Зарубежный детектив 2026-12. Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 326
Чем бы все это ни было, Клэр в ее квартире абсолютно ничего не угрожало. Все прекрасно и замечательно. Так она и сказала самой себе.
Взгляд ее упал на бронированную дверь и мощные серебристые замки. На секунду подумалось: это затем, чтобы кто-то другой сюда не вошел или чтобы она сама отсюда не вышла?
Тот ассистент сказал Бобу Мичему, что он заселился сюда первым.
«Мистер Арчер» в чем-то вроде шейного платка вместо галстука выглядел так, словно он у себя дома подстригает миниатюрные розовые кустики и дегустирует розовое вино из разных бутылок.
С момента выезда из Оук-Крик Мичем не удосужился даже побриться. Лицо его покрывала колючая седая щетина. Он специально объявился здесь в своих самых потрепанных джинсах и старой бурой футболке с надписью «Наживка и снасти Барта», а все его барахло было распихано по нескольким камуфляжным вещмешкам, которые валялись у него в кладовке со времен службы в морской пехоте. Водитель лимузина лишь наморщил нос при виде подобного багажа, словно предпочел бы выбросить все его имущество в один из контейнеров для строительного мусора у входа.
Оглядывая квартиру, где каждый предмет мебели был белым и сверкающим, а стоил наверняка побольше, чем его старенький пикап, Мичем чувствовал себя какашкой, которую оставил на полу домашний кот богатой дамы. На журнальном столике в гостиной лежал информационный буклет, на обложке которого было написано: «ЧУВСТВУЙТЕ СЕБЯ В “КРИСТО” КАК ДОМА».
Нет уж – здесь, наверху, он совсем не чувствовал себя как дома. Было что-то неестественное в том, чтобы находиться в этой узкой высоченной башне, глядя из огромных окон на город, простирающийся до самого горизонта. На бесконечные потоки машин, текущие внизу. Ему хотелось оказаться за пределами четырех стен. Слушая журчание ручейка, глядя на то, как покачиваются деревья под легким летним ветерком…
Даже стены в этой квартире были увешаны фотографиями Нью-Йорка.
Так вот и живут миллиардеры? Уж не совершил ли он ошибку, явившись сюда? В последнее время он наделал целое множество ошибок.
Мичем отправился на кухню. По крайней мере, тот, кто отвечал тут за вопросы питания, оказался молодцом. Огромный холодильник был доверху забит холодным пивом – «Голубая лента», то, что доктор прописал, – котлетами для гамбургеров и упаковками сосисок. Полки буфета ломились от пакетов с чипсами «Фритос» и консервных банок с фасолевым соусом и чили, припасенных в расчете на несколько недель. Можно было представить, будто живешь в кемпинге на высокогорном курорте.
Из динамиков интеркома, вроде как понатыканных по всей квартире, донеслись три мелодичных сигнала, похожих на перезвон курантов. А потом – дружелюбный голос:
– Доброе утро, мистер Мичем. Я – ведущая этого шоу. Добро пожаловать в «Кристо».
Судя по голосу, эта женщина могла оказаться ровесницей его дочери Дженн.
– Как вы знаете, вы согласились принять участие в экспериментальном реалити-шоу. Вас и еще пятерых участников будут снимать телекамеры, когда вы будете общаться в виртуальной среде под названием «Кристо», а также соревноваться друг с другом в различных играх и турах голосования. Участники, которые дойдут до финального раунда, разделят приз в один миллион долларов.
Миллион долларов? Продюсеры не уточняли, сколько денег тут можно выиграть. Ну что ж, хоть какая-то неплохая новость…
Голос из динамиков тем временем продолжал:
– Прямо сейчас я расскажу вам о некоторых основных…
– Эй, деточка, – прервал ее Мичем. – Как вас звать-то?
И без того чувствуешь себя по-дурацки, когда не видишь, с кем разговариваешь. Ему хотелось связать с этим голосом хотя бы имя.
Последовала пауза.
– Вы можете просто крикнуть «Ведущая!», когда захотите ко мне обратиться. Мы будем понемногу узнавать друг друга по ходу игры. А сейчас я хотела бы попросить вас обратить внимание на систему камер, установленных в квартире. У каждой из них имеется…
– Снимайте все, что хотите, – опять перебил ее Мичем.
Он достал из буфета пакет чипсов, открыл его и запихнул в рот целую горсть. Затем вытащил из холодильника пиво. Ему шестьдесят восемь лет. У него артрит левой руки. И болит спина. Он слишком стар для всей этой фигни. Зря он позволил своей жене – своей второй жене, которая намного моложе его, – уболтать его на это.
Опять пауза.
– Мистер Мичем? – вопросительно произнесла Ведущая, и голос у нее был точь-в-точь как у его дочери – в один из тех редких случаев, когда та удостаивала его своим присутствием и читала ему очередную лекцию о том, как употребление говядины убивает планету или как крупные корпорации пакостят всем изменениями климата. – Что привлекло вас сюда? Денежный приз? Возможность рекламы вашего отеля?
У Мичема вспыхнули щеки. Эта девица в точности угадала, зачем он во все это вписался.
Отель… Этот долбаный отель. Каким-то образом его мечта уединиться на пенсии в лесной хижине и проводить свои дни за рыбалкой и реставрацией «Скаута» 72-го года выпуска превратилась в план покупки деревенской гостиницы «Крик-сайд-инн». Который, в свою очередь, превратился в мечту Лорин о владении «ландшафтным отелем». Ни один из дорогих архитекторов или дизайнеров из Чикаго и Лос-Анджелеса, к которым постоянно летала его молодая жена, так и не смог толком объяснить, что означает этот термин. Они просто опустошали его пенсионный фонд, крушили некогда возведенные неким безвестным сельским плотником стены гостиницы, к которой больше подходили старинные определения вроде «трактир» или «постоялый двор», и заменяли все что можно стеклом и тиковым деревом, устраивая всякие штуки вроде студии пилатеса, какой-то таинственной «гонговой» с висящим посредине здоровенным медным тазом и бассейна с барной стойкой прямо у бортика – для желающих ма́хнуть стаканчик не вылезая из воды.
Деньги уже подходили к концу.
Вести все дела он доверил Лорин, а сам позволил запереть себя в этом небоскребе.
Ведущая не стала дожидаться ответа:
– Поскольку чего бы вы ни ожидали от этого опыта, вам этого не видать, если вы не появитесь в кадре. А в кадре вы не появитесь, если не уделите внимания тому, где находятся камеры и как они работают.
Денег скоро не станет совсем, и оплачивать счет за обучение его дочери Дженн в дорогущем университете будет нечем, а все его друзья, которые у него некогда были и которые отговаривали его бросать семью ради двадцатитрехлетней официантки стейк-хауса, будут хохотать до упаду над его феерическим обломом, сидя перед телевизором с бейсбольным матчем и угощаясь яблочным пирогом на его старом заднем дворе с его бывшей женой.
Мичем вздохнул и поставил банку с пивом на стол.
– Ладно, говорите, что я должен делать.
Лара Ларк находилась на кухне.
Это шоу было ее шансом на возвращение.
– Итак, – объявила Ведущая через интерком, – камеры установлены во всех комнатах, кроме ванной. В спальне есть специальная накидка, на случай если вы захотите прикрыться на время сна. В вашем случае мы установили на кухне пару дополнительных камер, поскольку решили, что вы захотите продемонстрировать свои поварские умения. По умолчанию камеры всегда включены на запись. Каждая из них помечена номером.
Лара прошлась по помещению, разглядывая широкие мраморные столешницы. Оборудовано оно было очень даже неплохо – для непрофессиональной кухни, естественно. Тут имелись газовая плита с пятью конфорками, конвекционная печь, здоровенный холодильник с безразмерной морозильной камерой и встроенный охладитель для вина. Открыв кухонные шкафчики, Лара обнаружила навороченный кухонный комбайн, блендер и тостер, а также набор посуды от «Ле Крузе́». Что было вполне объяснимо. Состоятельные люди, живущие в домах вроде «Кристо», обычно нанимают профессиональных поваров или кейтеринговые службы, так что обстановка должна соответствовать. По крайней мере, предусматривать достаточно места, чтобы приготовить все необходимое для званого ужина или небольшого приема.