Искра Свободы 3 (СИ), стр. 46

— Ну что, справитесь? — с надеждой в голосе спросила Лира, как только мы вернулись.

Немного помявшись, искажённая добавила:

— Если нет, то я вас и так выведу. Отец говорил, что вы полезные человеки. А если погибнете… полезными быть перестанете.

— Ну да, тогда мы станем мёртвыми, — без всякого юмора произнёс я и перевёл взгляд на Лиса.

— Можем попробовать. Но можем и не справиться, — огласил вердикт охотник.

Значит, нужно улучшить наши шансы. Желательно существенно. Я указал на пневмружьё за спиной Селены.

— Угостим его ядом? Весит тварь с полтонны, одним дротиком мы её не усыпим, но замедлим.

Лис посмотрел на ружьё, потом на меня. Он сомневался.

— Шкуру не пробьём. Помнишь, как иглы ломались? — с уверенностью ответил охотник. — А уязвимых частей — глаза или носа — с нашего ракурса не видно.

Селена, которая до этого молчала, вдруг наклонилась ближе. Голос у неё был спокойный, но с интонацией, словно она уже всё решила. И чем-то эта интонация напоминала Лиру. Наверное, той же абсолютной уверенностью в своих силах, так свойственной молодости.

— А ухо видно? — спросила Селена. — Я могу попасть внутрь уха, там барабанная перепонка, она не может быть толстой.

Лис на секунду замер, обдумывая.

— Думаю, можно. А как потом заманивать в узкое помещение будем?

— А, это легко, — беззаботно бросила Лира. — Я пойду в то самое помещение и буду оттуда орать. Терзатель меня услышит и прибежит на звук.

— И сожрёт тебя, — добавил Лис.

— У меня всё учтено — там есть вентиляционная шахта, большая. Я спрячусь в ней, — без тени сомнений возразила Лира.

План резко перестал мне нравиться. Вообще. Но, заметив изменившееся выражение моего лица, девочка поспешила добавить:

— Я сразу залезу в шахту, до того как вы стрелять начнёте. Со мной всё будет в порядке.

Я вопросительно посмотрел на Лиса.

— Иначе никак, командир, — подтвердил мои худшие опасения охотник.

Лира смотрела на меня без вызова. Не упрямо, не с детским «я сама». Спокойно. Как равная, которая всё уже обдумала и теперь ждёт не разрешения, а доверия. И это, наверное, давило больше всего.

Потому что проще было бы приказать ей остаться здесь. Спрятать за спину, поставить рядом с Селеной, сказать: «Ты ещё маленькая». Проще — и, возможно, спокойнее для меня самого. Только вот маленькой Лира не была.

Сегодня Лира уже открыла нам дверь. Провела по туннелям. Предложила план, который Лис не назвал глупостью. Она знала эти ходы лучше нас, знала Терзателя лучше нас и, похоже, действительно понимала, на какой риск идёт.

Я вдруг с неприятной ясностью понял: если сейчас я запрещу ей действовать только потому, что она ребёнок по земным меркам, это будет не забота. Это будет предательством её права быть той, кем она уже является в этом мире. Да, Лира меня и не послушает — я ей не командир.

Лис молчал, предоставляя мне право последнего слова. Селена тоже ничего не сказала, только поправила ремень пневмружья. Я ещё раз взглянул на узкий коридор впереди, потом на Лиру. И медленно кивнул, отринув последние сомнения.

— Ладно. Делаем по-твоему, Лира.

— Отлично, — сразу оживилась девочка. — Я сейчас за своим копьём сбегаю и лезу в шахту. Как услышу вой Терзателя, сразу начну копьём стучать по стене.

Лира покопалась в поясной сумке и достала карту туннелей и катакомб. Нарисованная от руки, но вполне приличная.

— Мы здесь, — Лира ткнула пальцем в одну точку. — Терзатель там. А заманивать я его буду вот сюда. Проход высокий, но для Терзателя узкий, ему там нормально не развернуться. Главное — не шумите, пока я не начну стучать.

Лира чуть помедлила, потом протянула мне карту.

— Возьми, Эллади. Чтобы вы точно не заблудились, — и уже разворачиваясь добавила: — Ну теперь точно всё. Я пошла.

— Стой, — окликнул я её.

Лира обернулась. В её взгляде мелькнуло раздражение: мол, опять взрослые передумали. Я же с улыбкой полез в рюкзак.

Может, момент неподходящий и такие вещи дарят не в тёмном туннеле перед охотой на тварь размером с медведя. Но если я только что признал за Лирой право идти на риск вместе с нами, то не мог продолжать обращаться с ней как с ребёнком, откладывая важное на потом.

Пальцы нащупали свёрток. Я достал кинжал из рога Пятирога сделанный для Лиры.

— У тебя недавно день рождения был? — спросил я и протянул ей оружие. — Вот. Подарок.

Лира взяла кинжал резким движением и сразу же обнажила его. Но стоило ей увидеть кликнок из рога Пятирога, как она застыла. На лице у неё отразилось всё сразу: детское изумление, подростковая попытка сохранить серьёзность и осторожное понимание того, что это не просто красивая вещь, а знак доверия.

Лира повертела оружие, провела пальцем по лезвию, проверила, как рукоять ложится в её ладонь, а потом заметила гравировку. Бирюзовые глаза сузились, разбирая буквы в тусклом свете.

— «Бесстрашной Лире от человека»… — прошептала она.

Слова прозвучали глухо. Лира быстро сглотнула. На мгновение вся её бравада исчезла, и осталась девочка, которая только что получила по-настоящему важный подарок от человека, а не от искажённого.

Лира подняла на меня взгляд, в нём угадывались гордость от того, что её назвали бесстрашной, и тёплая, непривычная благодарность, которую она явно не знала, куда девать.

— Ты заказал его специально для меня? — с небольшим нажимом, будто требуя подтверждения, спросила она. — Мне отец должен подарить кинжал. Это знак, что я стала взрослой. Но он не успел — я убежала на испытание…

Я не сразу нашёлся, что ответить. Для Лиры подарок оказался особенным, символом её взрослости. И так вышло, что получила она его не от родителей, а от меня. А я ведь даже не искажённый.

— Специально, — тихо ответил я. — Прости, я не знал про ваши обычаи. И не хотел отнимать это право у твоего отца.

Лира задержала на мне взгляд ещё на секунду. Потом резко выпрямилась, словно спохватилась, что позволила себе слабость, и привычная упрямая решимость снова вернулась на её лицо. Искажённая повесила кинжал на пояс.

— Спасибо, Эллади, — уже окрепшим голосом произнесла она.

Пальцы Лиры на мгновение легли на рукоять нового оружия.

— Ну теперь точно всё, — быстро добавила она. — А то мы тут весь день провозимся.

И, не дожидаясь ответа, исчезла в темноте коридора. Мы же стали готовиться к убийству монстра.

Селена зарядила пневмружьё и арбалет. Я надел стёганку, поверх — свой старый доспех из пластин. А сверху — испорченную кирасу. Дыра в центре груди, оставшаяся от фаербола Воителя, неприятно зияла. Но даже несмотря на неё, защита стала ощутимо лучше. Всё-таки без щита оставалось уповать только на доспех.

Мы с Лисом замерли около поворота коридора, частично видя Терзателя, но не двигаясь дальше, чтобы не потревожить тварь. Селена уползла вперёд и заняла позицию, целясь вниз, в большое, чуть оттопыренное ухо Терзателя.

Я видел, как девушка выдохнула и плавно надавила на спуск. Хлопок пневмружья был практически не слышим. Мгновение — и дротик вошёл в ухо.

А через секунду Терзатель взревел так, что пыль посыпалась с потолка. Встряхнул головой, словно пытался вытряхнуть боль, и завертелся на месте. Клыки блеснули, лапы загребли по полу, разбрасывая кости и обрывки кольчуг. Монстр искал того, кто посмел его тронуть.

В этот момент из глубины узкого прохода донёсся громкий, частый стук — Лира колотила копьём по каменной стене. Резкий, злой, как вызов, стук. Терзатель мгновенно развернулся и ринулся к нему. Массивное тело Терзателя промчалось мимо нас.

Когда стук Лиры стих и остался только рык Терзателя, мы двинулись за монстром, стараясь не шуметь. Каждый шаг приходилось делать осторожно, чтобы не наступить на кость или другие останки. Из одной пещеры мы перешли в следующую, не менее большую, и увидели, что она заканчивается узкой щелью прохода, откуда периодически и доносился стук Лиры.

Но Терзатель не полез в проход. Огромная туша застыла в полушаге от входа, плечи почти касались стен. Монстр низко опустил голову, зарычал. Терзатель сделал шаг вперёд, попытался протиснуться… и сразу же попятился. Когти скрипнули по камню. Монстр тряхнул головой, словно не веря, что его тело не проходит, и снова рявкнул, на этот раз уже с явной злостью.