Зарубежный детектив 2026-12. Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 312

Вдруг впереди появилась тень. Эта тень быстро приближалась ко мне, пока полностью не преградила дорогу. Неужели опять Е Сяо?

В диалоговом окне я отстучал вопрос:

Я: Е Сяо, это ты?

Ответ ужаснул меня:

Сянсян: Я Сянсян.

Я: Сянсян, куда ты пропала? Скорее уходи отсюда! Здесь опасно!

Сянсян: Нет, это ты должен уйти.

Я: Я не могу уйти. Я должен довести дело до конца. Сянсян, почему ты покинула меня?

Сянсян: Прости, на то у меня есть важные причины.

Я: Какие причины, скажи мне.

Сянсян: Ты не должен об этом знать.

Я: Я хочу тебя увидеть.

Сянсян: Сейчас увидишь.

Тень на экране моего монитора начала медленно проясняться, облако черного тумана окончательно растаяло, и я увидел наконец, кто стоит передо мной. Это была Сянсян.

В динамике раздался голос Сянсян:

– Оставь меня, навсегда оставь меня!

А я продолжал отстукивать иероглифы в диалоговом окне:

Я: Нет, я непременно найду тебя, будь ты на небе или в пучине морской.

Из колонки послышался вопрос:

– Ты не раскаешься?

Я: Никогда не раскаюсь.

Лицо Сянсян стало приближаться ко мне. Как будто наплыв кинокамеры. Все ближе и ближе. Крупный план. На экране только ее лицо. Невидимая камера продолжает наплыв. На мониторе только ее губы. Прекрасные алые губы приникли к экрану. Киношники, кажется, называют это «поцелуй в диафрагму». Я понял: она меня целует. Я тоже поцеловал экран и ощутил тепло ее нежных губ.

В следующее мгновение губы растаяли – и Сянсян исчезла. Туннель опустел.

Возможно, это был прощальный поцелуй?

Я не отчаиваюсь, я хочу найти ее и продолжаю двигаться вперед. С каждым шагом я все яснее ощущаю атмосферу подземного дворца и погребальной камеры. Я прошел больше половины пути, огромные врата уже открылись передо мной. Я знаю: она там – в подземном дворце.

Все.

Я пришел.

Наконец-то я проник в подземный дворец.

Колоссальное пространство, наполненное беспросветным мраком. Темнота над головой, темнота под ногами, темнота со всех сторон, а в центре черного мрачного мира – два огромных черных гроба.

Я щелкнул мышкой по большему гробу – он открылся. Внутри я увидел белый череп и истлевшее, расшитое драконами одеяние цинского императора.

Это император Тунчжи.

А что там? В другом гробу?

Что я смогу там увидеть?

Курсор двинулся ко второму гробу, стрелка легла поверх него и замерла. Мои пальцы перестали мне повиноваться. Я никак не мог решиться. Наконец, сделав глубокий вдох, я два раза резко щелкнул левой кнопкой мыши.

Крышка гроба открылась.

Экран стал полностью черным, и посреди этой черноты возникли глаза.

Это были глаза женщины.

Глаза с длинными-предлинными ресницами.

Черные блестящие глаза с черными зрачками.

Опять во мне возникло странное ощущение, будто это не зрачки, а бездонный колодец.

И туг погас свет.

В одно мгновение в моей квартире погасли все до одной лампы, даже лампочка – индикатор напряжения на мониторе. Вся квартира погрузилась в темноту. Что случилось? Возможно, отключили электричество? О Небо, я хочу, чтобы это были просто неполадки в электросети и больше ничего. Но я почувствовал, как из глубины души поднимается ставший уже привычным страх. Страх и ужас. Они грызут сердце и леденят душу.

Источник этого ужаса – темнота. В душе каждого человека, оказавшегося во мраке, возникает потаенный страх, но его можно преодолеть. Я знал, что мог бы справиться с этим страхом, но сейчас у меня не было сил противиться ему, я не мог проявить силу. Я был не в состоянии понять природу этого ужаса, и вдруг во мне возникло ясное ощущение – источник ужаса здесь, он сейчас у меня за спиной.

Глаза медленно растворились в серой мути экрана монитора. В темноте я видел только слабое свечение этого серого экрана. Как такое может быть? Выключенный монитор светится в темноте!

Через несколько секунд на экране возникла надпись: «Посмотри назад».

Я оглянулся.

Тень!

У меня за спиной возникла чья-то тень!

Прижав руки к груди, я ощутил бешеное биение сердца, словно оно собиралось выскочить из груди, а я мог удержать его. Я встал и в слабом отсвете экрана монитора попытался понять, кто стоит позади меня. Тень сделала шаг вперед, приближаясь ко мне.

Значит, это не мираж. Обычная такая живая тень. Тень женщины. У меня в квартире. Стоит тут. Прямо передо мной.

Отсвет безжизненно-серого экрана попал на ее лицо.

Сянсян.

Она была в белом, лицо мертвенно-бледное, застывшее, без всякого выражения. Я чувствовал исходивший от нее леденящий холод.

– Сянсян! – позвал я ее.

Она не ответила, продолжая смотреть на меня в упор, и только через несколько секунд до меня донеслись ее слова. Слово – пауза – слово – пауза – слово – и тишина.

– Верни – мне – голову…

Сянсян? Нет, это не ее голос. Я абсолютно уверен: это не мог быть ее голос. Ни моя Сянсян, ни моя Роза не обладали таким голосом, это был голос совсем другой, незнакомой мне женщины. Он был наполнен тоской и печалью, ненавистью и местью; он не походил на голоса людей из моей жизни, этот голос исходил из-под земли, из могильного холода и мрака. Словно я приложил к земле ухо и услышал его. Он буквально сочился скорбью…

Как только Сянсян произнесла эти три слова, в квартире зажегся свет.

После темноты я ничего не видел в этом ярком сиянии. Я энергично потер глаза и осмотрелся. Сянсян нигде не было. Она исчезла. Пропала в том кратком интервале между светом и тьмой, границы которого не в состоянии уловить человеческий глаз. Она исчезла, как свет в темноте или тьма при свете.

В общем, она исчезла, и все.

Я снова проверил компьютер: он, как и полагается при перепаде напряжения в электросети, автоматически отключился.

Я тяжело вздохнул и сел. Лоб был мокрым от пота. Я весь был мокрым от пота. Только что я пережил самый настоящий страх.

Страх и ужас.

Я боялся даже подумать о том, что здесь только что произошло. Я лег и постарался поскорее заснуть, но сон не шел ко мне. Только под утро я забылся тяжелым сном. По собственному опыту я знал: утренний сон – самый подходящий для кошмаров.

Мне приснилась женщина. У нее была красивая грудь, маленькие руки, длинные стройные ноги, белоснежная кожа, не хватало только одного – головы.

Женщина была без головы.

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ ФЕВРАЛЯ

Утром я встал с тяжелой головой и красными, опухшими от бессонной ночи глазами. Я посмотрел в окно. Ничего не видно: стекла запотели. Вчера вечером на улице было очень холодно и сыро, влага осела на окнах. В детстве я любил писать на запотевшем стекле иероглифы или рисовать картинки. И вот теперь я, как в детстве, увидел на запотевшем оконном стекле иероглифы. Только писал их не я. В тот же миг волосы зашевелились у меня на голове. Я все читал и читал, в сотый раз я перечитывал эти три слова: «Верни мне голову».

Кто же это написал? Я подошел к окну. С уверенностью могу сказать только то, что писали изнутри – снаружи окна не потеют. Возможно, это Она написала вчера вечером? Только кто – Она? Неужели Сянсян? Во мне зародились сомнения.

Я выпил воды. Сердце стало биться ровнее, руки перестали дрожать, я постарался вспомнить все, что произошло вчера вечером.

Подражая Е Сяо, я попробовал мыслить логически. Никаких эмоций – только факты.

Во-первых, почему вчера вечером в моей квартире погас свет, а потом все лампы вдруг сами собой зажглись? Я проверил электропроводку – вроде никаких повреждений, все нормально подключено. Мой компьютер не оснащен системой бесперебойного электропитания, при отключении электричества он не может работать автономно. Однако вчера вечером именно экран монитора давал слабое сероватое свечение.