно рассматривала его. Слишком весел. Слишком легко отпускает. С чего бы? Наверняка это обман. Наверняка ее убьют, как только она выйдет из трактира. В переулке. А может, прямо у дверей. Никто и не спросит. В Нижнем городе такое случается каждую ночь.

Зендар откупорил бутылку, глядя на вино сквозь стекло.

— Знаете, я так браво предложил вам помощь. А сам пока не знаю, как ее оказать. Надо подумать.

Вино оказалось с хитринкой. Вивьен почувствовала, как оно ударило в голову. Она даже зажмурилась на секунду.

— Можем подумать вместе, — сказала она, открывая глаза. — На воздухе, говорят, думается лучше. — Она помолчала. — Я знаю одно место. Правда… туда идти по Нижним улицам.

Зендар вскинул бровь, потом улыбнулся, прихватил бутылку и галантно указал на дверь:

— Дамы вперед.

Внизу, за столиками, трое черноволосых — Феррук и двое других — подскочили, едва увидев герцога. Направились к выходу, словно по невидимому сигналу. Зендар обернулся.

— Не нужно. — Он одернул плащ, показав рукоять кинжала.

Феррук кивнул. Втроем они развернулись и сели обратно так же слаженно, будто и не вставали. Даже стулья не скрипнули.

Они нырнули в узкую улочку. Справа подвыпивший моряк обнимал погасший фонарный столб и пел — судя по интонации, о чем-то очень печальном, хотя слов разобрать было невозможно. Слева двое мужчин месили друг друга в грязной луже. Никто не обратил на них внимания.

— Знаете, герцог, — Вивьен кивнула на его кинжал, — это может вам и не помочь. В Нижнем городе знаете какие вещи случаются?

Зендар ухмыльнулся.

— Клинок не помогает только тому, кто не умеет им пользоваться.

— А вы умелец?

Он остановился, подкинул кинжал, поймал за рукоятку и одним движением сунул обратно в ножны.

— В Идрании мальчики осваивают клинки раньше, чем вилку. — Он обернулся к ней. — Куда нам дальше?

Вивьен указала рукой направление и пошла вперед, краем глаза наблюдая за ним. Герцог не морщился. Не зажимал нос надушенным платком. Напротив — разглядывал пьяниц и торговок с таким любопытством, будто перед ним была не городская окраина, а диковинный зверинец.

— Вы здесь как дома, — заметил он, перепрыгивая лужу.

Вивьен чуть не споткнулась.

— Я? — Она заставила голос звучать легко. — Бросьте. Просто здесь недалеко лучшие отмычки — прямо по пути.

Она резко остановилась — показалось, что увидела нотки на плаще у прохожего.

— Здесь безопаснее идти дворами, — сказала она, оглядываясь. — Если, конечно, ваша светлость не боится запаха помоев.

Они остановились у старой стены, заросшей репейником.

— Придется пролезть, — она виновато кивнула на заросли.

— Признаюсь, дамы еще не пытались затащить меня в кусты, — Зендар издал короткий смешок.

— А вы только об этом и мечтаете?

— А о чем еще? Власть и золото у меня уже есть.

Не дождавшись колкости в ответ, он пожал плечами и молча полез следом. Казалось, его ничего не смущает: он только поморщился, когда ветка хлестнула по щеке, и тихонько выругался, когда плащ зацепился за колючку.

— Как неприлично, ваша светлость, — не удержалась Вивьен.

— Обижаете. Когда это я вел себя прилично?

Зендар сказал это шутливо, почти игриво. Любая другая дама обрадовалась бы, приняв это за заигрывание. Но Вивьен видела его насквозь: он — такой же кукловод, как и она, который знает, за какие ниточки тянуть.

Они вышли на край древней крепостной стены. Внизу, в темноте, тяжело дышало море, а там, вдалеке, горел Верхний город — по ночам Велархейм был похож на огромный, пылающий факел.

Обычно этот вид ее успокаивал. Она любила смотреть на волны и представлять, как ныряет с утеса в холодную воду. Наверное, так чувствуется свобода.

Сейчас, смотря на волны, она представляла, как вниз летит тело герцога. Ударяется о камни. Уносится волнами.

Она покосилась на него.

Он точно не даст ей жить. Надо его опередить.

Вивьен плюхнулась на холодный парапет, свесив ноги в пустоту. Зендар опустился рядом — ближе, чем следовало бы.

— Из всех видов столицы, — сказал он негромко, — этот занимает почетное второе место.

Нужно что-то ответить — поддержать разговор. Если он выпьет еще, может, она и не будет никого толкать. Может, он сам поскользнется. Так бывает. Камни мокрые, ветер, темнота.

— А первое? — спросила она, глядя в море.

Он отпил вина прямо из горлышка и протянул ей бутылку.

— Может, покажу однажды.

Она поймала его взгляд — изучающий, чуть насмешливый.

— Как вы узнали про это место? — поинтересовался он.

— Я бывала здесь в детстве, — вырвалось у нее. Язык сработал быстрее мозга.

Зендар, если и заметил, виду не подал, окинув ее теплым, почти заговорщицким взглядом.

— Мне в детстве дозволялись лишь прогулки по паркетам и вылизанный сад. Я мог только мечтать о такой свободе.

— Поверьте, иногда лучше сад, — усмехнулась Вивьен, глотнула вина и посмотрела на него поверх бутылки.

Нет. Нельзя обмануться. Он специально. Ждет, чтобы она расслабилась. Может, и сам уже прикидывает, как сбросить ее вниз. Надо встать. Надо толкнуть. Одно движение. Всего одно. Разве это так сложно?

Руки предательски затряслись.

Он так красив. Звездный свет падал на его лицо, подчеркивая скулы, высвечивая ровный разрез губ. Его тело, его губы, его глаза — все это распухнет в воде. Станет синим, черным, неузнаваемым. Уже одна мысль об этом была хуже любого преступления.

Она зажмурилась. Что чувствуют убийцы? Злость? Жалость? Страх? Она чувствовала только тошноту. Голова шла кругом, и камни под ней, казалось, качались.

Зендар мельком глянул на ее руки, забрал бутылку и отпил, не сводя с нее глаз.

— Не хватит сил. Вы слишком маленькая.

— О чем вы? — Она захлопала глазами, придавая лицу невинный, непонимающий вид.

— О вашем плане столкнуть меня в волны. Не хватит сил.

Руки затряслись сильнее. Как он понял? Зараза! Она попыталась вцепиться в парапет — нужна опора. Слишком скользко, гладко. Сжала кулаки. Его кинжал! Если успеть…

— Вы скорее сами свалитесь, чем достанете его из ножен, — сказал он спокойно. — Лишать людей жизни — тоже искусство. Ваши движения пока выдают все, что вы задумали. Если хотите научиться — обратитесь к Ферруку.

Вивьен молчала. Тело не слушалось. Попыталась выхватить у него из рук бутылку, но та выскользнула и полетела вниз. Она качнулась следом, но Зендар придержал ее за бедро, не давая упасть.

— Вы никогда не убивали никого, ведь так? Это заметно.

Вивьен покачала головой. Руки тряслись, дыхание сбивалось. Вдох, выдох — она зажмурилась.

— Толкайте. — Ее пробрала дрожь — волны, наверное, будут ледяными.

Зендар насмешливо смотрел на нее несколько секунд и, скользнув рукой по бедру, придержал за плечо.

— Феррук пытался убить меня дважды. Второй раз почти получилось. Пролез ко мне в спальню, хитрец. Тогда я понял, что сделал правильный выбор, наняв его.