Лига пепла, стр. 21
— Не ори! Цены не видала, что ли? Вон буханка уже пять веларов! Ремень намедни покупала, так Серхио, свиное рыло, двести пятьдесят с меня содрал, паршивец поганый!
— Ладно-ладно, поняла, — Вивьен вздохнула, доставая второй кошель. — Тут больше. Остальное Люцису.
— Монеты ему сердце склеят? — хмыкнула Евельда. — Ну, хоть самогоном подороже опьется. А то совсем раскис, бедолага.
Вивьен спрятала отмычку за пазуху и шагнула к выходу, как вдруг заметила за окном, в тени у крайнего прилавка, одинокую фигуру в длинном плаще.
«Опять она!»
— Кажется, у меня неприятности. — Вивьен отошла от окна и глянула краем глаза из-за занавески. — Я… могу остаться до утра?
Она спустилась в подвал — в нем было сыро и темно, — на ощупь отыскала койку. Матрас, набитый соломой, был жестким, а сама кровать такая узкая, что даже ее худощавому телу было тесно. Хотелось укрыться — но нечем, пришлось просто поджать ноги. Она свернулась баранкой и уставилась в темноту, слушая, как что-то капает с потолка.
Чего ей надо? Кому понадобилось ее убивать? Угрожать — да, это она понимала. Следить — тоже. Но убить? За что?
Она перебирала всех, кому могла перейти дорогу. Всем им что-то от нее нужно. По крайней мере, она в это верила. А может, дрейлитка и не хочет ее убить? Может, с ней поговорить?
Вивьен не успела найти ответ — провалилась в сон, в котором ее ждали лишь кошмары.
***
Рыжий веснушчатый кучер распахнул перед Вивьен дверцу — его огненные кудри развевались на ветру на фоне мрачного особняка Эсбольда. Со стороны казалось, что языки пламени уже лижут серые стены, пожирают их заживо. Вивьен улыбнулась. Хороший знак.
В этот раз все пойдет иначе — она была уверена.
Граф, конечно, начнет с вина или настойки. Она уже представляла, как будет улыбаться, отводить бокалы, делать вид, что пьет. Отработанный прием. Ни разу не подводил.
Когда он вошел в гостиную, она уже стояла в глубоком реверансе, опустив ресницы.
— Брось, — отмахнулся Каэл, довольно потирая руки. — Церемонии эти ни к чему! Уши еще упрятала? Да показывай, мы ж свои. Ты баба неглупая — все поняла. Чего тянуть? — Он шлепнул ее по ягодицам. — Пойдем в мои покои.
Она заставила себя улыбнуться. Отработанно, как сотни раз до этого. Вложила ладонь в его потную руку и позволила вести себя.
Спальня оказалась огромной — и душной. Казалось, здесь никогда не открывали окон. Ковры, драпировки, шкуры, меха на северный манер — она никогда не видела столько шерсти в одном месте. Тяжелые портьеры глушили даже намек на свет.
Огромная кровать с вычурной позолоченной спинкой занимала полкомнаты. Рядом — дубовый стол с серебряным кувшином и двумя бокалами. Приготовился, значит.
Эсбольд грузно осел на ложе, похлопал по шелку рядом с собой.
— Лорд… — Вивьен запнулась, исправилась: — Каэл. Раз уж мы без титулов… — Она шагнула ближе. — Позволь мне поухаживать за тобой.
Она коснулась его морщинистой щеки — на ощупь как кожа вареной курицы. Старик дернулся как от кипятка, но затем прильнул к ее ладони.
— То, что я хочу сделать… — Вивьен опустила глаза и хихикнула, накручивая локон на палец, — мне даже говорить стыдно. Ты не против, если я налью нам вина? Чтобы смелости набраться.
— Вот это я понимаю! Вивьен, а ты, оказывается, развратница! Надеюсь, на тебе то самое кружево, что я заказывал?
Вивьен чуть не скривилась, но милая, открытая улыбка не сошла с лица. Подойдя к столу, она налила вина, быстро плеснув в бокал графа прозрачную жидкость.
— Ты что?! — взревел Эсбольд. — Яду мне подсыпала?
Она обернулась плавно, как кошка. Прищурилась, глядя на него из-под ресниц.
— Это… поможет тебе. Эльфийское снадобье для твоей... — она задержала взгляд в области его паха, — небольшой трудности.
Граф смерил ее недоверчивым взглядом.
— Только после тебя, дорогая.
Вивьен взяла бокал. Рука не дрогнула. Сделала небольшой глоток.
— До дна, — не отрываясь, смотрел он.
Она встретила его взгляд, подняла бокал — и осушила. Поставила на стол с легким стуком.
— Доволен? — Ладонь легла ему на грудь. — Теперь твой черед. Потому что я за себя уже не ручаюсь.
Граф облизнул губы, махом допил вино и потянулся к ней — но она увернулась.
— Ему нужно время, — шепнула она, отступая к лютне. — Давай я пока спою. Меня учили одной песне… она разжигает страсть.
Она заиграла монотонную мелодию, тягучую, обволакивающую. Музыка усыпляла, вгоняла в дремоту. Нити магии вплетались в расслабленное сознание, навевая ему умиротворение, от которого хотелось закрыть глаза и ни о чем не думать.
Граф боролся. Моргал, тряс головой, открывал рот, но веки тяжелели с каждой нотой. А потом — затих.
Вивьен подняла глаза. Он уже храпел, раскинувшись на кровати как рыба, выброшенная на берег.
Lythil dyrveth sylthar — цветок темной надежды. Без вкуса, без запаха, без цвета, зато с сильнейшим снотворным действием. Эльфы веками питались его корнями в голодные годы.
Дождавшись, пока храп граф не стал ровным и громким, как барабанная дробь на казни, она бесшумно отставила лютню, вытащила из его камзола ключи от кабинета и на цыпочках пересекла спальню, стараясь не споткнуться о шкуры на полу. В коридоре — ни души. Не слышно даже голосов прислуги — дом словно уснул вместе с хозяином.
Она скользнула к кабинету. Замок тихо скрипнул. Запах табака ударил так, что заслезились глаза. Прикрыв лицо рукой, Вивьен чихнула — почти бесшумно.
Она ринулась к тайнику, но вдруг ее осенило. Шкаф был слишком чистым — его явно бережно хранили. Может, в нем что-то важное? А вдруг письма там? Тогда и не придется возиться с отмычкой. Она отщелкнула застежку дверцы.
В шкафу было не лучше, чем в кабинете — тот же бардак, те же завалы. Но несколько полок с картами выделялись пугающей аккуратностью. Каждый свиток лежал ровно, на своем месте, будто их пересчитывали каждый вечер.
Вивьен схватила один, развернула — ландшафты Лиги. Ничего. Под ним — еще один. То же самое. Под остальными — только пыль.
Взгляд упал ниже — на дно шкафа. В уголках дерево было затерто, поцарапано. Словно его чем-то поддевали — много раз. Двойное дно!
Она попыталась поддеть отмычкой — та не пролезла. Слишком узкая щель. Вивьен пробежала глазами по комнате. Что-то тонкое, прочное…
Взглядом окинула стол: пожелтевшие счета, рисунки графа — все не то. В углу — подсвечник в форме трезубца, с драконьими головами на концах. Она примерилась — нет, не подойдет. Присмотрелась — в основании ковка: тонкая проволока, витая. Можно оторвать.
«Да простят меня мастера»,— подумала она, и, намотав проволоку на палец, рванула.
Согнула ее, сделала крючок, сунула в щель и потянула. Дно приподнялось.
Бутыльки. Вивьен чуть не зарычала от злости. Целая куча пузырьков — полупустых, почти полных, с мутной жидкостью, от одного вида которой хотелось брезгливо поморщиться. Она потянулась было к одному, но передумала. Нюхать эту гадость? Ну уж нет.
Под бутыльками — куча бумаг. Она принялась перебирать: дозы, пропорции, какие-то записи. Рецепты — старые, пожелтевшие, почти рассыпающиеся. Лорд Эсбольд. Леди Эсбольд. Для леди рецепты обрывались лет семь назад, для него — продолжались.
А вот этот был совсем свежий. 1576 год. Два месяца назад.
— Гнойные выделения не прекратились.
Вивьен сглотнула. Строчки прыгали перед глазами, расплывались, но смысл бил в голову, как меч рыцаря.
«Так вот почему…— горло сдавило. — Знал. Он знал, что заразен. И все равно…»
Она зажмурилась, отгоняя картинку. Его зубы. Его запах. Его…
Листок исчез в декольте быстрее, чем она успела додумать мысль.
Но писем здесь не было.
Зря надеялась. Придется лезть в тайник.
Она метнулась к карте, аккуратно сняла ее с крюков, главное — не порвать. Прислонила к стене и вгляделась в замок. Обычный с виду, но внутри — целая система пружин. Хитро.